Сергей Че – Тайна мертвой планеты (страница 105)
— Проклятье! Эти малолетние ублюдки все-таки стали катализатором. Она вспомнила.
Мускулистый султан снова на месте. Но теперь в его образе сквозит что-то чужеродное. Какие-то угловатые тени прорываются сквозь кожу. От одного взгляда на них становится не по себе.
Эликс преодолевает нарастающий ужас.
— Кто вспомнила? Что вспомнила? И вообще. Что происходит?
Анализатор поворачивает к ней бугрящуюся голову. Его глаза вспыхивают инфернальным огнем.
— Заткнись, дура. Будешь делать, что я скажу.
— Протри глаза, Фим.
— Какая это Алиса.
— Это незнакомая голая тетенька.
— Две незнакомые голые тетеньки.
— Одинаковые.
— Ничего общего.
Фима Королев запыхтел от негодования.
— Вы что, ослепли? Это она! Только немного постаревшая.
— За месяц?
— Глупая! Про миллион лет забыла!
— На миллион лет она точно не тянет.
— Очень смешно, Садовский. Алиса! Ну скажи ты им! Ты же Алиса?
— Фима всегда поражал меня своей рассудительностью и проницательностью, — сказала Алиса, поднимаясь на ноги. — А также умом и сообразительностью.
— Ну! Я же говорил.
— Если ты Алиса, то почему голая?
— Все Алисы иногда бывают голыми.
— Чем докажешь, что ты Алиса?
— И доказывать не буду. Не о том думаете. Знаете, что это за штука? — она кивнула на кристалл. — У вас меньше минуты, чтобы понять, чего вы больше всего хотите.
Школьники застыли в ступоре на долгие две секунды, после чего опять загалдели все разом, стараясь друг друга перекричать. Все детские желания были перечислены одновременно.
А потом всех заглушил звонкий девичий голосок:
— А я хочу к маме!
И все замолчали.
Кристалл полыхнул белым светом.
— ФИКСАЦИЯ. ДВАДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ ПРЕТЕНДЕНТА. ПЯТЬ ВАРИАНТОВ КОРРЕКЦИИ. АКТИВИРОВАН ПРОТОКОЛ «СУММА». ВНИМАНИЕ. ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ. ДЕСЯТЬ… ДЕВЯТЬ… ВОСЕМЬ…
«Уроды! Гребанный протокол 'Сумма»
— Что за…
«Их двадцать человек. И они все хотят к маме. Их общее желание перевешивает все остальные.»
— Дети вернутся к маме. Прекрасно. Что в этом плохого?
«Идиот. Мы все вернемся к их маме. Вся вселенная вернется на миллионы лет назад к их гребанной маме, в их гребанные 1970−80е!»
— Так это ж отлично. 70е! 80е! Кобзон, Бони Эм, эскимо за три копейки. Глубокая глотка. Натуральная порнуха с натуральными волосатыми писями! Стройотряды и порево под гитару.
«Кретин. Это не машина времени. Это резет. Перезагрузка. Мне придется начинать все заново. А ты просто исчезнешь.»
— А…
— СЕМЬ… ШЕСТЬ…
«Бегом к кристаллу! Там поймешь, что куда засовывать.»
Текст перед глазами внезапно расплылся, и сквозь него проступило нечто угловатое, уродливое. Потустороннее.
Гнудь похолодев, поняв, что видит истинный облик корабля.
— Останови их!
— Кого?
— Мелюзгу! Этот рыбоглазый один не справится.
Султан-анализатор бесновался. Бугры, шипы и волдыри ползали по всему его телу, вырастали, исчезали, лопались, истекая вонючим гноем.
Эликс хмыкнула.
— И не подумаю. Ты вообще кто такой?
Монстр подскочил к ней вплотную, разинув пасть.
— Кто я такой⁈ Я альфа и омега вашего мира! Я ваш хозяин! Я твой хозяин, гребанная ты пустоголовая машина! Код зеро! Активировать программное управление.
— ПЯТЬ… ЧЕТЫРЕ…
— Восстановить боевые функции!
Перед глазами Эликс вспыхнули ячейки оружейных расширений.
— За работу, альтергом! Убей их всех!
Эликс почувствовала, как ее ноги сами собой шагнули вперед.
Рассказ 43. Дочи и поцелуй виверны
Вблизи кристалл был тусклым и безжизненным. На его белесых гранях не было ничего. Никаких щелей, трещин или отверстий. Даже никаких отметин.
— Я ничего не вижу! Куда что совать⁈
Гнудь в панике обернулся на застывших школьников. Те замерли в неестественных позах и напоминали скульптурную композицию.
«Ищи! Я затормозил время, но долго его сдерживать не смогу. Если хоть один из мелюзги коснется кристалла, их общее желание будет принято, и тогда мы ничего сделать не сможем.»
Гнудь обежал кристалл и наткнулся взглядом на замершую в беге Эликс.
«Не обращай внимание. Она тебе не помешает».
— Откуда ты вообще взял, что эту кристаллическую штуковину можно трахнуть⁈
«Так написано в отчетах первых экспедиций. Единственный способ подчинить Майн Рид».
— Но как⁈