Сергей Че – Лучший из миров (страница 20)

Син приблизила картинку. Оружейные люки катеров Нефритового Крыла были открыты, перед ними плясали еле заметные лучи визоров.

Красный снова выругался.

- Вызывай дворцовую стражу. Лучше мою. Она в случае чего стрелять не побоится.

Джонг медленно опустился на шестиугольные разноцветные плиты, высунул широкий язык пандуса, по которому на борт тут же взлетел маленький человечек в бордовой форме с вышитым на груди леопардом. Третий чиновный ранг, отметила Син, заглянув в архивы с отличительными знаками. Глава эскадры, начальник колонии, финансовый директор крупной компании. Или чиновник-распорядитель тайного дворца.

- Что здесь происходит? – сварливо поинтересовался у него красный, не вставая с кресла. – Где трупы? И что тут делает толпа солдафонов? Я вам дал ясное указание…

Человечек с леопардом на груди склонился к его уху, подобострастно улыбаясь. Он долго и горячо что-то нашептывал, пока красный наконец не скривился и не отмахнулся от него рукой.

- Ясно. Все придется делать самому.

Он встал, потряс щеками от негодования.

- Говорит, с ночи стоят, никого не пускают. Космодром закрыт, над всем полем защитные системы.

Он зашагал вниз громко топоча ногами.

Внизу их ждала мобильная платформа, украшенная по углам красными и желтыми флагами тайных дворцов.

Красный забрался на нее, бормоча: «Посмотрим, как они меня не пропустят». Желтый последовал за ним, смиренно сложив руки внизу живота. Охрана в красной и желтой броне окружили платформу плотным кольцом. Платформа беззвучно поднялась в воздух на высоту человеческого роста и двинулась к темно-зеленой шеренге.

Когда до передних солдат оставалось не больше десяти шагов, красный остановил процессию и вышел вперед, к резному ограждению.

- Кто здесь главный? – выкрикнул он, сорвав голос.

Молчание было ему ответом. Ряды одинаковых темно-зеленых фигур стояли не двигаясь, точно манекены.

- Я не вижу здесь никого важнее сержанта, - сказал желтый. – С ними бесполезно разговаривать. Безмозглые машины.

- Вызовите начальство! - снова закричал красный. – Я, главный секретарь Западного Дворца, приказываю пропустить нас на место преступления!

Син разглядывала темные лица под козырьками шлемов, пустые глаза, и холод полз по ее спине. Черные катера барражировали впереди над головами, посверкивая визорами боевых батарей.

Желтый подошел к балюстраде и тихо сказал:

- Думаю, надо бы отступить и подождать стражу. Вряд ли они осмелятся сопротивляться законным требованиям, если у нас будет перевес.

- К бесам ожидание! – фальцетом взвизгнул красный. – Если он перекрыл доступ, значит ему это надо. Значит они там что-то делают. Скрывают следы! У нас нет времени ждать!

Он хлопнул рукой по перилам, и платформа двинулась вперед.

- Вы мешаете расследованию и все будете арестованы!

Солдаты все также стояли, неподвижно, ноги расставлены, руки на поясе. Они даже не смотрели на приближающуюся платформу и горячие струи воздуха под ее днищем. Красно-желтая охрана замешкалась, отстала и теперь тащилась следом.

Син уже могла разглядеть гладкую, матовую, будто пластиковую, кожу лиц, выщербины на броне и шлемах, мелкие знаки различия на рукавах и груди, нефритовые вставки на плечах.

Волна пришла с дальних рядов. Что-то произошло. Одновременно блеснули по-новому темные глаза под шлемами. Солдаты повернулись, синхронно, будто на параде, не меняя выражения почти одинаковых лиц. Ряды перед платформой расступились, шагнули назад, в стороны, уплотняя шеренги, открывая узкий проход в темно-зеленом море.

Красный хмыкнул.

- Ну вот видите, господин главный секретарь. Напор и уверенность творят чудеса.

Желтый промолчал, а Син подумала, что произошедшее мало похоже на следствие напора. Скорее на исполнение какого-то приказа. Который пришел одновременно в голову каждому солдату.

