Сергей Диковинный – Планета СССР (страница 7)

– Забирай, сколько хочешь! – Рыжий засмеялся и щедро махнул рукой, показывая, что Витька теперь здесь хозяин.

– Мы же вернемся домой?

– Конечно. Откуда пришли, туда и вернемся.

– Отлично!

Витька выбрал несколько больших самородков и запихнул их в карманы джинсов. Потом снял с себя рубаху и завязал рукава узлом, получилось что-то на подобие мешка, в который он стал набирать все самородки без разбора. Когда рубаха готова была треснуть под тяжестью золота, Витька остановился и вытер вспотевший лоб.

– Все, можно возвращаться.

Когда они оказались в комнате Витькиной московской квартиры, время было около семи вечера. Родители вот-вот должны были прийти с работы. Быстро освободив нижний ящик своего письменного стола, Витька пересыпал в него золотые самородки из рубашки и из карманов. Получился почти полный ящик. Когда Витька его с трудом задвинул, раздался звук открываемой двери. Кот Кузя в прихожей уже встречал хозяев.

Глава 9. «ВОЛГА» УЧИТСЯ ЛЕТАТЬ

Вот и наступило долгожданное лето. Позади остался восьмой класс и вступительные экзамены в девятый с углубленным изучением математики. В школе, в которой учился Буйков, было четыре восьмых класса, из них потом формировали один математический и один обычный. Витька, конечно, пошел в математический. На экзамене он постарался особо ничем не выделяться, но это плохо получилось.

Экзамен принимал их будущий учитель математики Борис Соломонович Гершман, замечательный педагог. Все знали, что, если попасть в его класс, то считай в институт ты уже поступил или даже в университет. Уровень преподавания математических дисциплин у него был очень высоким, но и своих будущих учеников он отбирал очень строго. Конкурс был десять человек на одно место.

В последние месяцы Витька изменил свое отношение ко времени, он перестал его тратить впустую. Поэтому, вытянув экзаменационный билет с двумя задачами по алгебре и с одной задачей по геометрии, он сразу пошел отвечать. Учителю это очень понравилось. Во-первых, появилось чем можно занять свободный час, который всем ученикам давался на подготовку решений, а во-вторых, он не мог отказать себе в удовольствии поставить на место самоуверенного выскочку. Борис Соломонович терпеть не мог тех, кто легкомысленно относился к математике.

– Итак, молодой человек, я вас внимательно слушаю.

Было видно, что ученик отвечает без подготовки, за пятнадцать минут он разобрал и написал решение всех трех задач. Борис Соломонович был приятно удивлен, но отпускать Витьку победителем очень не хотелось, и он пошел на хитрость, попросил Буйкова дополнительно решить еще одну задачу, которую специально выбрал из университетского курса математического анализа. Витька не почувствовал подвоха и, как автомат, за пять минут справился и с этой задачей. Дальше, Борис Соломонович, войдя в азарт, дал еще четыре задачи, повышая их уровень сложности. Каждую следующую задачу Витька решал особо не задумываясь, как будто знал решение, а только записывал его на бумаге.

– Это поразительно! Я не знаю, чему я тебя буду учить в следующие два года. Если только составить особую программу обучения…

Борис Соломонович с сомнением и растерянностью смотрел то на Буйкова, то на листы с решениями задач.

– Можно я пойду? – Витьке не терпелось отправиться в гараж к Ивану Алексеевичу, чтобы закончить работы над летающим диском.

– Да-да, конечно. Ты принят.

Оставив учителя математики в недоумении, Витька побежал в гараж к Гусеву.

Работа над антигравитационным двигателем или, как они его называли «антигравом», состоящим из пяти металлических сфер, закрепленных на днище диска, была закончена, и его испытательные полеты завершились успешно. Чтобы не смущать окружающих, они запускали его в парке подальше от случайных прохожих. «Пепелац», это название предложил Витька, оказался легким в управлении и показал невероятную скорость и маневренность. Но это была всего лишь модель. После посещения Глории и весьма своевременной находки там золотых самородков, у Витьки появился план, как перейти от модели «антиграва» к его реальному применению. Для этого им понадобится автомобиль. На раме под его днищем они установят более мощный антиграв, который позволит автомобилю не только ездить, но и летать.

Оставалось золото превратить в деньги и купить автомобиль. Самым подходящим для этого способом было «найти клад», сдать его государству и получить положенные по закону двадцать пять процентов от его стоимости, как в известной кинокомедии «Бриллиантовая рука». Витька так и сделал. Когда родителей не было дома, он в хозяйственной сумке на мамином безмене отвесил двенадцать килограммов золотых самородков, завернул их в старую мешковину, которую заранее приготовил, вечером отнес тяжелый сверток в парк и закопал под кустами сирени недалеко от прогулочной дорожки. Место запомнил. Гусеву он объяснил, что нужно делать.

