Сергей Диковинный – Грани реальности (страница 5)

Василий медленно прошёлся по комнатам. В каждой он останавливался, прислушивался, принюхивался. Он не видел духов, но чувствовал их присутствие — холодные точки, которые вибрировали на границе восприятия.

Когда он вернулся в гостиную, Маргарита Павловна сидела на диване и нервно комкала носовой платок. Рядом с ней сидел большой рыжий кот Барсик, который внимательно смотрел на Василия странным осмысленным взглядом.

— Маргарита Павловна, — начал Василий, — я не буду вас обманывать. У вас в квартире действительно нечисто. Но это не злой дух. Это скорее... запутавшийся дух. Кто-то, кто не может уйти. Возможно, это связанно с предыдущими жильцами.

Женщина побледнела:

— Предыдущие жильцы? Здесь до меня жила одна очень одинокая старушка. Она умерла здесь лет пять назад. Её звали Агния Львовна. Хорошая была женщина... но очень скупая. Она никогда ничего не выбрасывала. Собирала всякий хлам.

— А после её смерти квартира пустовала?

— Да, года два. Потом я сюда переехала.

Василий кивнул. Картина складывалась. Старушка-скупердяйка не смогла уйти на тот свет, потому что боялась оставить свои вещи без присмотра. Классический случай «зависшего» духа.

— Я помогу вам, — сказал Василий. — Но сначала нужно кое-что сделать. Скажите, у вас случайно не сохранилось каких-нибудь вещей Агнии Львовны?

— Ну... — Маргарита Павловна замялась, — когда я въехала, я выбросила коробку старых вещей, которые остались от неё. Но одну шкатулку я оставила. Она была такая красивая. Кажется, она всё ещё стоит на антресолях.

Василий внутренне усмехнулся. Вот оно. Шкатулка — это как якорь. Если дух привязан к ней, то выбрось её — дух уйдёт. Но просто так выбросить чужую вещь было нельзя. Дух может обидеться.

— Достаньте, пожалуйста, эту шкатулку, — попросил Василий.

Маргарита Павловна протянула руку к антресолям и достала небольшую деревянную шкатулку, покрытую пылью и тёмным лаком. Василий взял её в руки. Внутри что-то глухо стукнуло. Он открыл крышку. В шкатулке лежали старые пуговицы, монетки, пара серёжек без камней и маленький пожелтевший конверт.

Василий перевернул конверт. На нём было написано дрожащей старческой рукой: «Моей дочери, которую я никогда не знала».

— Интересно, — пробормотал Василий. — Здесь какая-то история.

— Что там? — спросила Маргарита Павловна, подходя ближе.

— Письмо, — ответил Василий. — Кажется, Агния Львовна оставила письмо, которое не успела отправить.

Он вынул письмо и прочитал. Оно было коротким. Оказалось, что когда-то давным-давно, ещё в молодости, Агния отдала свою дочь на воспитание в детдом. Она была слишком бедна, чтобы растить ребёнка. И всю жизнь мечтала найти её, но не смогла. Перед смертью она написала письмо, но так и не отправила.

Василий не был сентиментален, но эта история его тронула. Он понял, в чём дело. Дух Агнии застрял между мирами, потому что ей нужно было завершить одно дело. Ей нужно было отправить это письмо. Но она не могла сделать это сама.

— Маргарита Павловна, — сказал Василий, — у вас есть компьютер?

— Да, есть.

— Отлично. Я продиктую вам адрес, а вы напишете письмо. Отошлите его по электронной почте. А потом мы похороним эту шкатулку с бумагой.

Глава 3. Соседка с той стороны

Василий уже собирался уходить, когда за дверью раздался резкий стук. Маргарита Павловна вздрогнула.

— Ой, это, наверное, соседка снизу. Вера Степановна. Она вечно жалуется на шум. Говорит, что у меня дома кто-то топает по ночам.

Василий открыл дверь и увидел женщину лет пятидесяти с недовольным лицом. Она была в халате и с бигуди на голове.

— Маргарита Павловна! — воскликнула соседка. — У меня опять люстра качается! Я уже устала жаловаться. Если это не прекратится, я вызову полицию!