Она смотрела на проплывающие мимо шеренги, тщетно пытаясь найти в лицах, фигурах хоть что-то индивидуальное. «Хоть бы почесался кто» - подумала она, представив, что все эти люди стоят вот так уже несколько часов. Она знала, что поднебесники выхолащивают у своих слуг и солдат все лишнее, оставляя только необходимое для функционирования. Но что это выглядит вот так нечеловечески, для нее стало открытием. «Это я по сути не человек. – думала она. - Виртуал, набор глубокого кода, существующий только на серверах или в памяти искусственно созданного тела. Но если я не человек, тогда как назвать вот этих?» Ее передернуло. Квантум тоже не отличался особой свободой для своих жителей. Каждый присягал своему клану и был ему всем обязан. Но разум каждого был неприкосновенен. И присяга была добровольной. И преданность клану была честной. А не следствием ампутации разума.

Она повернулась к желтому, спросила в надежде:

- Это клоны?

Тот пожал плечами.

- Не обязательно. Есть и клоны, но большинство просто выходцы из низшего сброда. Они дешевле. Слава Небу, в Поднебесной много этого гумуса, иначе бы мы остались без солдат.

- Но ведь вы, господа главные секретари, тоже своего рода клоны. Вас тоже выращивают в инкубаторах. Почему одни клоны занимают высокие должности, а другие выглядят вот так?

Желтый покосился на нее недовольно.

- По дворцовому этикету тебя бы за эти слова понизили сразу на три ранга и сослали туда, откуда не возвращаются. Но ты и так варварка. И рангов у тебя никаких нет. Может потому и задаешь глупые вопросы. Мир устроен так, как угодно Небу. А Небу угодно, чтобы каждый знал свое место и изначально его занимал. Только так может быть достигнуто всеобщее спокойствие.

Он демонстративно отвернулся.

Платформа медленно проплыла сквозь последние ряды. Висящие над ними катера прыснули в стороны, мигнув напоследок визорами.

Впереди простиралось бескрайнее и совершенно безжизненное космодромное поле, красное от утреннего света. Иглы челноков и бугры джонгов виднелись далеко, почти на горизонте. Только один корабль был сравнительно близко, длинный приземистый цилиндр, похожий на грузовую баржу.

Красный протянул руку в его сторону.

- Нам туда.

Платформа прибавила ходу. Охрана трусцой побежала следом.

- Триста тысяч погибших, - тихо произнес желтый. – Я не вижу никаких следов такого побоища. Твои источники ничего не напутали?

Красный дернул головой.

- Скоро увидим.

Солнце поднялось выше и теперь нещадно палило. Над плитами колыхалось раскаленное марево, и вместе с маревом колыхались далекие корабли. Небольшие белые шары видеонаблюдения висели в воздухе через равные промежутки, и Син потянулась к одному из них сознанием, легко вскрыла первый уровень защиты, но тут же натолкнулась на физическое ограничение.

- Камеры не работают, - сказала она.

- Конечно, не работают, - буркнул красный. – Весь район обесточили. Кто знает, по каким сетям эта сволочь свою заразу распространяет.

- Но записи остались?

Красный не ответил.

Следы появились спустя долгое время, когда Син уже хотела поинтересоваться, зачем они тащатся через поле на платформе, разве нельзя воспользоваться чем-то более быстрым?

Темные полосы тянулись через плиты, сперва маленькие и тонкие, потом все толще и длиннее, их становилось все больше, и они влажно поблескивали в лучах солнца, и тогда до Син наконец дошло, что это следы крови. Все полосы, насколько можно было видеть, шли в одну сторону, будто указывали направление.

- Значит трупы все-таки тащили, - возмутился желтый. – Был же твердый приказ ничего не трогать!

- Успокойтесь, господин главный секретарь, - проворчал красный. – Никто никого не тащил.

- Но как же… - желтый осекся.

Полосы сливались друг с другом, становились шире и шире, и теперь впереди все плиты оказались залиты сплошным кровавым месивом. Иногда на ровной блестящей поверхности попадались какие-то ощметки, влажные бугры, и в таком случае Син отводила взгляд.

Охрана остановилась.

- Не останавливаться! – завопил красный. – Крови что ли не видели?

Охрана замешкалась и снова двинулась вслед за платформой. Плиты чавкали под их сапогами.

- Вряд ли они видели столько крови, - тихо сказал желтый.

- Пусть привыкают. Кто знает, что будет дальше.

- Скорее бы все это кончилось.

- Все это только начинается, господин главный секретарь. Смрад чуете? Кажется, мы приближаемся.

Вонь, сперва слабая, теперь усилилась настолько, что ела глаза. Тяжелый влажный туман поднимался над кровавыми плитами, закрывая даль. Красный стоял, вцепившись в перила, и вглядывался вперед. Они долго плыли над кошмарным смрадным полем, чавкали сапоги охраны, шумно дышал в платочек желтый.