реклама
Бургер менюБургер меню

Сергей Дмитриев – Книга Half-Life 2 (страница 65)

18

…Триггер осторожно шел по улице. После всех этих беспорядков, вызванных Нарушителем N1, даже в центре Сити 17 стало опасно. Участились чистки среди населения, жестокие избиения граждан прямо на улице. ГО-шники сейчас могли придраться даже к неправильному выражению лица. Все старались сидеть по домам и ни с кем не разговаривать, лишь изредка выходя на пункты Снабжения для получения пайка. Но Триггер все же решил рискнуть и вышел. Он знал, на что идет.

У подъезда нужного дома его остановил ГО-шник.

— Эй, ты! Ты куда это направляешься?

— Я всего лишь хочу зайти проведать друга…

— А больше ты ничего не хочешь?! — прорычал модулятор ГО-шника, — А ну, показывай документы, живо!

Триггер вздохнул, но подчинился. ГО-шник, мельком посмотрев в засаленные бумаги, нахмурился.

— А где предписание о переезде?

— Вот, — Триггер протянул бумажку, не зная, чего теперь ожидать.

ГО-шник, посмотрев документ, усмехнулся и бросил бумаги к ногам Триггера.

— Ладно, иди.

Триггер, безропотно подняв бумаги, пробормотал "Да процветает Консул вечно!", — и скрылся в дверях. В этих полуразрушенных квартирах жило по семь, а то и по десять человек — жилья всегда не хватало. Ютясь тут в тесноте, грязи и вони, граждане уже привыкли к такой жизни за столько лет. Лишь некоторые сохранили еще твердый дух. И именно к такому человеку и шел Триггер.

Он вошел в квартиру, дверь в которую едва держалась на одной петле. Растолкав ногами мусор, Триггер, не увидев никого, направился на кухню, откуда слышались голоса. Войдя, он увидел пятерых человек, столпившихся вокруг грязного стола. Триггер вздрогнул, когда почувствовал этот запах — они ели вареных голубей — настоящий деликатес, учитывая, что ловля птиц запрещена. Ели руками, причмокивая и шумно чавкая, глотая большими кусками, словно кто-то вот-вот отберет у них жесткое мясо. Триггер, подавив спазм голода, осторожно кашлянул. Люди, вздрогнув, обернулись и инстинктивно прикрыли руками еду. Двое из них сразу расслабились — они узнали гостя.

— Спокойно, друзья, — сказал один из них, — Это мой хороший приятель Пол Триггер. Его можно не бояться.

— Привет, Пол, — кивнул второй.

Остальные, едва заметно улыбнувшись в знак приветствия, вернулись к еде.

— Шульц, — тихо позвал Триггер, — И ты, Келли, вас можно на пару слов?

Двое, с сомнением взглянув на свои тарелки, отошли в сторонку.

— Рад видеть тебя снова, Пол, — улыбнулся ему Шульц, — Не болеешь?

— Нет, спасибо, — Триггер посмотрел на друга, — Шульц, я согласен.

— Что? — поднял брови Келли.

— Я хорошо подумал и… Я согласен на это.

— Но ведь ты же в тот раз сам отказался, — возразил Келли, — Говорил что-то о страхе и опасениях.

— Я все обдумал, — настойчиво сказал Триггер, — Страха больше нет. Сейчас — особое время. Доктор Фриман здесь. Это что-то да значит…

— Ты уверен? — после паузы спросил его Келли.

— Келли, не сомневайся, — горячо заверил его Шульц, — Триггер — свой парень, я его давно знаю. На него можно положиться!

— Я уверен, — повторил Триггер, — Я с вами.

Они помолчали. Первым нарушил тишину Келли.

— Ладно, пусть будет так. Через час жду тебя в северном канале города. Я отведу тебя к нашим, на станцию. Там тебя и примут в ряды Сопротивления.

— Спасибо вам, друзья, — поблагодарил их Триггер, — Я приду!

И они, не прощаясь, разошлись…

Глава 9

Нова Проспект

…Один из охранников с эмблемой "Нова Проспект" на рукаве подбежал к решительно приближающемуся надзирателю.

— Проникновение! — коротко сказал охранник, и в этом слове были и вопрос, и удивление, и паника, и нерешительность.

— По сводкам наблюдателей с вышек, — монотонно, но быстро говорил надзиратель, — В тюрьму проник Нарушитель N1.

— Прикажете эвакуировать?

— Нет, идиот! Доктор Фриман хоть и легенда, но всего лишь человек. Приказом из Цитадели все охранные войска Нова Проспект мобилизуются. Все, подчеркиваю — все охранники должны немедленно распаковать оборонительные комплекты по инструкции GW-12.

