Сергей Давыдов – 1.Сергей Давыдов. Глубже чем метро (страница 2)
– В химразведку? – усмехнулась мама. – Нет, хватает у меня с тобой проблем и здесь, так ещё и наверху за тобой смотреть.
– Ну мама!
– А что, разве у вас завтра нет игры?
– Меня выгнали… – понурил голову Митя.
– Вот это новость! – всплестнула руками мама. – За что?!
Митя нехотя рассказал.
– Вот значит что, – с пониманием сказала мама и прижала к себе сына. – Ну и не надо зря слёзы лить, займёшься чем-нибудь другим.
– Я уже занимаюсь, – возразил Митя.
– Ушу и футболом заниматься мало, – многозначительно ответила мама.
– А чем тогда?
– Иди на плавание.
– Я и так купаюсь в бассейне у Дворца Пионеров…
– Купаться это одно, а вот стать пловцом… – наставительно сказала мама. – Я вот, когда в комсомоле была, занималась водным поло…
– Ладно, – повеселел Митя. – Ну я пойду?
– Куда?
– Сама же просила сходить за молоком!
Мама взъерошила Мите волосы и отпустила гулять. Но ребята, которые гоняли мяч уже ушли, в зале остались только малыши.
Митя вздохнул и побежал в соседний зал в ближайший гастроном.
2
Митя зашёл в киоск и взял себе жвачку. Жвачка была конечно с девчачьими вкладышами, зато очень вкусная. Надувая пузыри, мальчик шёд по залу, поиграл с ребятами в сотки и зашёл в гастроном за молоком.
– Митька, где тебя носит?! – позвали мальчика его друзья Владик из шестого класса и Митькин сосед с задней парты Антошка Ионов. – Айда с нами!
Владик был в их компании самым старшим и ходил уже в шестой класс. Он был высокий, длинноволосый и веснушчатый. Карии глаза смотрели хитро и насмешливо, джинсы-клёши подметали пол.
Митьке было одиннадцать лет, он был тоненький, длинный и гибкий, на лице тоже веснушки. Владьке было двенадцать, он был большой, сильный, загорелый, с таким другом никто не прицепится…
Антошка тоже переходил в пятый класс, его недавно подстригли, хотя он изо всех сил сопротивлялся, и носил шортики.
Они тоже родились в бомбоубежище, в подземном городе и видели поверхность только в кино и на картинках, и через перископ.
– Айда в киношку! – разгорячённо сказал Антошка. – Сейчас в комсомольском клубе такой сеанс будет! Пускают всех ребят!
– Будет фильм про мир на поверхности! – в страшном волнении сообщил Владик и тоже выпил газировки из автомата. – Про наших моряков и пиратов!
– А кто такие моряки и пираты? – растерялся Антошка.
– Ну они раньше по морям плавали, – наставительно ответил Владик, ероша маленькому Антону волосы. – На здоровенных таких пароходах. А пираты грабили их и топили… Да ты сам увидишь!
– Айда быстрее, пацаны, сейчас начнётся! – пробежали мимо ребята.
Мальчики побежали в клуб, миновали киномеханика, который возился с проводкой возле больших столов, накрытых красным сукном, шкафчиков с книгами и аппаратурой и уселись в шестом ряду.
Кинозал был маленьким. В нём кроме кино слушали музыку, заседали комсомольцы, а по воскресениям на сцене устраивали представления для всех ребятишек. Устраивали и торжественные собрания, на которых отчитывались за всю трудовую неделю. Пускали на них и мальчишек.
Белые стены с зелёным низом были завешаны разными плакатами и планами работ, от щитков тянулись провода. В углу, рядом с бюстом Вождя стояло знамя, висело несколько вымпелов, а ближе к сцене, где стояла у стены трибуна для выступлений, висела меловая доска. Над сценой висел транспорант. Сбоку висели красные пыльные зановески, а на стене за сценой карта мира…
Сейчас её загораживал большой экран стериовизора.
Начался фильм о том мире, который Митька не знал… А после фильма о моряках начался детский сеанс, где снова показывали мир на поверхности…
3
Уже ночью в детской мальчик лежал без сна и перед глазами у него носились обрывки фильма, солнце, зелёная трава, дома, весёлые дети, которые поедали мороженное, играя в парке. Ничего этого, кроме мороженного он не знал, а однажды сам увидел своими глазами тот мир, что лежал на поверхности.
