Сергей Чувашов – Тени над чёрным морем (страница 2)

Но сейчас, в эту первую ночь в Анапе, он просто стоял на балконе и слушал, как город дышит во сне, как шумят листья акаций, как где-то вдалеке плещется море. И почему-то ему казалось, что это место уже начинает менять его, как оно меняло всех, кто здесь оказывался.

ГЛАВА 2. МЕСТО ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Утро встретило Волкова ярким солнцем и пением птиц. Он проснулся раньше будильника — внутренние часы еще не перестроились на южное время. За окном уже вовсю кипела жизнь: слышались голоса, шум машин, лай собак. Анапа просыпалась рано.

После завтрака в гостиничном ресторанчике — свежие овощи, местный сыр и кофе с привкусом моря — Волков отправился в управление внутренних дел. Здание оказалось современным, но построенным с учетом местного колорита: светлые стены, красная черепица, арки в южном стиле.

Елена Морская ждала его в кабинете на втором этаже. Сегодня она была в джинсах и светлой блузке — более неформально, чем вчера, но от этого не менее профессионально.

— Доброе утро, — поприветствовала она. — Как ночь? Выспались?

— Отлично. Тишина непривычная после Москвы.

— Понимаю. Я в командировке в Москве вообще не могла заснуть — слишком шумно.

На столе были разложены материалы дела: фотографии, протоколы, схемы. Волков сел напротив и начал изучать документы более внимательно, чем в самолёте.

Фотографии места преступления были сделаны профессионально. Курган Большая Близница представлял собой невысокий холм, поросший степной травой. На вершине, рядом с информационной табличкой для туристов, лежало тело Дмитрия Ковалёва. Поза была неестественной — руки раскинуты в стороны, ноги вместе. Словно кто-то специально уложил его именно так.

— Кто нашел тело? — спросил Волков.

— Группа туристов из Ростова. Приехали рано утром, хотели встретить рассвет на кургане. Это популярное место для таких вещей.

— Время обнаружения?

— Шесть утра пятнадцатого августа. Полнолуние было в ночь с четырнадцатого на пятнадцатое.

Волков кивнул и перешел к фотографиям тела. То, что он увидел, заставило его нахмуриться. На груди и руках Ковалёва были вырезаны символы — не глубоко, но чётко. Линии были ровными, словно их наносил человек с твердой рукой и ясным планом.

— Эксперты что-нибудь сказали об этих знаках?

— Предположительно, древнегреческие буквы. Но складываются ли они в слова — непонятно. Мы отправляли фото в университет, филологам, но пока ответа нет.

Волков достал лупу и внимательно изучил символы. Действительно, некоторые из них напоминали греческие буквы, но были и такие, которые он не мог идентифицировать.

— А орудие убийства?

— Не найдено. По заключению эксперта, удар был нанесен тяжелым тупым предметом — возможно, камнем. Таких на кургане много.

— Следы борьбы?

— Никаких. Похоже, Ковалев не сопротивлялся. Либо знал убийцу и не ожидал нападения, либо был застигнут врасплох.

Елена подвинула к нему еще одну папку.

— Вот данные о последних днях жизни. Коллеги говорят, что он стал очень скрытным. Работал допоздна, что-то искал в архивах, делал какие-то записи.

— Записи сохранились?

— Частично. Рабочий стол в музее мы опечатали, но дома у него почти ничего не нашли. Либо он все держал в голове, либо что-то унес с собой в ту ночь.

Волков листал протоколы допросов. Коллеги Ковалева в один голос говорили о его профессионализме и увлеченности работой. Но в последние месяцы он изменился — стал замкнутым, нервным, часто задерживался в музее после закрытия.

— С кем он был ближе всего?

— С Анной Светловой, научным сотрудником музея. Они работали в паре над несколькими проектами. Если кто и знал, чем он занимался в последнее время, то она.

— Где она сейчас?

— В музее. Я договорилась, что мы зайдем к ней после осмотра места преступления.

Волков закрыл папку и посмотрел на Елену.

— Тогда поехали на курган. Хочу увидеть все своими глазами.

