Сергей Чернов – Госпожа Луна (страница 28)

Марк задумывается. Кира морщит носик:

— Не хочется из Москвы уезжать. Тут такие тусовки…

— Организуешь там тусовку. Под себя. И будешь там примой.

Кира задумывается вслед за женихом. Подсыпаю ещё сладкого:

— Там женщины не очень красивые. Нет, они есть, но их мало. Ты сразу станешь королевой красоты. В пятёрку красивейших женщин Омска точно войдёшь.

— Откуда ты знаешь? — Кира смотрит испытующе, Марк тоже. — Ты разве там бывал?

— Овчинников рассказывал. Он ведь в тех краях долго обретался.

Так в разговорах и хлопотах проходит весь остаток дня. Напоследок Кира просит съёмку. С золотым слитком на руках. Марк удовлетворяет её просьбу в момент окончания экспертизы и подписания документов. Кира для нас вовсе не обуза, она фиксирует на камеру самые важные моменты. Хрен отопрёшься, что золото получил, когда сам на камеру сказал об этом. Это если ещё удастся акты уничтожить, а банковские документы не горят.

Персоналии.

Хованский Алексей Андреевич — генеральный директор, председатель совета директоров холдинговых компаний «ВТБ Капитал», относительно молодой приветливого вида человек в стильных очках.

Ганин Олег Владиславович — первый заместитель Председателя Правления Сбербанка.

Глава 9

Отпуск по распорядку

16 июня, суббота, время 10:05.

Москва, резиденция президента «Горки-9».

Мимо дома президента я без шуток не хожу. То им хрен в окно засуну, а то ржавый якорь покажу…

Искину делать нефиг, вот заданиями на неприличные частушки и загрузил. Он в таких делах не силён, поэтому тормозит.

— Виктор, вы всё-таки изрядный… — министр обороны Анисимов подыскивает слово.

Полагаю, что-то вроде «мерзавец» или «паскудник».

— … обломщик, — находит всё-таки цензурное определение.

— Да, — вальяжным тоном поддерживает президент. — Я вот даже не знаю, огорчаться мне или радоваться, что вы с лёгкостью настолько необыкновенной сшибли «Авангард». Он вообще-то считается неуязвимым для ПРО.

— Что же вы сразу не предупредили, что его сбить невозможно! — вскрикиваю с искренним изумлением.

Первым начинает ржать Медведев, лёгкой усмешкой его поддерживает Чернышов (вице-премьер по космосу). Президент усмехается и ехидно поглядывает на генерала Анисимова. Тот единственный не улыбается.

— На самом деле, Александр Юрьевич, не стоит так огорчаться. Мы не смогли бы уничтожить «Авангард» полностью, успей он разделиться на десяток блоков. Все блоки заблокировать точно не удалось бы, — иногда балуюсь тавтологией.

Анисимов слегка расслабляется

— Но мы будем над этим работать, — ибо нефиг почивать.

Входит стройная и улыбчивая горничная, ставит на столик кофейник, разливает дымящийся напиток по чашкам.

— Работайте, Виктор, работайте, — благодушествует президент. — Для того и щука в пруду.

Когда несильно юная девушка уходит, приступаю к делу первым:

— Нам нужна от вас дивизия, Александр Юрьевич, — гляжу с лёгким нажимом на министра. — Мобильная, хорошо вооруженная и обученная. Желательно из числа сил специальных операций, но и воздушно-десантная подойдёт.

Все высокие — не в смысле роста — мужчины смотрят с ожиданием и немым вопросом. Разворачиваю требование:

— Высший Совет ООН нуждается в силовой компоненте. Войсковые миротворческие части, имеющие постоянный мандат ООН. Контроль над планетой — дело сложное и хлопотное. Поначалу расходы по их содержанию полностью будет нести Россия. Затем Луна возьмёт на себя дополнительное денежное довольствие. Бонусное, так сказать. Разумеется, в лунных рублях, которые ещё долго будут товарными деньгами. С полиметаллическим содержанием.

Высокий синклит переваривает новость молча.

— Безусловно, будет поддержка со стороны орбитальных сил.

— Какого рода? — деловито уточняет Анисимов.

— Любого. Разведка, обеспечение связи, огневое прикрытие. Плюс к этому, возможно, внедрим в состав дивизии свои спецподразделения.

Делаю паузу, мужчинам надо переглянуться.

— ФСБ наверняка вам докладывала, Владислав Леонидович, что мы развиваем технологию боевых роботов. Вот они и будут основой этих подразделений.

— Это те, что от человека неотличимы? — искру интереса в глазах президента намного перекрывают вспыхнувшие глаза министра обороны.

— Есть и отличимые. Очень сильно отличимые.

— Но неотличимые от пауков, — усмехается Анисимов. — Кроме размеров.

— И вооружения.

Смеёмся вместе, глядя друг на друга в упор. Российские спецслужбы не спят, и, конечно, меня это не огорчает.

Кофе остыл? Беру чашку. Есть ещё один более серьёзный вопрос. Вооружённые силы, подконтрольные Высшему Совету, читай — Луне, будут сформированы из спецчастей трёх государств. Кроме России это КНДР и Куба. Китай пока не включаю, у них какие-то мутные территориальные претензии есть к соседям. Таких не берут в космонавты.

