Сергей Чехин – Князь Китежа (страница 28)
— Ай-я-яй! — заверещал малец. — Пустите, дяденька!
Вопли и мольбы и без того будоражили народ, но я решил немного растянуть представление, чтобы ни один зритель не ушел без новости об обнаглевшем толстосуме.
— Даже не знаю, что с тобой делать. Может, отдать страже?
— Нет-нет-нет, пожалуйста! Меня уже пороли на этой неделе! Умоляю, только не стража!
— Уже пороли? — я хмыкнул. — Так ты, выходит, рецидивист? Опасный и неисправимый преступник!
— Нет, дяденька! Я исправлюсь, честно-честно! Просто нас в семье семеро, а денежек совсем нет! Пощадите, Чернобога ради!
— Семеро, говоришь? И все воруют, небось?
— Нет, клянусь! Только я!
Краем глаза заметил, что толпа сгущается и смотрит все более недобро, явно намереваясь отстоять своего силой.
— Ну, ладно. На этот раз поверю. Держи червонец, только растяни на подольше, а то опять всыпят.
— Это… правда мне? — воришка захлопал ресницами — и я почти поверил в его искреннее удивление.
— Да. У меня таких много — а теперь кыш отсюда, пока друзья не отобрали.
Он тут же растворился, причем без всякого волшебства. Мы же загрузили покупки в салон и покатили дальше.
— Тщеславие и стяжательство есть, — Яра допила последний глоток сидра. — Пора добавить немного разврата.
Она велела притормозить у парка, где на скамеечках сидели берегини — пожалуй, самые смиренные и благонравные из всей нечисти. После чего перебралась мне на колени и принялась осыпать поцелуями шею, щеки и уши. Айку о таком маневре никто не предупредил, но она присоединилась сама, при том неистово водя ладонью по моей груди.
К сожалению, ласки продлились недолго — по окнам и крыше с яростью застучали березовые ветви, и машина заходила ходуном. Понятно, что деревья не смогли бы так сами по себе — значит, шоу возымело именно тот эффект, ради которого и задумывалось.
Водитель приоткрыл поддувало, и карета рванула вперед под визг и хохот пассажирок.
— Признайся, — Яра взяла меня за галстук и легонько приподняла голову. — Ты ведь ради этого все затеял?
— Нет, — обнял ее за талию обеими руками и прижал к себе. — Все городское дно уже знает о наших похождениях. Уж я-то знаю, как гоп… разбойники смотрят на добычу. И таких взглядов я поймал очень много. Но все так же в курсе, что мы — колдуны, поэтому нас еще не ограбили. Однако Вадим наверняка попытается. Впрочем, тебя потискать тоже не грех. Люблю совмещать приятное с полезным.
Она фыркнула и вернулась на место. Карета же остановилась около банка — последней точке нашего маршрута. Туда я вошел с пустым саквояжем, а обратно вытащил набитый до краев. Но внутри лежали не купюры, а кое-что купленное на рынке. Правда, далеко не все могли бы об этом догадаться. Потому что на мой скромный взгляд, я отыграл мажора на выгуле на пять с плюсом.
Как вскоре выяснилось, Колоб жил на удивление небогато для своего бизнеса. Я нарочно не стал запирать дверь — мол, так увлекся барышнями, что забыл обо всем на свете. Закончив все приготовления и еще раз повторив план, мы сели на диванчике около камина. Наживка заброшена, осталось ждать поклевки. Но первым попался не трофейный карп, а мусорная рыбешка, решившая заглотить приманку явно не своего калибра.
Не прошло и нескольких минут, как в особняк ввалилась шайка домовых в дубленой коже, масках, капюшонах и с кинжалами. Ну чисто каноничные фэнтезийные бандюганы.
— Эй, барин! — рявкнул вожак. — Гони-ка золотце! И бабенок своих — тоже.
Темные щупальца приподняли меня над диваном. Карлики все поняли без лишних слов, извинились и умыкнули прочь быстрее мыши при появлении матерого кота.
— Даже повеселиться не дал, — проворчала Яра. — И что теперь делать?
— Сиди и жди. На рыбалке никогда не была?
— Однажды я охотилась с гарпуном на чудо-юдо. Это считается?
— Не совсем, — я достал из буфета две бутылки вина и вылил содержимое в сток. Колоб потом тройную цену сдерет, но без реквизита спектакли не играют.
— Эй! — возмутилась полудница. — Мог бы нам отдать.
— Ты и так поддатая.
— Ничего подобного. Я таких как ты дюжину перепью.
— Как-нибудь проверим, но не сейчас, — перетащил саквояж вплотную к дивану, а на ковре в беспорядке разложил бутылки. — Теперь пора залечь в засаду.
Причем залечь в буквальном смысле — мы развалились в обнимку, типа напились, нарезвились и вырубились. Мне стоило немалых усилий не заснуть по-настоящему, и только напряженное дыхание по обе стороны будоражило разум и тело.
Так продолжалось около часа, после чего лешачиха чуть слышно шепнула:
— Здесь кто-то есть. Я чую шаги на траве.
Похоже, это наш клиент. Ну-с, сейчас пойдет потеха.
