Сергей Чехин – Белый орк (страница 49)

— Украдите быка у обидчиков — да и все дела. В чем проблема-то?

Волосатый стукнул себя кулаком в грудь и зарычал:

— Брехня это все! Мое племя никогда воровством не промышляло! И другим воровать тоже не дадим! Пику ему в брюхо, а не быка.

Орки похватали оружие и едва вновь не схлестнулись в бесконечной битве. Альберт замахал руками, привлекая к себе внимание.

— Подождите, подождите! То есть ты, Лысый, готов торчать тут до конца времен лишь потому, что тебе жалко буйвола? А ты, Лохматый, оставил соплеменников, жен и детей и готов вечно отстаивать свою правоту? Почему бы вам не поменяться? Разве один бык стоит тысячи лет бессмысленной грызни?

Орки переглянулись и пожали плечами.

— Действительно, в нас будто злые духи вселились, — буркнул Лысый. — Ладно, будет тебе рогач, не переживай.

— Не надо, — махнул рукой Лохматый. — Настоящий вор никогда не признался бы, что он украл. Вижу, что честь для тебя важнее скотины. Не мог ты на такую подлость пойти. Мир?

Орки пожали друг другу руки и растворились в серой мгле. Альберт с облегчением вздохнул и потопал дальше. Первое испытание оказалось не слишком сложным, но на то оно и первое. Что ждет впереди — одному Зарзулу ведомо.

А впереди ждали волки. Огромная стая матерых серых зверей свалилась на путников как будто с неба, не успели они пройти и два полета стрелы от предыдущей встречи. Волки напали не сразу, а окружили путников кольцом и стали медленно приближаться, скаля слюнявые пасти.

Альберт от неожиданности отступил на шаг и столкнулся с товарищем. Исмаил размахивал мечом перед злобными мордами, но волки лишь оглушительно рычали и пытались ухватить клинок зубами.

Перепугался дипломат не на шутку. Сердце колотилось так, что дышать было трудно. Попробовать вступить с волками в бой? Бесполезно, их слишком много. Пока одного по голове треснешь, три других вцепятся со всех сторон. Но и отдавать жизнь задаром не хотелось. Шайн глубоко вздохнул и постарался успокоиться, чтобы унять дрожь в руках и коленях. И в этот момент твари замерли.

Угроза миновала, пусть и временно. Страх немного отступил, а вместе с ним и волки. Вот оно значит как, догадался Альберт и сунул молот за пояс. Ведь собаки чуют страх, а уж их недалекие предки и подавно. Главное побороть в себе гнилое чувство и можно идти дальше.

Подбадривая себя, дипломат шагнул вперед. Волки перестали щелкать зубами: кто уселся на пятые точки, кто и вовсе улегся и зевнул. Внутреннее спокойствие Альберта передавалась и хвостатым разбойникам. Тоже не самое сложное испытание.

Но стоило дипломату подойти ближе, волки разом вскочили и завыли так, что человек едва не шлепнулся на задницу от ужаса. В один миг круг сузился, и пасти щелкали на расстоянии вытянутой руки от лица, обдавая его слюнями и зловонными дыханием.

Исмаил подхватил товарища и помог встать на ноги. Альберту пришлось в срочном порядке уговаривать себя, что все хорошо, волчата просто хотят поиграть, если не бояться — ничего и не случится. Для верности прочел молитву, хотя особо верующим никогда не был. После произошедшего успокоиться удалось не так быстро, да и сердце колотилось куда сильнее предыдущего раза.

Звери все же отступили и принялись зевать. Интересно, а полное отречение от страха усыпит их? Но как Альберт не старался, коленки мелко подрагивали, а ладони потели. Не глядя на животных, Шайн медленно потопал прочь от опасного места. Перегораживающие путь звери завалились на бока, но все прекрасно понимали, чем эти игры могут обернуться в любой момент.

Самым сложным испытанием стал проход между волками. Испугаешься — и отскочить не успеют, вмиг сожрут. Альберт решил сосредоточиться только на хороших мыслях. Вспомнил Стрелу — замечательную и добрую охотницу, которая никогда бы не прибилась к этой мерзкой стае. Вспомнил ее хозяйку, только почему-то без одежды. Это сразу помогло — страх уступил иному чувству и у сердца появилась более важная работа, чем трястись по пустякам.

Шайн так замечтался, что Исмаилу пришлось возвращать его в реальность (если Астрал, конечно, можно ею считать). Получив легкий тычок в плечо, дипломат обернулся и не увидел ничего, кроме серой степи. Да, было чуточку сложнее, но все же испытание пройдено с достоинством. По крайней мере, человек искренне так считал.

Видимо, Зарзул не собирался растягивать удовольствие и играть с избранником в кошки-мышки. Не успел Альберт отойти от предыдущего испытания (в прямом и переносном смысле) как началось следующее. В десяти шагах от путника из ниоткуда возник призрачный силуэт Тарши с луком и одной стрелой в руках.

Шайн тряхнул головой, прогоняя морок, но девушка никуда не исчезла.

— Что за ерунда? Ты же жива, как ты оказалась в мире духов?

