Сергей Че – Пятая раса (страница 18)

— Все равно это как-то…

— Можешь придумать другой план?

Макс угрюмо промолчал.

— Итак, — сказал Аз дребезжащим голосом. — Нам нужны очки Ван Тао, цепь Бига. Ну и что-нибудь от двойника Альмы. У нее на пальце было кольцо. Вполне с-сойдет для анализа. Если снять не получится, палец отрубишь. Будет даже лучше.

— Да ты издеваешься! Я не умею ни юбки воровать, ни пальцы рубить.

— Я тебя научу.

— Нет!

Макс хлопнул себя по локтю, судорожно глянул на возникшую у него перед глазами схему маршрутов, и выбрал место назначения.

Блайк возник мгновенно, окружил его радужным полем и тут же вылетел из пещеры.

Снаружи уже стемнело и накрапывал дождик.

Макс стоял в темноте подъездной арки и смотрел на собственного двойника.

Тот уныло скрипел на ржавых качелях, не спуская глаз с висящей над домами луны. Было в его взгляде что-то настолько жалкое, что Макс отвернулся.

— И что, они все вот такие? Тупые?

— Ну, н-не совсем тупые. Но их мозговая активность понижена. Издержки технологии. Я все п-понимаю. Ты не готов к опасным действиям. Я попробую тебя заменить. Может, органика и не так обязательна… Возьми.

Аз протянул ему какой-то небольшой предмет размером с ампулу.

— Что это?

— Деактиватор. Подойдешь к двойнику, нажмешь кнопку. Двойник передаст тебе свои воспоминания за эти несколько дней и исчезнет. Возможно, его воспоминания полностью заменят твои собственные. Ты все забудешь. А значит будешь уже не интересен для врага. Будешь жить дальше, как жил.

Макс молчал, глядя на вялое существо в его одежде и с его лицом.

— И родители вынуждены терпеть эти существа, думая, что это их дети…

— Это необходимо для б-блага наших цивилизаций.

— Что ты знаешь о благе цивилизаций, железяка, — бросил Макс и поймал себя на мысли, что говорит, как Биг.

— Любое благо основано на чьих-то жертвах.

— Это точно, — Макс хмыкнул. — Кто-то жертвует, а кто-то получает благо. Ладно. Нечего стоять. Засунь свою ампулу откуда вытащил. Значит, говоришь, кольцо, цепь и очки?

Глава 7

КОЛЬЦО АЛЬМЫ, ЦЕПЬ БИГА И ОЧКИ ВАН ТАО

Макс впервые в жизни слышал о городе Мальмё, Швеция. И поэтому представлял его себе эдакой деревней викингов, с длинными избами, бородатыми мужиками и привязанными к причалу драккарами.

Транспортная система выкинула его в нескольких километрах от цели, в лесу, на круглой поляне с замшелыми каменюками, на которых еще можно было разглядеть полустертые руны.

У расположенного рядом торгового центра он раздобыл велосипед, засунув в щель автомата одну из выданных роботом монеток. В пещере все-таки оказалось немного сокровищ. Полусгнивший деревянный сундук, набитый древними деньгами разного цвета и величины. Теперь в кармане у Макса позвякивал мешочек с десятком желтеньких монеток и десятком сереньких. На всякий случай.

С первого взгляда стало ясно, что никакая это не деревня викингов. Сперва долго тянулись жилые районы из однотипных трехэтажных домиков с одной стороны и маленьких коттеджей — с другой. Потом вдалеке мелькнул порт с каким-то немеряным количеством сухогрузов, но Макс свернул ближе к центру, где были узкие улочки и малоэтажные домики, выстроенные под старину.

Никаких длинных изб, никаких драккаров. Бородатые мужики, конечно, встречались. Но были они либо смуглыми и безусыми, либо ухоженными и напомаженными. Ни то, ни другое никак не увязывалось в голове Макса с суровыми викингами.

Альма жила в симпатичном двухэтажном доме, окруженном изгородью из подстриженных кустов. Во дворе росли цветочки в больших кадках, а звонок напоминал трель соловья.

Матово-стеклянная дверь открылась.

— Мне бы Альму, если можно. Здравствуйте.

Худая, словно высушенная дама в брючном костюме спустила на нос очки и глянула на Макса внимательным взглядом фрекен Бокк из мультика про Карлсона.

— А вы, позвольте спросить, кем ей приходитесь, молодой человек?

Легенду они с роботом придумали заранее, посидев пару часов над планшетом с доступными без интернета сведениями.

— Я ее новый одноклассник. Роберт. Она просила зайти. Вот я и зашел.

Из-за плеча дамы появилось красное лицо мужчины средних лет с седовласой шевелюрой. Лицо заметно пошатывалось.

— Ну наконец-то. Хотя бы одно белая рожа в этой дурацкой школе. А то негры одни, негры. Негры и арабы! Боснийцев, и тех не осталось, одни негры.

— Йорген! — Дама взглянула на мужа так, будто он навалил кучу. — Твои политические взгляды мальчика точно не интересуют. — Максу: — Альма второй день болеет. Боюсь, ничем не могу помочь.

Двери стали закрываться. Макс сунулся вперед.

— Простите, мадам! Но это важно. Альма очень просила зайти.

Дама скривилась.

— Ты, судя по манерам, тоже приезжий. Что у вас за привычка по домам в гости ходить? Нельзя подождать несколько дней?

— Очень важно!

Дама подумала.

— Хорошо. Я пойду скажу ей, что пришел… Как тебя? Роберт?

— Роберт Свенсон.

— Что-то ты не очень похож на Свенсона. Наверно, усыновленный. Ну да ладно. Йорген! Покарауль Роберта, чтобы он ничего из дома не упер.

Дама удалилась вглубь дома, а красномордый мужик облокотился на косяк и подмигнул.

— Пиво хочешь?

— Спасибо, не пью.

— Зря. Меня папаша впервые в пятилетнем возрасте напоил. С тех пор ут… утпр… употребляю. А ты как с Альмой? Дружишь?

— Да, конечно. Она очень хорошая девочка.

Папа Йорген погрозил пальцем.

— Ну вы там это… Осторожно дружите. Хотя ты наверняка не в ее вкусе. Больно мелкий.

Макс вежливо улыбнулся.

Вернулась дама, так же величаво, как уходила.

— Ты знаешь, Йорген, а нашей дочери в комнате нет. И окно открыто. Наверно опять сбежала к этим своим дружкам на свалку. Ты ведь не замешан в этом, Роберт Свенсон?

Макс отступил от двери.

— Нет конечно, госпожа Линдберг. Я совершенно не причем. А где эта свалка? Как мне ее найти?

Дама вздохнула.

— Ну что за народ пошел. В гугл зайти ленятся. Свалка здесь в округе одна, молодой человек. Доедешь до трассы и пили около километра направо, если не боишься. Там увидишь. Йорген! Позвони дочери, скажи, что вечером ее ждет обстоятельный разговор. До свидания, Роберт. Свенсон.

Макс вежливо откланялся и залез на велосипед.

Трассой оказалась довольно широкая трехполосная дорога, по которой гоняли один за другим беспрестанно сигналящие большегрузы. Сперва Макс не понимал, почему все эти работяги не переставая ему гудят. Потом догадался, что наверно велосипедистам на трассу вылезать запрещено. Но к тому времени уже показалась свалка.

Как и все в этой ухоженной стране и ухоженном городе, свалка поражала своей благоустроенностью. Это была площадь, заставленная стеллажами, на которых пылилась под солнцем всякая всячина.