Митька тогда засиделся в классе. Исправлял диктант, сидя за партой рядом со шкафом, над которым висел ботанический плакат, пока не услышал как говорят между собой два старшеклассника.
Они разговаривали о том, что там, наверху.
Митька забыл про диктант и бросился за ними.
Тогда тоже было вечернее время, на стенах под сводчатым потолком горели гирлянды жёлтых фонариков, со стен свисали красные знамёна. По залам гуляли люди, у киоска "Союзпечати" болтали двое подростков, у белых статуй, которые стояли у входа в другой зал, хихикали девчонки. Над входом сияла красная звезда в жёлтых лучах, под ней мерцали большие красные буквы, складывающиеся в слово "Победоград", название города, который лежал наверху, и подземного, в котором жил Митя…
Справа был магазин игрушек, у которого столпились ребята постарше Митьки и несколько взрослых. Чуть дальше на стене было написано "Новости", рядом застыл динамик, решётки вентиляции, и огромный белый глобус, а под ним на светящихся витринах было написано "Правда", газета, которую читал по вечерам дедушка. Ещё такую газету читала мама, когда возвращалась с поверхности и всегда приносила что-нибудь интересое.
Митька оглядедся, в поисках старшеклашек. Мимо стены с доской почёта и огромным плакатом со Сталиным прошли двое красноармейцев. А за углом мелькнули спины ребят. Митька побежал за ними.
Они оказались в просторном зале, где были статуи физкультурников, плавательный бассейн, спортивная школа и университет.
Здесь Митька был только один наз, с мамой, но его двоюродная сестра Настя бывала здесь часто, ходила в спортивную школу и в бассейн.
Старшеклашки были здесь. Они смотрели в какой-то странный прибор с наглазниками и о чём-то спорили, смеялись.
"А куда вы смотрите? – спросил тогда любопытный Митька. – Что это за штука?"
"Эта штука показывает, что творится наверху, – охотно ответили старшеклассники. – Ты думаешь сотня этажей это весь мир? Нет, мир там, на поверхности! И он не такой страшный, как рассказывают…"
"А какой он, этот мир?" – заинтригованно спросил Митька.
"Мы сами когда-то пришли оттуда, – значительно сказал белобрысый старшеклассник, – когда ходили в детский садик…"
"Мы знали, как огромен тот мир…"
"А что там, наверху?
"А ты посмотри сам, увидишь! Дай я тебя подсажу…"
Старшеклассник подсадил Митьку. Мальчик посмотрел в наглазники, да так и застыл от увиденного. Это был не кинофильм, ни мультик, ни картинка в книжке, это был настоящий мир!
Вдаль под вечерним небосводом уходили безжизненные дома, зеленели разросшиеся деревья, блестела река, над которой нависли мосты. И всюду, куда хватало глаз посмотреть была жёлтая закатная даль.
Город, который находился на поверхности был тих и безжизненнен, только горели на закате окна его высоток, золотились верхушки домов, вышек, телебашен, корпусов электростанции.
Это и был тот настоящий мир, о котором Митька почти ничего не знал…
Из глаз выкатились непрошенные слёзы. Митька уткнулся лицом в подушку, чтобы стереть их. Митька заснул и снилось ему солнце, которое он видел всего два раза и голубое небо над сказочным, таинственным городом там, наверху и золотистые облака.
Вспышка нестерпимого белого света, полыхнувшего над городом на мгновение ослепила мальчика, а в следующее мгновение он услышал нарастающий гул удара. Над белыми высотками в небо взметнулся огненно-белый гриб атомного взрыва. Облака, что были над самым эпицентром взрыва растаяли, и город исчез в жёлтой волне.
Мальчик стоял молча, со страхом и неверием глядя на то, во что поверить было никак нельзя. Он видел, как город скрылся под жёлтой завесой.
А ещё были травы. Море зелёных, сочных и душистых трав и цветов, которые росли всюду, тянулись к Митьке, говорили с ним, завали его куда-то…
Митя бегал среди них и смеялся, а вокруг был целый мир, тот, который стал ядовит, и мальчик сразу услышал потрескивание дозиметра.
Ногой он ударился о знак радиационной угрозы и проснулся…
4
Победоград, был огромным подземным городом, который уходил на внушительную глубину. Он был совсем не похож на тот город, что лежал наверху, тот, настоящий, где были солнце, дождь, ветер и травы.