— Вера Степановна, — Маргарита Павловна взяла её под руку, — зайдите, пожалуйста. У меня гость. Он как раз разбирается с этой проблемой.

Вера Степановна посмотрела на Василия с сомнением:

— А вы кто? Сантехник?

— Страховой агент, — представился Василий, пряча улыбку. — Но я помогаю Маргарите Павловне решить проблему с шумом.

Соседка фыркнула:

— Шум! Это не шум! Это какой-то танец слонов! Вчера в два часа ночи у неё началось что-то невообразимое! Грохот, стук! Я думала, квартира рухнет!

— Вера Степановна, — спросил Василий, — а у вас в квартире не происходило ничего необычного? Может быть, вещи падали сами собой? Или что-то двигалось?

Женщина замерла, а потом перевела взгляд на Маргариту Павловну:

— А что? У вас тоже?

— Да, — призналась та. — Тарелки по ночам звенят.

Вера Степановна побледнела и опустилась на стул:

— А я думала, у меня одной. Вчера ночью у меня в ванной зубная щётка сама собой упала в раковину. И вроде не дуло ниоткуда.

Василий задумался. Дух Агнии, судя по всему, распространялся не только на квартиру Маргариты Павловны, но и на соседнюю. Это было плохим знаком. Обычно такие духи привязаны к определённому месту, но если их тревожить, они могут начать расширять свою территорию.

— Хорошо, — сказал Василий, — я разберусь. Но мне нужно будет осмотреть и вашу квартиру, Вера Степановна.

— Вы думаете, это как-то связано?

— Уверен, — кивнул Василий. — Но не переживайте. Я знаю, как это остановить.

Глава 4. Ночная слежка

Василий вышел от Маргариты Павловны уже затемно. На улице вечер опустился на город, зажглись фонари. Он сел в машину и уже собирался завести двигатель, когда заметил знакомый тёмный седан, припаркованный в тени у соседнего дома.

Он усмехнулся и выбрался из машины. В несколько шагов пересек дорогу и постучал в окно.

Стекло опустилось. За рулём сидела Алина Викторовна Соколова, и на её лице отчётливо читалось выражение «поймали с поличным».

— Добрый вечер, Алина Викторовна, — весело сказал Василий. — Любуетесь закатом?

— Слежу за подозреваемым, — честно призналась она. — Вы всю неделю ведёте себя странно.

— Я веду себя как обычно. А вот вы, кажется, слишком много внимания уделяете моей скромной персоне.

— Вы мне не нравитесь, Затеев. Вы слишком спокойный. Слишком уверенный. Меня это настораживает.

— Может быть, я просто ничего не боюсь?

— Так не бывает. Каждый чего-то боится.

Василий задумался. Она была права. Каждый чего-то боится. Он боялся, что его тайна раскроется. Что однажды кто-то увидит его настоящего. И, кажется, этой женщине удалось подобраться к разгадке ближе, чем кому-либо за последние годы.

— Знаете что, — сказал он, — раз вы всё равно здесь сидите, пойдёмте выпьем кофе. Я угощаю.

Соколова смерила его взглядом, но любопытство взяло верх. Она заглушила двигатель и вышла из машины.

— Ладно. Но только потому, что мне нужно с вами поговорить.

Они нашли небольшое кафе в соседнем дворе. За стеклянной витриной красовались пирожные, в воздухе пахло корицей и кофе. Василий заказал два капучино и сел напротив Алины.

— Вы же не просто так за мной следите, — начал он. — Что вы хотите найти?

Алина смотрела на него внимательно, поверх чашки с кофе.

— Я хочу понять, кто вы такой, — ответила она. — Вы не похожи на обычного страхового агента. Вы появляетесь в местах преступлений, но никогда не бываете причастны. Вы страхуете объекты, которые потом сгорают или рушатся, но никогда не несёте убытков. Вы слишком чисты, Затеев. Слишком идеальны. А я не верю в идеальных людей.

Василий сделал глоток кофе и спокойно ответил:

— А я не верю в совпадения, Алина Викторовна. И тем не менее я здесь, пью с вами кофе. Как это объяснить?

— Может быть, вы хотите мне что-то рассказать?

— Может быть. Но не сегодня.