Сергей Чебаненко – Лунное сердце - собачий хвост (страница 46)
- Любите вы, молодежь, мудреные штучки. А может, твой агрегат просто разрядился? - ехидно похихикивает Виталий Юрьевич и достает откуда-то с верхней полки свой мобильный телефон. - Э. Гм. Пятьдесят четыре часа семьдесят шесть минут. К-ха. Ерунда какая-то.
- У меня механические часы, - смуглый молодой мужчина из первого купе бросает взгляд на циферблат и на лице его появляется озадаченное выражение:
- Время - двадцать один тридцать, но. Секундная стрелка движется назад!
Он стучит ногтем по стеклышку часов с таким видом, словно пытается пальцем остановить включившую обратный ход стрелку.
- Ой, и у меня стрелка скачет назад! - Айгуль показывает мне циферблат маленьких часиков на руке. -Часы сломались!
- Возможно, что мы находимся в сильном магнитном поле, - кашлянув для придания голосу большей уверенности, говорю я. - В мощных силовых полях иногда начинают врать и электронные, и механические часы.
Мое куцее объяснение отчасти удовлетворяет всех. Непонятный факт обрел хоть какое-то логичное объяснение.
Я где-то читал, что в необычной ситуации нужно обязательно предложить людям нечто хорошо знакомое. Или занять всех какой-нибудь полезной деятельностью. Найти общее занятие для всех в “огрызке” вагона, который оказался внутри чего-то, похожего на серый шар, - проблематично. Поэтому начинаю с индивидуальной работы.
Первое, что делаю, - устраиваю “перепись населения”, как тут же метко выражается Айгуль. За двое суток дороги мы с соседями по вагону познакомились чисто номинально. Сейчас же сложившиеся обстоятельства требуют большей информации друг о друге.
Во всем должен быть порядок. Родители приучили меня к этому с детства. Они, кстати, встретились и полюбили друг друга как раз на Байконуре “ только тогда, в конце восьмидесятых годов прошлого века, он еще назывался Ленинск. Отец служил лейтенантом-испытателем на космодроме, а мама была ефрейтором-телефонисткой в батальоне связи. Поэтому дисциплина царила в нашем доме всегда, даже после того, как родители уволились из армии и создали в Киеве частное сыскное агентство.
Поочередно прохожусь по трем купе и расписываю всех по занимаемым местам.
Рабочее купе проводников - Баянгожин Саткан Абылаевич. И труп Белова Михаила Анатольевича на полу...
Первое купе: инженеры фирмы “Энергия” -
Петровин Сергей Николаевич, Кузин Виталий Юрьевич и Полякин Иван Андреевич. Едут на космодром Байконур готовить к полету очередной космический грузовик. Их смуглый сосед - Довченко Александр Андреевич -частный предприниматель, следует до Кзыл-Орды “по коммерческим делам”.
Второе купе: тоже четыре человека. Айгуль Ержановна Рустемова едет на Байконур встречать отца-космонавта. Это мне уже и без пояснений девушки известно.
Еще в нашем купе едут до Алматы Бехтеревы Елена Петровна и Анна Сергеевна, возвращаются домой после поездки к родственникам в Подмосковье.
Ну, и я, Кир Антонович Макарьев. Еду преподавать в филиале нашего института. Два года назад окончил Санкт-Петербургский институт практической космонавтики и поступил в аспирантуру, подрабатывал инженером в кафедральной лаборатории. Однажды меня вызвал к себе завкафедрой:
- Слушай, Кир, - сказал он, озабоченно хмуря лоб, едва я переступил порог его кабинета. - В нашем филиале на Байконуре неприятности “ доцент Сергей Павлович Подлесных сломал ногу. Врачи говорят, что он проведет в гипсе как минимум полгода. А у него в этом учебном году сразу два курса лекций: “Космодинамика” и “Наземные испытания космических аппаратов”. Ты бы не смог его подменить? Не в службу, а в дружбу, а?
Я пожал плечами и согласился. Опыта преподавательской работы у меня не имеется никакого, но если меня считают достойным, чтобы заменить опытнейшего доцента Подлесных, разве же я буду против?
Жены и детей у меня тоже пока нет. Живу в общаге, вещей имею самый необходимый минимум. Поэтому собрался оперативно. Спустя сутки после разговора с завкафедрой, я уже садился в скоростную электричку “Санкт-Петербург “ Москва”, а еще спустя сутки - в купейный вагон поезда “Москва “ Алматы”.
Итого в “огрызке” вагона нас девять человек. Если не считать коченеющий труп Белова в рабочем купе проводников.
- Что ты теперь собираешься делать? - спрашивает Айгуль, когда я заканчиваю перепись.
- Давай займемся расследованием убийства, -предлагаю я. - Перво-наперво мне хочется узнать, кому принадлежит окровавленная простыня.
Простыня так и висит на поручне напротив купе проводников, куда ее пристроила Айгуль.
- Товарищи, - я прошелся взад-вперед по коридору, стараясь говорить громко, чтобы меня услышали все, -прошу проверить постельное белье. Все ли у вас на месте?
