Сергей Че – Тайна мертвой планеты (страница 28)

— Носорог! Ты здесь?

— Здесь, — послышалось из темноты. — Но он тебе не поможет.

Вспыхнул свет.

У выхода стоял сутулый человечек в панцире и шлеме с конским хвостом.

Эликс скривилась.

— Опять ты? Дядя Рудик, уйми своего подчиненного. Он меня достал.

— Я — дядя Рудик. Я — дядя Рудик, — пробормотал дядя Рудик голосом поломанного робота.

Его конечности вдруг вытянулись, разветвились, черными змеями подползли к Эликс, обвились вокруг тела и подняли ее в воздух.

— Черт бы вас подрал, — спокойно вздохнула она. — Дежа вю какое-то. Могла бы догадаться. Только не говорите, что это опять тентакли.

— Не скажем, — пообещал сутулый. — Эй! Чудище! Отнеси ее к нам.

Бывший «дядя Рудик» взвалил ее на плечи и потащил к выходу.

Сутулый посторонился.

— А вы ничего не забыли? — осведомилась висящая вниз головой Эликс. — У меня симбионт. В любой момент могу свалить отсюда. Или вернуть вас всех обратно.

— Не можешь, — усмехнулся сутулый. — Вдалеке от Хозяина симбионт не работает. Сюда прыгнуть можно, а отсюда — нет.

Эликс попробовала вызвать трехмерную карту, но симбионт не откликался.

— Даже не пытайся, — сказал сутулый. — Он уже мертв.

«Дядя Рудик» на ходу превращался в тысячепала.

— Хорошего раба ты мне подогнала, — ухмыльнулся сутулый. — А ведь могла себе оставить.

— Наслаждайся, — буркнула Эликс, лихорадочно соображая, что делать дальше.

Тысячепал остатками ноги распахнул дверь шлюза.

Прозрачная труба перехода тянулась от «Носорога» к другому кораблю. Эликс его тут же узнала. То, что она приняла за прилепившийся разборочный комплекс, походило на деревянный дом, облепленный шипастыми яйцами.

Дом вдруг показался ей смутно знакомым. Она напрягла память, но так и не смогла вспомнить.

Входной люк был прямоугольным и напоминал покосившуюся дощатую плиту. За ней был темный прямой коридор с закрытыми дверями.

— Куда ее? — спросил сутулый, подняв голову к потолку. — В подвал? Или ко мне?

— Неси в музей. — раздался вкрадчивый голос. — Другие участники композиции заждались.

Сутулый недовольно сморщился.

— А может сперва…

— Не может.

Сутулый раздраженно пнул ближайшую дверь и буркнул тысячепалу: «Сюда давай».

Они прошли через старомодную комнату с железной кроватью, сервантом, ковром на стене и древним телевизором. Вышли в другой коридор, заставленный сундуками, шкафами и велосипедами. Поплутали в пустых проходных комнатах с паркетными полами и лепниной на потолке. И наконец вышли в гигантское темное помещение с рядами подсвеченных изнутри прозрачных цилиндров. У Эликс глаза разбежались от обилия застывших чудищ.

— Добро пожаловать в твое последнее пристанище, Алиса, — насмешливо сказал невидимка. Его голос, казалось, шел отовсюду.

Эликс скривилась.

— Ты что-то напутал. Это не мое имя.

— Знаю, знаю. Детская травма, помноженная на подростковое разочарование в людях. Тебя насильно оттрахал тот, кому ты доверяла. Теперь все прошлое кажется тебе одним лживым куском дерьма. А твое прежнее имя о дерьме только напоминает.

Голос был знакомым. Она точно его раньше слышала. Миллионы лет назад.

— Кто ты такой?

— Это неважно. Расслабься. Твой путь закончен.

Тысячепал дотащил ее до центра зала и остановился.

Перед ними высился самый большой цилиндр. В два раза выше и в три раза шире остальных. Внутри застыли пятеро мачомэнов в странных позах.

Эликс расхохоталась.

— Я не вижу ничего смешного, — недовольно буркнули отовсюду.

— Ну как же! Они явно трахают невидимку!

Рассказ 12. Доча и маньяки

Второй Капитан не всегда был кровавым маньяком.