Дорога к кургану Большая Близница заняла около получаса. Они ехали по степной дороге, мимо виноградников и полей подсолнечника. Солнце поднималось все выше, и воздух начинал дрожать от жары. Елена вела машину уверенно, явно хорошо знала эти места.

— Вы здесь родились? — спросил Волков.

— Да, коренная анапчанка. Отец работал в порту, мать — учительница. После института хотела уехать в большой город, но потом поняла, что это мое место.

— Не жалеете?

— Иногда. Особенно когда сталкиваешься с делами вроде этого. В большом городе больше ресурсов, специалистов. А здесь приходится самой во всем разбираться.

Курган показался вдалеке — невысокий холм, выделяющийся на фоне ровной степи. Рядом с ним стояла машина археологической службы и несколько туристических автобусов. Место было популярным у экскурсантов.

— Много народу, — заметил Волков.

— Да, пришлось снять оцепление через неделю. Туристический бизнес не ждет. Но я сфотографировала все до мельчайших деталей.

Они припарковались у подножия кургана. Волков вышел из машины и сразу почувствовал особую атмосферу этого места. Здесь было тихо — даже ветер словно стихал, приближаясь к древнему холму. Воздух был наполнен ароматами степных трав и чем-то еще — запахом времени, истории.

— Подъем несложный, — сказала Елена, указывая на тропинку, ведущую к вершине. — Минут пять неспешным шагом.

Они начали подниматься. Тропа была хорошо протоптана — сюда действительно часто приходили туристы. По пути Елена рассказывала об истории кургана.

— Построен в четвёртом веке до нашей эры. Раскопан в 1868 году. Нашли богатые захоронения — золотые украшения, оружие, керамику. Все это сейчас в Эрмитаже.

— А что думал найти здесь Ковалев?

— Вот это загадка. Официально курган пуст, все ценное давно извлечено. Но он был уверен, что археологи девятнадцатого века что-то упустили.

На вершине кургана стояла информационная табличка с кратким описанием памятника. Рядом с ней — то самое место, где было найдено тело. Волков остановился и внимательно осмотрелся.

Вид отсюда открывался потрясающий. Степь расстилалась во все стороны, переходя на горизонте в голубую дымку. Вдалеке виднелись горы, а с другой стороны — полоска моря. Ветер здесь был сильнее, чем внизу, и трава шелестела под его порывами.

— Красивое место для убийства, — мрачно заметил Волков.

— Да. И символичное. Древнее захоронение, полнолуние, ритуальные символы на теле — все это не случайно.

Волков присел на корточки рядом с местом, где лежало тело. Трава здесь была примята, хотя прошло уже почти месяц. Он достал лупу и начал внимательно изучать землю.

— Следы машины были?

— Да, но не у самого кургана. Примерно в двухстах метрах, у дороги. Протектор стерся, модель определить не удалось.

— Значит, убийца приехал на машине, но не хотел подъезжать близко. Либо осторожничал, либо знал, что здесь часто бывают люди.

Волков поднялся и обошел вершину кургана по кругу. С северной стороны склон был более крутым и заросшим кустарником. Отсюда можно было незаметно подняться, особенно в темноте.

— А свидетелей никого не было? Сторожей, случайных прохожих?

— Никого. Ближайшая деревня в трех километрах. Ночью здесь абсолютно безлюдно.

— Но Ковалев зачем-то сюда приехал. Один, ночью, в полнолуние. Либо у него была встреча, либо он что-то искал.

Елена кивнула.

— Я тоже так думаю. Но что именно — загадка.

Они спустились с кургана и сели в машину. Волков еще раз посмотрел на древний холм, пытаясь представить, что происходило здесь в ту роковую ночь. Ковалев поднимается по тропе, возможно, с фонариком. Он что-то ищет или кого-то ждет. А потом...

— Поехали в музей, — сказал он. — Хочу поговорить с этой Анной Светловой.

Анапский археологический музей располагался в центре города, в красивом здании начала двадцатого века. Анна Светлова встретила их в своем кабинете — небольшой комнате, заставленной стеллажами с книгами и папками. Ей было около сорока, тёмные волосы с проседью, умные карие глаза за очками.

— Проходите, пожалуйста, — пригласила она. — Кофе будете?