Сергей Чебаненко – Лунное сердце - собачий хвост (страница 73)

- Прекрати, Володька, - Шаталин слегка толкает его локтем в бок.

- Ладно, - Бугрин вздыхает. - Извини, Михаил. Это я в шутку.

- Конечно, переживаем, Миша, - говорит Шаталин. -Переживаем, что не мы полетели на Луну, а Лешка с Олегом.

- А я так и просто им завидую, - признается Бугрин. - Вот честное слово. Завидую. Страшно хочу сейчас оказаться в корабле на их месте. Но чудес не бывает, Миша. Увы.

- Ребята, а может по пять капель? - я лезу в свою дорожную сумку и достаю бутылку пятизвездочного “Арагви” с упаковкой пластиковых стаканчиков. Домашняя заготовка. Как говорит наш редактор, “на всякий пожарный случай”. А “пожарный случай” сейчас, кажется, имеет место быть.

Шаталин оглядывается:

- Медицины и руководства в автобусе нет? Ага, нет... Давай!

- Полетели, - машет рукой Бугрин. - О, а как же без закуски?

- Все предусмотрено, товарищи космонавты, - я снова ныряю внутрь моего “бегемота” и извлекаю на свет божий упакованные в бумажные пакеты сырную и колбасную нарезки. Сыр и колбасу я купил в гастрономе на второй площадке, чтобы позавтракать в гостинице, но сейчас именно тот случай, когда умный полководец должен бросить в бой все свои резервы.

- Ну, Мишка, - восторженно произносит Шаталин, -ну, ты экипировался!

- Работа такая, - я развожу руками. - У нас, как и у вас, приходится постоянно быть в стартовой готовности.

Я отворачиваю пробку на бутылке, открываю упаковку со стаканчиками и разливаю коньяк.

- Хорош, хорош, - останавливает меня Бугрин. -Давай по чуть-чуть. А то на всю дорогу до Ленинска не хватит!

Мы все дружно смеемся.

- За что выпьем? - я поднимаю стаканчик с коньяком.

- Ну, с этим вопросом как раз полная ясность, -Шаталин чокается своим стаканчиком со мной и с Бугриным. - За успехи наших ребят в космосе! За Лешку и Олега!

Мы выпили. Потянулись за колбасой и сыром, закусили.

- Конечно, Михаил, мы переживаем, что не полетели, - говорит Бугрин, бросая в рот кружочек нарезанной колбасы. - Страшно хотелось бы полететь. Но с другой стороны и за ребят радостно! Ведь летят же, черти! Понимаешь? Наши пацаны летят на Луну!

- И дай Бог им успешного полета, - кивает Шаталин. - Чтобы все прошло штатно, без приключений.

- А я, Михаил, признаюсь: до позавчерашней госкомиссии был почти уверен, что полетим мы с Владимиром Александровичем, - на лице Бугрина появляется горькая улыбка.

- Это почему же? - осторожно интересуюсь я.

- А вот почему, - с готовностью начинает пояснять Бугрин. - Сколько раз летал в космос Шаталин?

- Дважды, - припоминаю я. - В апреле 1966 года на “Восходе-6” с Георгием Катушевым и в феврале нынешнего года на первом “Знамени”.

- Вот, - Бугрин поднимает указательный палец. -Добавь в общую копилку нашего экипажа еще и мой полет на “Союзе-8” с Гришей Нелюбовым и Витей Горбатюком. Итого получается три полета на двоих. А у экипажа Леонтьева? Лешка летал на “Восходе-2” в марте 1965 года, Олег - на четвертом “Союзе” в прошлом году. То есть, имеем два полета на двоих. Чей экипаж имеет больший налет, а?

- Между первой и второй промежуток небольшой! -произносит Шаталин. - Наливай, Миша!

Я разливаю в стаканчики “вторую дозу”.

- Давайте за будущие старты! - предлагаю.

- Поехали! - кивает Шаталин.

Мы пьем и закусываем.

- Продолжу изложение статистики, - говорит Бугрин, откусив кусочек сыра. - Кто первым испытал космический корабль “Знамя” на околоземной орбите? И, кстати, первым из космонавтов стартовал на новой ракете-носителе “Ленин”? Ясно кто - Володька Шаталин. Кто первым состыковался с самым первым “Лунником”, когда “семерка” вытащила его в космос? Тоже известно кто - экипаж Нелюбина, Горбатюка и вашего покорного слуги Бугрина. А что в это время делал экипаж Леонтьева? Правильно, он выполнял поставленную еще Владимиром Ильичем Лениным задачу: учиться, учиться и еще раз учиться...

- Погоди, Володя, - останавливает бортинженера Шаталин, - не горячись. Лешка с Олегом тоже не блины с медом у тещи кушали. Кто в мае 1968 года дублировал Береговина и Феклистова в экспедиции “Знамя-3”-“Лунник-2”? Мы с тобой? Нет, Леонтьев и Макарин. А подготовка к полету и сам полет, между прочим, были очень сложными. Это не шутка в скафандре перейти в “Лунник” и четыре часа полетать на нем в автономном полете. А потом состыковаться со “Знаменем” и через открытый космос снова вернуться в корабль.

- Алексей и Олег не летали, - бурчит в ответ Бугрин. - Только тренировались и дублировали...