— Оборона и разведка боем, — кивнул охранник, — А как же… То есть, я слышал сообщение оповестительной системы…

— Я же сказал, распаковать комплекты! Вы не ошиблись, периметр отключен. И если вы и ваши подопечные не хотите сдохнуть тут от когтей муравьиных львов, советую вам поторопиться! Ваша задача — донести все вышесказанное до сведения остальных охранников в секторе А4 и немедленно занять оборону…

Вдруг раздался громогласный бесстрастный голос оповестительной системы:

— Внутренним отрядам сдерживания Нова Проспект. Ликвидировать политзаключенных в блоке Н7. Запретить им внешний контакт.

— Черт, дела, наверное, совсем плохи, — и надзиратель, не останавливаясь, прошел мимо ряда камер и вышел, направившись в сектор А5. Охранник, чертыхнувшись, кинулся в соседний коридор, где был еще один охранник. А затем — и в охранную комнату.

Всего через пять минут эти коридоры уже кипели жизнью. Десятки охранников и надзирателей по всему Нова Проспект в срочном порядке извлекали из встроенных в стены сейфов оборонительные комплекты — наборы оружия и боеприпасов, гранаты, и самое главное — автоматические турели. Пол начал гулко подрагивать… Охранники держались уверенно, но даже в их четких действиях сквозила паника.

— Слышь, Андрей, — позвал своего соседа мрачный, потрепанный мужчина лет пятидесяти, взиравший на всю эту суету из своей камеры.

— Ну чего тебе, Ларри?

— Забеспокоились что-то начальники-то, — недобро усмехнулся заключенный, — Видать, кто-то сильно схватил их за задницу!

— Я слышал, — вмешался в разговор другой заключенный, худощавый Вебер, — Что в Нова Проспект проник Гордон Фриман. Заставит он их потрепыхаться, ох как заставит!

— Да бред все это! — ответил ему Ларри, — Этот Фриман — обычный самозванец! Я уже слышал о таких — называли себя Гордоном Фриманом и подбивали народ на восстание. Очередная марионетка! У меня с такими разговор короткий — ножик в бок, и концы в воду!

— И как ты только до сих пор жив остаешься, блатная твоя душа? — усмехнулся Андрей из своей камеры, наблюдая, как суетятся охранники, устанавливая турели, — Тебя с твоим нравом давно бы в городе свои бы придушили.

— Закрой пасть, Андрей! Не было еще дураков, чтобы со мной связываться!

— Ха! — отозвался Вебер, жуя соломинку, — Вот только Альянс тебе не по зубам оказался! Всего-то украл три пайки из чьей-то квартиры, и тебя на такой мелочи и повязали!

— Ты Вебер у меня договоришься, — злобно скрипнул зубами Ларри, — Меня повязали не из-за пайки, а за то, что я никогда ни перед кем не прогибался, и прогибаться не собираюсь! Чертов ГО-шник надолго запомнит, как я ему рыло начистил!

— Ага, — еще шире улыбнулся Вебер, — И ты теперь долго не забудешь, как тебя за это измочалят тут до кровавых соплей!

— Ну везет тебе, Вебер, что ты не в моей камере, а то я мигом бы тебя порешил, и глазом не моргнул бы!

— Эй вы там, заткнитесь, достали уже! — крикнул им из своей камеры Андрей, — Копы снаружи суетятся, словно черви в дерьме, еще вы тут лаяться задумали! Вы лучше о своих задницах подумайте! Сейчас нам всем несладко будет!

— Ты это о чем? — подозрительно спросил Ларри, прильнув к решетке.

— А вы головами своими сами подумайте! Периметр отключен, теперь нам всем крышка. Если сюда придут муравьиные львы, нас тут всех положат, не побрезгуют. Им что охранника жрать, что нашего брата — один хрен.

— Черт возьми, — Вебер поднялся на ноги и беспокойно заходил по своей маленькой камере, — Ты это серьезно?

— Да куда уж серьезнее? Нам теперь и Доктор Фриман не поможет.

— По мне, лучше сдохнуть от лап этих тварей, чем от рук прихвостней Брина! — злобно усмехнулся Ларри.

— Эй вы там, — крикнул вдруг проходящий мимо надзиратель этого сектора, — Заткните глотки! Ну-ка ты, американец, повтори что ты там сказал про Консула? Ты что, рожа американская?! На допрос ко мне захотел? Я тебе это мигом устрою!

— Какие уж теперь допросы, — по-русски пробормотал Андрей, нагло усмехнувшись, — Ты, начальник, лучше свою шкуру спасай.

— А ты, с-собака, — тоже по-русски обратился к нему надзиратель, — Придержи язык! Хоть мы и земляки, я тебе тоже спуску не дам.

Надзиратель, мельком проследив, что охранники правильно устанавливают турели, отошел чуть дальше, чтобы его видели все заключенные из своих камер, и громко сказал по-английски, который тут все понимали: