Сергей Быльцов – Орфей. Боги и герои Древней Греции (страница 15)

Вергилий поет, что Посейдон ударом трезубца из первозданной земли коня, трепетавшего вывел. Однако это был дикий, необъезженный конь, и Посейдон впервые укротил коня.

Некоторые говорят, что Посейдон после своего рождения сначала был скрыт матерью великих богов Реей у источника Арна в Аркадии, среди скопления ягнят, и она симулировала, что родила жеребенка, которого взяла в одном табуне и дала Крону его проглотить. Поэтому Посейдон навсегда сохранил эпитет Гиппий (Конный) и особое пристрастие к лошадям.

У вспыльчивого, но добродушного-сварливого недалекого Посейдона был покладистый характер, он почти со всеми бессмертными мирно судился из-за недвижимости, и лишь однажды попробовал сражаться с Гераклом, однако, увидев, что дубина Зевсова сына сильнее, чем его огромный трезубец, сраженье тут же покинул и в море родное умчался.

34. Аид

Гадесу – древнему богу посевов досталось мрачное подземное царство, лишенное яркого солнца, в котором он и живет, никакой жалости в суровом сердце не зная.

Под влиянием древних элевсинских мистерий, посвященных Коре и Деметре, Аиду-Плутону приписывались качества бога плодородия в связи со сравнением судьбы хлебного зерна, как бы погребаемого в момент посева, со смертью человека, сходящего в недра Аида. Это сравнение особенно нравилось тем, кто считал, что человек после смерти возрождается в новом облике; так же и зерно прорастает и, налившись, становится колосом.

Некоторые говорят, что еще ребенком будущий царь преисподней производил очень угрюмое, гнетущее впечатление даже на бессмертных сородичей, на Олимпе владевших домами. Аид не выносил шум, яркий свет и всякую суету, и потому ему были по сердцу подземелья глубины, где царили гробовая тишина и порядок, и свои мягкие светила имелись.

Аид – великий олимпийский бог, но он- домосед. Аиду очень по сердцу его царство, которое он назвал по своему имени, а ведь давно известно, что всякому нравится его имя. Он находится постоянно в своих подземных владениях, поднимаясь на поверхность земли только по очень важным делам. Поэтому его называют Подземным Зевом. Зевс Подземелья незрим потому, что, находясь в своем сумрачном, недоступным светлым солнца лучам, царстве, он невидим, а землю он посещал очень редко. Незримым Аида называли еще потому, что у него был шлем-невидимка, который для него сделали три древних киклопа-ковача за то, что он беспрепятственно пропустил их из Тартара через свое царство после того, как Зевс предоставил им свободу. Этот чудесный шлем делал незримым его обладателя не только для смертных людей, но и для бессмертных богов.

Зевс нижнего мира (Аид), называемый часто Ужасным, почти всегда угрюм, холоден и беспощаден, но он не злой, и в нем нет ничего ужасного; он всегда справедлив. Бог этот, как никто другой из бессмертных, не знает ни снисхождения, ни милосердия, и ему более других понятна и мила лишь справедливость. Он, как и его жилище, равнодоступен всем и ни для кого не делает исключений и в этом видит настоящую справедливость.

Говорят, что Аид – властелин царства ужасного, но, что он сам не повинен ни в чьей смерти в отличие от своего племянника – самого любимого людьми бога – лучезарного Аполлона, прозванного Улием (убийца). Он никого (в отличие от мудрого и справедливого брата Зевса) не обрек на жестокие мучения и ничей род не проклял. Даже когда к нему в дом вломились одержимые богиней гордыни и спеси Гибрис два дерзких героя Тесей и Пирифой, чтобы похитить его любимую супругу, он лишь холодно-вежливо предложил им сесть на каменный трон Леты, и они к нему приросли.

Все же, несмотря, на ужас, исходящий от Повелителя безмолвного царства, находятся герои, которые не боятся ни Гадеса, ни его затхлого мрачного царства. Кроме Тесея и Пирифоя в Аид спускались могучий истребитель чудовищ Геракл за Кербером, герои-странники Одиссей и Эней приходили в Аид, чтобы узнать свою дальнейшую судьбу. Даже слабые телом женщины не боялись страшного подземелья. Психея (душа) спускалась в царство бесплотных теней по приказу страшной в ревности Афродиты, Душа была готова на все, чтобы найти возлюбленного Эрота. Алкеста добровольно умирает вместо любимого мужа Адмета, чем вызывает восхищение даже у бессмертных богов.

С улыбкой, чаще всего презрительной по отношению к смерти, уходили из жизни легендарные спартанцы. Спартанские воины не ожидали ничего хорошего для себя в Аиде и, тем не менее, воспитание и традиции позволяли им презирать смерть, даже мучительную и совершенно ее не бояться.