В молодости он был маньяком космических исследований, сверхдальних полетов и борьбы за всё хорошее против всего плохого. Забирался в самые отдаленные галактические дебри, спускался на планеты, с которых другие не возвращались, в одиночку воевал с наемниками беглых олигархов, пиратами и остатками гангстеров, братков и инопланетных бандитов. В те времена галактика была намного безопаснее, чем сейчас. Все, что мешало спокойной жизни на внутренних планетах, безжалостно уничтожалось.

Второй Капитан был убежден в своей нужности и полезности и спокойно осознавал себя героем.

До тех пор, пока в один ужасный день его не занесло на Землю.

Материнская планета человечества уже давно представляла собой рафинированный заповедник. Ее население за всю долгую жизнь не сталкивалось с проблемами серьезнее перепутанных заказов или не вовремя пролитого метеоцентром дождя. Такое молочно-кисельное существование не могло не повлиять на психику. Но Второй Капитан и подумать не мог, что оно влияет до такой степени.

У него была тайная мечта. Он хотел завести семью, и с завистью смотрел на коллег с внутренних рейсов, которые водили пассажирские лайнеры с Марса на Венеру или с Земли на Фикс, и каждый вечер возвращались домой. Жена в халатике, детишки-школьники. Уроки, игрушки, семейные посиделки. А летом в турпоход, сплав по бурным речкам, палатки, костер и хоровые песнопения про ясень, вагончик и изгиб гитары желтой. Лепота. Только вот на поиски жены в халатике времени не было. Пары дней между экспедициями катастрофически не хватало.

Ту длинноногую очкастую брюнетку он подцепил в парке, где она занималась йогой. То есть принимала неприличные позы и надолго в них застывала, собирая зевак.

Дальше всё было по стандарту. Кафе, ночная набережная, номер в гостинице. Сеанс секса с последующим разоблачением. Второй Капитан обожал этот вау-момент, когда лежащая в постели голая партнерша вдруг узнавала, что ее только что отодрал герой галактики.

Но в этот раз всё было по-другому.

— Прости, малыш, но я тебе не верю. У меня самой отец — капитан грузового тягача. Руду с Титана перевозит. Поверь, не всё так однозначно. Никаких героев не существует. А Корпус Защиты — выдумка пропаганды.

— С чего ты это взяла? — опешил он.

— Да с того, что нет никаких врагов и бандитов. А раз их нет, то и герои не нужны. Пираты — это не пираты, а повстанцы, борцы за справедливость. Они хотят освободить свою оккупированную Землей планету.

— Как ты можешь такое говорить? Ты сама с Земли.

— Ну и что? На всё нужно смотреть объективно. Только тогда в голове сложится правильная картинка. А иначе она будет искаженной. Вот к примеру пропаганда твердит, что беглые олигархи мечтают вернуться обратно и снова наложить лапу на ресурсы. Но это же глупость. Вернуться они могут только через войну. А зачем воевать, если можно торговать?

Второй Капитан мог бы ей рассказать, что намерение вернуться озвучил ему сам престарелый Мойша Ходор, перед тем, как получил пулю в лоб. Мог бы поведать о фильтрационных лагерях Влада Рокфеллера, где похищенных детей сортируют, кого в бордели, кого на органы. Или о бывшем банкире Роберте Грефе, который сколотил из отморозков пиратскую банду и нападал на рейсовые лайнеры, где вырезал поголовно всех. Не грабил, не угонял, а просто убивал, чтобы убить.

— И вообще, — продолжила длинноногая брюнетка, — никакого зла не существует. Ни зла, ни добра. Что для нас добро, для других зло. И наоборот.

От этих слов Второго Капитана переклинило. Будто красная пелена опустилась на мир.

— Хочешь, я покажу тебе зло? — спокойно спросил он.

То, что было после, начисто вышибло из его памяти.

Когда он очнулся, длинноногая брюнетка лежала со вспоротым животом и пускала кровавые пузыри.

— Это самое маленькое зло, — прошептал он ей на ухо. — Я мог бы отвезти тебя в Дальний Космос и продать каким-нибудь упырям с Амазонии. Которые бы отложили в твоем теле личинки. И они бы росли у тебя в пузе, пожирая изнутри, пока не оставили только обглоданный костяк. Долгие девять месяцев ада. О да, для них это точно добро. Или загнал бы тебя по дешевке лаборантам с Гиппократа. Для медицинских опытов.

Она булькала и хрипела, пытаясь что-то сказать. Постель превратилась в лужу крови. Он перерезал ей горло, чтобы не мучилась. После чего вызвал с «Синей Чайки» роботов-утилизаторов.