Несмотря на полузакрытые глаза, я заметил, как отворилась входная дверь — будто бы от ветра — а следом прогнулись половицы. Вор приближался практически бесшумно — интересно, такой эффект давала шапка или же сапоги?
Но вот совсем рядом раздался мелодичный звон — золотая кольчуга меж рожек лешачихи сама собой отсоединилась от колец и поплыла по воздуху в неизвестном направлении. И в этот самый миг я направил воздушный поток в самое сердце саквояжа, где лежал припасенный заранее мешочек с мукой.
Раздался гулкий хлопок, и половину комнаты заволокла белая пыль, которая тут же налипла на одежду и лишила маскировку всякого толка. Вор вздрогнул и на миг оцепенел, явно не ожидая западни, и Ярослава ударила по глазам ослепительным лучом.
Парень развернулся и быстрее ветра рванул наутек, но из-за слепоты врезался плечом в дверь, сорвал ее с петель и покатился по клумбам. Как бы так не вышло, что весь гонорар придется отдать Колобу за погром… Хотя Яга богатая — как-нибудь сочтутся.
Похититель меж тем поднялся и побежал прочь, топча цветы и прорываясь сквозь розовые кусты. Вот только двигался он со вполне обычной скоростью, что из-за страха заметил далеко не сразу. А все потому, что Айка повелела корням и побегам оплести сапоги, и парень просто выскочил из них в пылу погони.
Он хотел вернуться, но праздные пьяницы уже поджидали на крыльце во всеоружии. И все же беглец предпринял последнюю попытку спастись и рванул к росшей в углу забора густой траве. Скорее всего, там был спрятан ковер, и если Вадим успеет до него добраться, вся операция пойдет прахом.
К счастью, Колоб очень любил растения, а лешачиха загодя знала, что и как делать. Трава опутала лодыжки, и похититель шлепнулся на живот, после чего получил зеленые кандалы уже на запястья. В таком положении он мог только брыкаться и рычать, и все попытки освободиться оказались тщетны. Что довольно странно, ведь для колдуна не составит никакого труда пережечь путы.
— Вот и все, — я сорвал с него шапку, чувствуя себя героем «Скуби Ду».
— Вы стражи? — крикнул пленник, чьи волосы казались седыми из-за муки.
— Нет. Но ты точно окажешься в тюрячке, если продолжишь так себя вести.
— Да пошел ты…
— Скоро пойду. Как только заберу украденные вещи. Тебе письмо, кстати, — бросил конверт рядом с перекошенным злобой лицом. — От мамы. Знаешь, я не хочу лезть в вашу семью, но на твоем месте я бы…
— Заткнись! — не своим голосом рявкнул юнец. — Не упоминай эту тварь всуе! Она — не моя мать!
— Хм… А кто тогда?
— Она похитила меня! Выкрала у настоящих родителей.
Я посмотрел на девчонок — те выглядели весьма настороженно. Если это правда, то ситуация приобретет крайне паршивый оборот. Парня придется спасать, а Яга наверняка захочет отомстить.
— Ты уверен?
— Да, черти вас задери! На все сто! Потому что я — человек!
Я отшагнул и закусил губу, в спешке соображая, что теперь делать и как выпутаться из неприятностей. В этот самый миг в темнеющем небе послышался свист, и прямо напротив ударила тонкая, точно хлыст, молния. Яра тут же зажгла искру о озарила пронесшиеся над нами силуэты верхом на коврах-самолетах.
Незнакомцы носили черные фраки, плащи с красным подбоем и театральные маски. При том не сидели на коврах, как обычно, а стояли, взявшись за поводья — почти как на серфинге, и свободными руками метали в нас электрические разряды и огненные шары.
— Эй, нечисть поганая! — сквозь треск и грохот пробился пронзительный клич. — Думали, смогли пленить одного из наших? Как бы не так! Сейчас вы узнаете, на что способен Светоч!
Глава 14
Айка скрипнула зубами и подалась вперед, невзирая на сыплющийся с неба огонь. Пришлось схватить ее за руку и потащить к дому, но девушка упиралась так, что пропахала копытцами газон, как плугом. И все же отступить пришлось, ведь подкрепление явилось столь внезапно, что кидаться на них без толка и тактики — значит, заведомо проиграть.
Нужно сперва оценить обстановку и все продумать, а сделать это можно только в укрытии. Хорошо, что особняк у Колоба — каменный, а то пришлось бы совсем несладко. Мы преодолели двор как под минометным залпами — тут и там рвались снаряды, а комья грязи осыпали с головы до ног.
И только засев у окна, я сбил в кучу мысли и принялся судорожно соображать. «Фраки» меж тем не стали зачищать наш своеобразный укреп, а сосредоточились на эвакуации подельника. Тип в уродливой личине, похожей на демона из Кабуки, пошел на снижение, в то время как соратники делали все, чтобы не дать нам ему помешать.
Парень в маске Петрушки — носатой и с красным колпаком — лупил молниями с двух рук. Румяная и накрашенная «девушка» в кокошнике швыряла огненные шарики — небольшие, с грецкий орех — зато часто, как из автоматического гранатомета.