Сергей Чувашов – Аленький цветочек и Камень Времён (страница 1)
Сергей Чувашов
Аленький цветочек и Камень Времён
Глава 1. Перстень с секретом
За тремя горами, за двумя реками, а если точнее — сразу за брусничным болотом, где кикиморы только носы высовывают по пятницам, стояла деревенька Заречье. В той деревеньке жила девочка Варя. Обычная? Да нет, не совсем.
Варя была как весенний ручеёк: негромкая, но упрямая. Русые волосы вечно лезли в глаза, веснушки рассыпались по носу, словно кто-то просыпал корицу, а пальцы у неё были вечно в зелёном — то ли от сока трав, то ли от краски, которой она подкрашивала старые книги. Платья она не любила («они путаются, когда бежишь по грибы»), а предпочитала отцовскую старую куртку и лапти, которые сама сплела. И главное: Варя умела слушать. Не просто ушами, а всей кожей. Она слышала, как вздыхает подгнившая половица, как шепчет заварка в чайнике и как плачет куст шиповника, если его поломать.
Бабушка её, Аграфена Ивановна, была знаменитая травница. По всему Заречью ходила молва: если у кого ломит кости — к Аграфене; если корова не доится — к Аграфене; если в печной трубе завёлся бабай — опять к ней. Бабушка смеялась: «Бабай — он просто одинокий, дай ему сухарик, и уйдёт».
Жили они в избушке на отшибе, у самого леса. В избе пахло мятой, зверобоем и ещё чем-то неуловимым — древностью, что ли. На полках стояли глиняные горшочки с засушенными цветами, на чердаке валялся прялка с русалкой вместо украшения, а под кроватью у бабушки лежал ларец. Не простой. Кованый, с облезшей краской, и каждый раз, когда Варя проходила мимо, ларец чуть слышно… звенел.
— Бабушка, — спросила однажды Варя, — что у тебя в ларце? Сокровища?
— Сокровища? — Бабушка задумалась. — И да, и нет. Там моё прошлое.
— А можно посмотреть?
— Рано, касатка. — Бабушка погладила её по голове шершавой ладонью. — Когда цветок внутри тебя проснётся — тогда и ларец заговорит.
Варя вздыхала и шла во двор — кормить хромого воробья Семёна. Семён был важный: он не клевал с руки, только с колена и только овёс без шелухи. «С характером птица», — говорила бабушка.
Однажды в пятницу, перед самыми Травниками (праздник такой, когда лето встречают), Варя проснулась от странного звука. Не то птица билась в окно, не то ветер завывал по-особенному. Она села на кровати, протёрла глаза. Луна светила прямо в щель между занавесками, и на полу лежала серебряная дорожка.
— Бабушка?
Тишина. Нехорошая. Даже сверчок замолк.
Варя босиком, шлёп-шлёп, прошла в большую комнату. Бабушка сидела в кресле-качалке и держала в руках тот самый ларец. Глаза у неё были светлые-светлые, словно она смотрела не на Варю, а сквозь неё — туда, где звёзды сворачиваются в спирали.
— Садись, — сказала бабушка негромко. — Пришло время.
Варя села на пол, у бабушкиных ног. Ларец лежал на коленях у Аграфены Ивановны, и теперь Варе было видно: крышку украшает не просто узор, а настоящий цветок. Аленький. С семью лепестками, такими тонкими, что казалось — вот-вот превратятся в дым.
— Это не просто цветок, Варенька, — бабушка провела пальцем по крышке. — Это память. Моя мать, твоя прабабка, сказывала, что когда-то был в нашем роду дар — видеть Чудесный мир. Не тот, где домовые да лешие, а другой, глубже. Мир, где всё живое говорит на одном языке. И хранитель того мира — Камень Времён. А в нём растёт цветок, который никогда не вянет.
— Аленький? — шёпотом спросила Варя.
— Он самый. Только от Камня Времён его отделили много веков назад. Часть цветка спрятали в этот перстень. — Бабушка щёлкнула замочком. Крышка ларца откинулась. Внутри на алой бархатной подушке лежал перстень. Тёмное серебро, а в серебре — прозрачная капля, и внутри капли… живой цветочек. Он был маленький, с ноготь, но каждый лепесток чуть-чуть шевелился, как у настоящего.
Варя ахнула. Цветочек был не просто красный — он светился изнутри, как будто там, в сердцевине, тлел уголёк добра.
— Он дышит? — спросила Варя.
— Дышит, — кивнула бабушка. — И ждёт, кто скажет ему верное слово. Не «волшебство» и не «хочу». А одно-единственное, которое зажжёт его навечно. Многие пробовали, да не смогли. А теперь перстень твой. — Она надела кольцо Варе на средний палец левой руки. Кольцо было чуть великовато, но тут же сжалось, подстроилось. По пальцу побежало тепло, как от печной заслонки.
— Я-я справлюсь? — Варя испугалась.
— Ты справишься, — бабушка улыбнулась, но в глазах её мелькнула тень. — Только помни: цветок нельзя никому отдавать силой. Иначе Морок придёт.
— Кто?
Но бабушка не успела ответить. В доме вдруг стало темно, хоть глаз выколи. Луна погасла. И воздух… воздух стал холодным, как в погребе. А потом раздался голос. Он шёл изо всех углов сразу:
— Аграфена. Ты нарушила уговор.
Варя вжалась в бабушкин бок. Аграфена Ивановна спокойно выпрямилась.
— Уговор был: не тревожить Камень, пока цветок не назовёт достойного. Я не тревожила. Я просто передала перстень внучке.
— Передала? — Голос засмеялся. И из темноты шагнул… человек. Или не человек? Он был высок, одет в чёрное, но самое страшное — у него не было тени. Глаза горели, как две угольные ямки, а лицо было гладкое, как восковая маска. — Ты передала самое дорогое, девочка. И теперь я возьму это.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.