С Кубой и КНДР не так просто, как с Россией. Им платить придётся и брать на себя серьёзные расходы. Страны-то бедные. Но это и плюс: большой и жирной оплаты не затребуют. Опять же членство в Высшем Совете обязывает.

Тема напрямую касается только трёх стран. А вот следующий вопрос — глобальный.

— Надо создать комиссию. Из дипломатов, историков, политологов и юристов в области международного права. Последние нужны в первую голову. Тщательно прошерстить весь период, начиная с 1946 года, то есть сразу после второй мировой войны. Составить подробный список всех нарушений международных соглашений, резолюций и решений ООН и всего подобного. Включая двусторонние межгосударственные договоры. По всему миру и всем государствам. Разбить по категориям. Самыми тяжёлыми считать акты военной агрессии по надуманным причинам. Характерные примеры: война во Вьетнаме, оккупация Ирака и разгром Ливии с убийством их лидеров. Позже Колин Пауэл сам признавал, что в пробирке с белым порошком, которой он тряс с трибуны ООН, никаких смертоносных бацилл не было.

— Многие интервенции носили групповой характер, — Медведев чему-то уже улыбается.

— Зачинщику — первый кнут, всем остальным тоже всё честно заслуженное.

Вслед за Медведевым остальные тоже как-то мечтательно задумываются.

— Эксклюзивно для России. У правительства же есть некая напряжённость с Норвегией относительно Шпицбергена? — улавливаю возникающую настороженность, впрочем, позитивную. — Норвежцы ведь систематически нарушали заключённый договор? Соберите самым тщательнейшим образом все документы, обоснуйте все факты нарушений, затребуйте официальные объяснения — а лучше всего признания — от Осло. Не буду скрывать от вас, но своим людям об этом не говорите: предполагаемое решение Высшего Совета ООН — абсолютное изгнание Норвегии с территории архипелага и закрепление его за Россией. Ибо нехер!

— Контроль над Арктикой? — осторожно интересуется Медведев.

Отвечаю ему широчайшей и сладчайшей улыбкой, ни слова не говоря. Понимаю его прекрасно: если уж решил откусить кому-то палец, то неплохо бы до локтя.

Меня давно терзают тяжёлые сомнения, что ситуация в мире вот-вот пойдёт вразнос. Один гегемон уходит, другой приходит, как раз в такие моменты и происходит всякая хрень. Любители всех калибров и мастей половить рыбку в мутной воде обязательно поднимут голову и примутся суетиться. Поэтому надо незамедлительно ставить всех в жёсткие границы. Примерно с таким подтекстом: это раньше было беззаконие, за которое ответят все виновные, а теперь в мир пришёл железный порядок. И, как говорится, горе тому, кто не услышит. В башку прилетит моментально. И не только орбитальная ракета. Методы воздействия надо максимально разнообразить. И взять на вооружение древний принцип: лучшая профилактика преступлений — неотвратимость наказания.

21 июня, четверг, время 12:15.

Березняки, дом бабушки Серафимы.

Дети ведут себя относительно спокойно, а вот маленький Гришка от меня не отлипает. Даже сейчас за обеденным столом на коленях сидит. Почти не мешает, обедать и одной рукой можно. Немножко виноват перед ним, на день рождения 10-го числа не смог приехать. С другой стороны, у нас равноправие — к другим детям тоже не приезжал. Обхожусь денежными переводами, Алиска сама разберётся, что купить. Вот только насчёт мальчиков я ей не доверяю. Поэтому привёз им конструкторы. Девятилетнему Мише сложнее — со схемотехническими элементами робототехники, Гришаньке — мешок лего.

Алёнка принялась деньги копить. Сей факт не мог не порадовать. Проблема с подарками решается простым нырянием в кошелёк. Ведь маленьких детей и маленькие деньги радуют. Пришлось, правда, Алисе внушение сделать, когда Алёна пожаловалась, что мама иногда ныряет в её копилку. И возместить, разумеется. И шкатулку с замочком купить.

— Девок каких-то приволок с собой, — бурчит бабушка, напарывается на мой предостерегающий взгляд и затыкается. Но ненадолго: — За стол почему их не приглашаешь? Они у тебя что, росой питаются?

Опасаюсь всё-таки при детях по-русски разговаривать, вот она и пользуется. Напрасно.

— Ай донт андестенд энисинг, олд гоат (не понимаю ничего, коза старая).

— Вот из «гоат»? — тут же встревает Алёнка.

Странно, вроде в селе живёт. Миша тут же объясняет, ставит пальцами рожки и мекает.

Басима быстро линяет лицом. Знаю, что нельзя разговаривать на языке, незнакомом присутствующим. Но, во-первых, сама напросилась. Сколько раз ей надо говорить, что обсуждать со мной при детях ничего не надо! Во-вторых, это педагогический процесс, ничего не поделаешь. Учительница иностранного языка, например, просто обязана говорить на нём. Пусть дети не понимают, пусть присутствующие на открытом уроке коллеги и инспекторы ничего не смыслят. Ей до того дела нет.