Пассажиры, - словно только и ожидали моих слов, -бросаются пересчитывать наволочки, простыни, одеяла и полотенца. Общую растерянность сменило хоть какое-то коллективное действие, пусть и поспешно-суматошное, но объединяющее людей маленькой общей заботой.
Уже через минуту выясняется, что нет верхней простыни на постели у Сергея Николаевича Петровина.
- Я выходил из купе в туалет, и простыня была на месте, - седовласый Николаич растерянно моргает. В серых глазах испуг. - Вы же не думаете, что это я мог...
- Не думаю, - успокаиваю его, слегка похлопывая по локтю. - Если бы вы были убийцей и воспользовались своей же простыней, чтобы не оставить отпечатки пальцев на ноже - это было бы слишком явно. Просто убийца увидел, что вас нет на месте, и взял простынь. Он двигался в темноте, без обуви, “ то есть практически бесшумно. Переместился по коридору к рабочему купе проводников и убил Белова.
- Это хорошо, что вы не считаете меня убийцей, молодой человек, - с сарказмом и заметной обидой говорит Петровин. - Но если простынь взял убийца, как же этого не заметили мои соседи по купе?
- Я спал, - торопливо заявляет смуглый храпун с нижней полки - Александр Довченко.
- Могу подтвердить, - он действительно спал, -пузатенький Виталий Юрьевич ехидно хихикает. - Храпел так, что заснуть было совершенно невозможно! Я отвернулся к стене вагона, закрыл уши, а задремать так и не смог!
- Вот преступник и воспользовался тем, что один из вас лежал, отвернувшись к стенке, другой спал, а третий - вышел в туалет, - подытоживаю я. - А четвертым, на верхней полке слева, у вас...
- Это мое место, - говорит из коридора Иван. -Когда погас свет, я курил в тамбуре вместе с Анечкой.
- Ваня действительно вышел раньше меня, -подтверждает Петровин. - А дверь в наше купе осталась открытой.
- Я не пойму, зачем преступнику вообще понадобилось брать простыню? - Виталий Юрьевич
хитровато щурит глаза. - Если убийца хотел зарезать проводника и не оставить отпечатков пальцев на ноже, можно было просто стащить полотенце у Сергея Николаевича или у нашего соседа - он кивает в сторону Довченко.
- Свое полотенце я взял в туалет, - замечает Петровин.
- А мое - всегда лежит под подушкой, - Довченко скалится. - Сохранней будет!
- Простыня понадобилась не только для того, чтобы на рукояти не осталось следов, - терпеливо поясняю я Виталию Юрьевичу. Есть же на свете люди, которые не понимают элементарных вещей, несмотря на то, что по телевизору непрерывной волной идут фильмы и целые сериалы о сыщиках и доблестных полицейских. - Скорее всего, убийца использовал ее еще и для маскировки.
- Белую простыню? В темноте? - Кузин недоверчиво фыркает.
- Именно так, - киваю я. - Если бы убийцу кто-то увидел в темном вагоне, то человеческий взгляд, прежде всего, отметил бы белую простыню. А человек, который держал ее в руках, остался бы “невидимкой”. Кроме того, чужая простыня - это ложный след.
6
- Ты считаешь, что преступник подхватил простыню в первом купе, ударил проводника ножом и сбежал? - шепотом спрашивает Айгуль, когда мы выходим в коридор из первого купе.
- Пока не знаю... Попробуем выяснить, откуда пришел убийца и куда он мог скрыться, - я делаю шаг к Ивану и Анечке, которые стоят у окна и о чем-то тихонько разговаривают. - Ребята, вы никуда не отлучались из тамбура, когда курили?
- Нет, - оба почти синхронно трясут головами, а Иван добавляет:
- Сначала Аня вышла в тамбур, а потом я. Мы курили и разговаривали. Как только стало темно, решили вернуться в вагон.
- Когда вы были в тамбуре, мимо никто не проходил? В вагон или из вагона?
- Мы стояли друг напротив друга, - припоминает Анечка, морща носик. - Нет, через тамбур никто не проходил.
- Это совершенно точно! - поддакивает Иван.
- Кир, когда Анюта пошла курить, я лежала на нижней полке, - Елена Петровна выглядывает в коридор. Она слышала наш разговор. - Дверь в купе была открыта. Мимо никто не проходил. Ни в сторону купе проводников, ни оттуда.
Что же получается? Со стороны головы поезда мимо Ивана и Анечки никто не проходил. Ни в наш вагон, ни из нашего вагона. От хвоста поезда в купе проводников мимо Елены Петровны тоже никто не проходил. И не выходил обратно. Значит, убийцей мог быть только кто-то из людей, которые едут в первом и втором купе? Или еще в купе проводников?
- Убийца мог находиться в купе проводника, -Айгуль словно угадывает мои мысли и задумчиво водит пальчиком по серой стене, перегородившей коридор. - Он выключил свет, убил Белова и убежал. Сейчас он где-то там, за этой стеной.
- Не вяжется, - секунду поразмыслив, качаю головой. - Откуда тогда у убийцы простыня Петровина?