Однако большинство обычных людей, конечно, ужасно боялись Аида. Людей пугает не только неизвестность, загадочность и непостижимость Смерти, но и ее необратимость, т.е. невозможность воскресения. Чтобы вся жизнь землеродноого человека не была сплошным мучением, причиняемым страхом смерти, великая богиня Необходимости Ананке сделала так, что люди всегда боятся только близких по времени несчастий и бед. Поэтому молодые не боятся умереть, к ним редко приходят мысли о смерти, а, если и приходят, то не задерживаются надолго в сердце. Однако людей преклонных лет порой ужасно пугает неизбежность и необратимость смерти. Они боятся даже самого слова «умереть» и предпочитают говорить «уйти в дом Богатого, Гостеприимного Аида, Доброго Советника». По велению Мойр настоящие долгожители привыкают к мысли о смерти («Привычка же свыше нам дана, замена счастию она»), и Аид им не кажется слишком Ужасным.

Без крайней необходимости и никто из бессмертных, даже сам Зевс не ездит в мрачное царство теней, где и всем привычное солнце не светит. Иногда говорят: «Зевс Подземный» или Зевс Хтоний, но при этом одни говорят, что так зовут Зевса потому, что его верховная власть царя богов распространяется и на мрачную обитель Аида. Другие же уверены в том, что это эпитет Гадеса потому, что его власть в мраках преисподней такая же всесильная, как у Зевса на блистательных высях Олимпа.

О Незримом Владыке подземного мира говорят, будто он, одевая свой шлем-невидимку, царствует над бесплотными тенями, навсегда потерявшими голос. Он получил с древних времен не только безграничную власть, но и заботу о своих немых подданных, такую, что проявляет гостеприимный хозяин о своих желанных гостях, которым суждено остаться в его царстве навечно.

Гомер называет Аида «щедрым» и «гостеприимным», так как смертная участь не минует ни одного человека.

Анакреон поет, как страшен хлад подземного свода: вход в него для всех открыт, из него же нет исхода – всяк навеки там забыт.

Дом Аида называют гостеприимным потому, что там всем бессмертным душам смертных человеков всегда рады и им обеспечен вечный приют.

Аида никто не любил. Олимпийцы не желали общаться с нем, чтобы он не запачкал их тленной пылью небытия.

Людей же ужасно пугает больше всего неизбежность и необратимость смерти. Многие боятся даже самого слова «умереть» и предпочитают говорить «уйти в дом Богатого, Гостеприимного Аида, Доброго Советника». Но всегда были люди, которые не боялись не только слов, связанных со смертью, но и самой смерти, и это не только одиночки-герои, но, например, лучшие воины Эллады спартанцы, которые с улыбкой смерть презирали, а тяжко раненные бойцы с той же улыбкой презрения к смерти просили товарищей их добить, и те недрогнувшей рукой добивали.

Аид всегда бескомпромиссно справедлив. Он, как и его жилище, равнодоступен всем и никогда не знает исключений.

Гадес очень любит свое мрачное, безмолвное царство. Когда он попытался отомстить Гераклу за свое унижение и причиненные мучения любимому псу, тот его тяжко ранил стрелою в плечо и ему пришлось вознестись на Олимп, чтоб излечиться. Второй раз за тысячи лет бог-домосед покидал свое уютное царство, когда похищал дочь Зевса и Деметры Кору, ставшую после женитьбе на ней Аида Персефоной.

35. Деметра

Благая Деметра стала одной из самых почитаемых богинь олимпийского пантеона. Она – «Великая мать», порождающая все живое и принимающая в себя умерших. Део – покровительница всего зеленого царства, богиня плодородия.

Овидий поет, что общее дело ведут совместно Деметра с Землею: Та зарождает плоды, эта им место дает. Обе соратницы, они исправили старое время: Желудь отвергли, его лучшею пищей сменив. Они насыщают селян, урожай им давая богатый, чтобы достойно могли вознаграждаться труды…

Согласно Проклу, Деметра первая разделила между богами два рода пищи, изобрела пищу богов амбросию, красного нектара пойло, изобрела и творенье прекрасное пчелок жужжащих (мед).

Деметра – покровительница всего зеленого царства, богиня плодородия. Она благая богиня, хранительница жизни, научившая людей земледелию и главное – изобретательница пшеницы. Она благостная к людям богиня, прекрасного облика с волосами цвета спелой пшеницы, помощница в нелегких крестьянских трудах. Богиня благая в прекрасном венке неизменно наполняет амбары земледельца всевозможным запасами и, особенно пшеницей и другими хлебными злаками.

Богиня Владычица в русых косах, заплетенных всегда искусно, в венке из спелых колосьев пшеницы была не только Великой матерью богов и богиней плодородия.

Некоторые говорят, что Деметра, научив людей земледелию, приучила их к оседлости и после этого учредила законы, в соответствии с которыми люди привыкли поступать друг с другом, по справедливости. А справедливость, как известно, необходима и бессмертным, и людям, смерти подвластным, так же, как и пища, и влага. Основанная Деметрой оседлость людей и внушенное ею им стремление к справедливости привело к появлению брака, государства и образования. Она так же изобрела слуг, и прислужников, и провожатых.