С некоторых пор Иван Алексеевич полностью доверился своему ученику и не задавал лишних вопросов. Ему понравился Витькин план. Клад в парке он «нашел» при свидетелях, якобы набирая землю в пакет для пересадки комнатных растений. После сдачи его государству и произведенной оценки, Гусев получил на сберкнижку сорок восемь тысяч рублей. Для 1976 года это была очень внушительная сумма. Вопрос с финансированием их работы был решен.

Автомобиль для модернизации выбирали вместе. Конечно это была «Волга» ГАЗ-24, самый лучший автомобиль в СССР. Новая «Волга» стоила девять с половиной тысяч, но купить ее в магазине было практически невозможно. Эти автомобили продавали гражданам в той или иной мере приближенным к власти: высокопоставленным администраторам, скажем директорам заводов или НИИ, ученым, артистам, прославленным спортсменам. Поэтому Витька сразу предложил искать «Волгу» не новую, а с пробегом, и быть готовым заплатить за нее двойную цену. Вскоре, черная красавица, посверкивая хромом большущей радиаторной решетки и колпаками колес стояла в гараже Ивана Алексеевича. С изготовлением более мощного антиграва проблем не было, тем более сейчас они не стеснялись в денежных средствах.

Когда все было готово, Витька предложил в качестве места для испытаний летающей «Волги» выбрать деревню Воронки, которая располагалась рядом с музеем-усадьбой Архангельское недалеко от Москвы. В этой деревне, когда он был маленький, его родители снимали дачу. За деревней грунтовая дорога через поле шла к лесу. Вот здесь и можно будет совершить пробные полеты.

Витька предупредил родителей, что с учителем и с ребятами из класса, он на целый день уезжает за город. Родители не возражали, мама наделала котлет, бутербродов и заварила в большом китайском термосе шиповник, любимый Витькин напиток. И в восемь утра Витька был в гараже у Гусева. Занятия в школе закончились, и у Ивана Алексеевича начался летний отпуск.

В солнечное июньское утро красивая черная «Волга» с двумя пассажирами вырулила на Ленинградский проспект в сторону Волоколамского шоссе. Витька сидел на пассажирском сиденье и улыбался.

– Вот оно – счастье!

В отличие от своего радостного компаньона, глазевшего по сторонам, Гусев был сосредоточен на дороге и на предстоящих испытаниях. Мощный антигравитационный двигатель был закреплен на раме под днищем автомобиля и управлялся двумя кнопками и выдвижным джойстиком, который они смонтировали рядом с рычагом коробки передач. Внешне автомобиль ничем не отличался от других, подобных ему автомобилей, за исключением двух дополнительных антенн на крыше. Эти антенны обеспечивали работу «генератора свободной энергии», который в свою очередь вырабатывал электричество для «антиграва». Два Витькиных изобретения применили в одном устройстве. Чисто теоретически, их «Волга» могла летать сколько угодно долго, но Гусев сейчас не об этом думал. Его смущала сверхманевренность, которую на испытаниях показал Пепелац. Резкие наборы скорости, крутые виражи и почти мгновенное торможение могли привести к перегрузкам, которые не выдержат ни автомобиль, ни люди. Поэтому они с Витькой сразу договорились, что будут учиться летать на «Волге» очень-очень-очень осторожно.

Вскоре они сделали правый поворот у Архангельского и по лесной дороге поехали к деревне Воронки. Ни Витька, ни Гусев не обратили внимание на синий «Москвич», ехавший за ними от самой Москвы, он сделал тот же поворот и, не сокращая дистанции, снова ехал за ними. Лесная дорога заканчивалась крутым спуском к трем прудам с перекинутыми через них двумя мостами, за которыми начиналась деревня. Большинство домов на все лето сдавались дачникам, которые в девять утра только просыпались. За заборами цвели яблони, кое-где зацветала сирень, в глубине участков виднелись деревянные дома и хозяйственные постройки. Проехав до конца улицы, черная «Волга» свернула на грунтовую дорогу через поле в сторону леса. Витька показывал дорогу.

– Вот здесь. Отъедем километра на три и можно начинать.

Со стороны поля деревню закрывали старые липы, а впереди темнел лес. По этой дороге летом дачники ходили в лес за ягодами и за грибами. В начале июня здесь было пустынно. Посреди поля Гусев остановил автомобиль, включил «антиграв» и положил руку на джойстик.

– Ну, что? Пора?

– Давай, Иван Алексеевич!