- Сам же знаешь, что на это сил уходит не меньше, -укоризненно качает головой Шаталин. - А вспомни следующий полет, уже к Луне. Все были уверены, что полетят Леонтьев и Макарин. А кто полетел?

- Хлунов и Жолобцев, - вздыхает Бугрин. - У Жолобцева это вообще был первый полет.

- А Леонтьев и Макарин снова ходили в дублерах. Думаешь, им было не обидно?

Бугрин хмурится.

- Сегодня просто настал их черед, - Шаталин поворачивается ко мне. - Миша, наливай по третьей.

Я снова плескаю коньяк в наши стаканчики.

- Давайте за вас, ребята, - говорю, - и за то, чтобы следующий полет был ваш!

- А я вот тебе сейчас галстук отрежу! - хохочет Бугрин. - За кого обычно пьют третий тост, а?

- За дам, - вспоминаю я. - Ну, тогда выпьем за ваших жен и подруг.

- .И за нашу общую подругу - Удачу, - продолжает с улыбкой Шаталин. - Чтобы она улыбнулась и нам!

- И чтобы мы с Владимиром Александровичем полетели на шестом “Знамени”! - смеется Володька Бугрин.

Глава 3.

Люди и Луна

(Отрывки из неопубликованной книги журналиста Ярослава Головнева)

Сообщение ТАСС они услышали на втором витке, когда ракетно-космический комплекс пролетал где-то над центральным Китаем.

- Лексей, - позвал Макарин из спускаемого аппарата. Голос его звучал чуть приглушенно, - плыви сюда. Сейчас про нас с тобой говорить будут.

- Сейчас, Олег, - Леонтьев аккуратно стер тампоном несколько пылинок с поверхности левого иллюминатора и пришпилил упаковку с гигиеническим пакетом к крепежному ремню на стене. И только после этого мягко оттолкнулся пальцами левой руки от округлой щеки газового баллона и нырнул к люку в спускаемый аппарат.

Макарин по-прежнему сидел в своем полетном кресле, разложив на коленях журналы бортдокументации.

- Сейчас по радио про наш старт передавать будут, - сообщил он и постучал пальцем по наушнику одетого на его голову шлема с приемо-передающей аппаратурой. - Только что “Маяк” прервал свои передачи для специального выпуска новостей.

- Откуда ты знаешь, что это про нас говорить будут? - Леонтьев подхватил притороченный к ложементу свой шлем с устройствами для связи и поднес наушник к самому уху. “Широка страна моя родная”... Музыка звучала в эфире мелодично и тожественно. - Может быть, это про что-нибудь другое скажут?

- Да, уж прямо! - насмешливо фыркнул Макарин. -Второй корабль с Байконура запустили! Вместо нашего!

- Мало ли что могло на Земле произойти, - пожал плечами Алексей и хитро заулыбался:

- Никита Сергеевич, например, мог в Болгарию поехать. Или в Индию. Вот прямо со смотровой площадки на Байконуре сел в самолет и полетел с официальным визитом к дорогому товарищу Джавахалрару Неру.

- Да ладно дурака валять, Лешка! - хохотнул Макарин. - Про нас это, про нас! Они там, в Москве, и так целый виток ждали: не свалимся ли мы с тобой обратно на Землю? Перестраховщики хреновы!

- Внимание, товарищи! - мелодия прервалась и в эфире зазвучал торжественный мужской голос. Этот голос уже несколько десятилетий знала вся планета. Юлий Левитацкий... Почти четверть столетия назад он сообщил миру о Великой Победе, в октябре 1957-го - о запуске первого космического спутника. А в апреле 1961 года вместе с его зычным голосом в каждый дом на маленькой голубой планете пришло имя первого космонавта человечества - Юрия Гагарова.

- Внимание, товарищи! - повторил Левитацкий, сделал секундную паузу и продолжил:

- Говорит Москва! Работают все системы радиовещания, Центральное телевидение, все системы дальней космической связи. Передаем сообщение ТАСС!

Несколько секунд в эфире висела напряженная тишина. Планета, которая сейчас плыла под кораблем, замерла, прислушиваясь к голосу из далекой Москвы.

- На околоземной орбите - ракетно-космический комплекс “Знамя-5”-“Лунник-5”! - голос Левитацкого вновь торжественно зазвучал среди потрескивания помех.

Макарин показал Алексею большой палец и лицо его расплылось в довольной улыбке.

- Сегодня, 22 октября 1968 года в 5 часов 57 минут по московскому времени в Советском Союзе осуществлен запуск новой мощной ракеты-носителя “Ленин” с межпланетным ракетно-космическим

комплексом “Знамя-5”-“Лунник-5”. Ракетно-космический комплекс “Знамя-5”-“Лунник-5”, выведенный на промежуточную околоземную орбиту, пилотирует экипаж в составе: командира корабля - Героя Советского Союза, летчика-космонавта СССР, полковника Леонтьева Алексея Архиповича и бортинженера - кандидата технических наук Макарина Олега Григорьевича.

Левитацкий сделал паузу и продолжал:

- Целью запуска ракетно-космического комплекса “Знамя-5”-“Лунник-5” является дальнейшее совершенствование межпланетной техники и проведение научных исследований и экспериментов на трассе полете “Земля - Луна”. Бортовые системы ракетно-космического комплекса работают нормально. Самочувствие космонавтов хорошее. Товарищи Леонтьев и Макарин приступили к выполнению программы полета.