Изо рта охотницы полился знакомый густой голос — голос Зарзула. Великий шаман вещал через орчиху и дал такой ответ:

— Крошечная частичка каждого живого существа всегда находится в Астрале. После смерти большое и малое соединяются, иначе душа не найдет дорогу в новый дом.

Шаман бросил лук и стрелу под ноги человеку.

— У меня для тебя простое задание. Срежь стрелой прядь волос с головы этой дочери Степи. Согласишься — пойдешь дальше. Откажешься — забудь о моей помощи, без которой тебе не спасти Империю. А если промахнешься, — глас колдуна стал грозным и тягучим, как зарождающийся шторм, — застрянешь тут на целый год. Выбор за тобой.

Альберт посмотрел на оружие, потом на Таршу.

— А если я… она умрет?

— Не сразу. Тяжело заболеет и будет долго мучиться. Целься лучше, человек.

Шайн поднял лук, повертел в руках. Стрелял дипломат так себе. На охоту ходил частенько, но попасть в жирного кабана и срезать волос — две большие разницы. Вероятность прикончить подругу была не просто высока, а очень высока. Стоило ли устраивать весь этот спектакль с похищением и астральными испытаниями, если в конечном итоге придется лишить жизни дорогого тебе человека. Точнее, орка…

Но на другой чаше весов не менее тяжелый аргумент. Родина, где остались отец, друзья, поместье и прочие дворянские радости. Что с ними произошло — неизвестно. Но если их не смололи жернова войны — нужно спасать. А если выручать уже некого — надо мстить. Все, чего Шайн добился за это недолгое путешествие — исключительная заслуга Зарзула. Без его поддержки и удачи гнил бы сейчас посол в том же кургане, или в крепости безродных, или в яме с Маяком. Умер бы от гоблинских игрищ, сгорел бы в костре, да мало ли еще какую смерть можно повстречать в Степи?

Одна орчиха против Империи. Альберт тяжело вздохнул и натянул тетиву. Тарша улыбнулась, но с места не сдвинулась. Застыла как истукан, расставив в стороны руки. Интересно, зачем? Чтобы целиться лучше? Вроде особой разницы нет.

Шайн задержал дыхание. Он знал, что чем дольше щуришься — тем хуже выстрелишь. Тетива больно впилась в пальцы, левая рука дрожала от напряжения, но дипломат медлил.

— Прости, — шепнул Альберт и пустил стрелу.

Воздух будто превратился в густой кисель. Шайн прекрасно видел, как медленно летит снаряд, как изгибается в полете подобно змее. Видел, что промахнется. Взял самую малость левее, и стрела летит прямо девушке в лоб. Но она так медленна, можно попытаться ухватить ее за оперение. И в этот момент время вернуло привычный ход. В последний момент Тарша резко дернула головой, и стрела прошла мимо. Ветер подхватил черную прядь и унес в бушующие небеса.

Орчиха улыбнулась и исчезла.

Альберт отбросил лук и упал на колени.

— Не знаю, сколько еще испытаний мне предстоит, но к последнему я точно поседею.

До Маяка спутники добрались без приключений, что давало повод готовиться к самому худшему. Призрак Зарзула сидел, прислонившись спиной к постаменту, и ехидно ухмылялся. Когда Шайн приблизился, шаман развел руки в стороны и растопырил пальцы. Под ними на ярко-голубых нитях повисли фигурки Исмаила и Тарши. Дипломат на всякий случай обернулся, но товарища позади не было.

Зарзул пошевелил пальцами — куклы-марионетки задергались в ответ.

— С предыдущим испытанием я немного оплошал, — виновато произнес Зарзул. — Слишком уж неравноценен был выбор. Вряд ли найдется дурак, который променяет целую страну на бабу. А ты определенно не дурак.

— Чего ты хочешь?

Шаман опустил фигурки на землю и принялся играть, заставляя марионеток прыгать по траве.

— Выбирай еще раз. Из Астрала с тобой вернется лишь одно существо. Это, — шаман подбросил в воздух крошечного Исмаила, — или это.

— Я не стану помогать тебе на таких условиях.

— Станешь, — Зарзул даже не смотрел на собеседника, сосредоточившись на игре. — Еще как станешь. А теперь я жду ответа.

Глава 20

— Ну? — повторил шаман. — Кого выбираешь на убой? Таршу или Исмаила?

— Есть идея получше, — прорычал Шайн, замахиваясь молотом. — Тебя!

Резкий бросок, молниеносный удар, куда дипломат вложил всю свою ярость, но клюв древнего оружия угодил в постамент. Зарзул в последний миг исчез, и появился за спиной Альберта уже без своих кукол.

— Все, остынь, — колдун примирительно поднял руки. — Испытания пройдены, пора подвести итоги.

Шайн остановился, но молот не опустил. Мало ли что учудит этот сумасшедший мертвяк. Но Зарзул полностью сосредоточился на результатах.

— Итак, — орк загнул один палец, — в первом случае ты поступил безусловно мудро. Но мудрость эта — человеческая. Настоящий кочевник бы принял сторону потерпевшего и присоединился к вечной битве. Ибо для орка нет ничего слаще хорошей драки.