Сергей Быльцов – Орест. Боги и герои Древней Греции (страница 26)

– Ты правильно сделал мой любезный Киллений, что обратился ко мне, ведь я главный охранник справедливости во всем наблюдаемом мире, а Дике со своими ключами только мне помогает, и ей иногда не достает моей мудрости, ведь не зря я некогда проглотил свою первую супругу Метиду…

Зевс немного повращал кустистыми своим бровями, как это он часто делал, раздумывая, и, видно, приняв решение, сверкнул лукаво глазами и провещал:

– Давай, любезный, сделаем мы с тобой вот как. Скользни-ка ты, на ногу крылатую резвый, своим обычным быстрым полетом вниз на землю в тот арголидский предел, где правнук мой красавчик Фиест сейчас Микенами правит. Договорись (ведь ты это умеешь лучше других) с Фиестом о том, что царская власть в Микенах достанется Атрею, если Гелиос вдруг совершит свой путь в обратном направлении. А потом уговори Солнечного Титана ненадолго прокатиться на своей огненной колеснице не по проторенному за тысячи лет пути, а в обратном направлении – с востока на запад. Скажи, что я попросил и даже головою кивнул в знак подтверждения своей просьбы

Молвил Кронид и сыну косматой многозначительно кивнул головой и сросшимися бровями густыми чуть помавал. Волны нетленных волос с головы Громовержца бессмертной на могучие плечи пали его, и с гулом приятным Олимп всколебался великий. Когда Олимп успокоился, владыка добавил с легкой усмешкой на нетленных губах:

– Я уверен, мой милый, что ты все исполнишь, как надо, ведь ты в моей семье, поселившейся на нетленном Олимпе, самый исполнительный и хитроумный. А, если Фиест окажется не сговорчивым, используй дивный свой кадуцей, которым ты смиряешь даже самых ярых противников.

Вместо ответа родителю мудрому Гермес ласково погладил свой кадуцей и помчался в Микены.

56. Гермес устраивает так, что Фиест вынужденно уступает престол Атрею

Неутомимый, как молодая собака, Гермес, добившись от Зевса исполнения своей тайной мстительной цели, без промедления ринулся отцовский приказ исполнять на подошвах амвросиальных, всюду его с дуновением ветра над землей беспредельной и над хребтом широкодорожного моря носившие.

Примчавшись в Микены, Килленский бог застал братьев Атридов вместе: Фиест излучал умиротворение, иногда переходящее в бурный восторг, а озлобленный на брата и супругу Атрей собирался в изгнание. На всякий случай предусмотрительный вестник Зевеса сразу же коснулся обоих братьев своим особенным кадуцеем.

Говорят, что в древности жезл Гермеса был обвит виноградными лозами, и только в позднее время на нем появились две переплетающихся змеи.

Согласно древнему преданию, упоминаемому Гигиным в «Астрономии», увидев двух борющихся в траве змей, которые, переплетаясь гибкими телами, угрожали друг другу, готовясь вступить в смертельный поединок. Гермес воткнул свой посох из дикой маслины в землю между ними, и они, обвив посох, тотчас примирились, замерев, как перевитые ленты, и остались на нем навсегда. Поэтому Гермес объявил, что этот жезл впредь будет символом мира и будет мирить, хотя бы ненадолго, даже самых заклятых врагов, а также усыплять всех людей кого коснется или, наоборот, заставлять проснуться. Символическое значение змей объясняют по – разному. Одни говорят, что змеи символизируют жизнь и смерть, другие – добро и зло, третьи – войну и мир.

– Правнуки великого Зевса! Внемлите мне – я Гермес – посланник царя бессмертных богов. Олимпиец рассмотрел вашу тяжбу относительно престола в Микенах и постановил продолжать властвовать Фиесту, если с солнцем завтра утром ничего особенного не случится. При этом Атрей должен безоговорочно принять решенье богов и не стремиться силой лишить брата престола. Если же завтра утром Гелий будет совершать свой путь в обратном направлении, то Фиест должен уступить брату трон и, прекратив всякую вражду, добровольно из Микен не менее, чем на год удалиться.

Гермес не смог сдержать мстительно – лукавой улыбки, которую тут же спрятал, и вполне серьезно добавил:

– Впрочем, Кронид, из богов величайший, милостиво вам позволяет самим решить согласиться ли с его решением или нет, ведь и людям Ананка предоставила возможность свободного выбора.

Фиест, не раздумывая сразу же со всем радостно согласился, видимо, полагая, что Солнечный Титан вспять никогда не погонит своих коней.

Атрей же, сначала обеими руками начал махать (так он всегда делал, когда очень сердился или чрезвычайно был возмущён) и сиплым резким голосом крикнул «Несправедливо придумано!». Потом, посмотрев на жезл Гермеса, Атрей скрипнул зубами и, бессильно разведя руками, сказал, что люди, для смерти рожденные, должны бессмертным бога во всем подчиняться.

Самый хитроумный из олимпийцев Гермес, пряча в короткой бородке коварную усмешку, напоследок братьям с издевкой, которую не сумел или не захотел скрыть, назидательно промолвил:

– Да, и вот еще что: запомните Пелопиды! Быть благочестивым человеком – значит не только не делать несправедливости, но и не желать этого.

Гермес был почти всегда занят, на его лице часто можно видеть озабоченность – ведь у него столько дел. Одно из них сейчас было – тайно отомстить Пелопидам за смерть милого сына от коварного Пелопа, так и не понесшего заслуженного наказания за обман и подлое убийство Миртила.

Вестник Зевса вполне обоснованно предполагал, что очень скоро Атрей и Фиест будут не только желать и делать какие-то несправедливости, за которые Дике мягко карает, они будут совершать самые жуткие злодеяния друг против друга такие, что у самих древних мстительниц Эриний, привыкшим к преступленьям кровавым, змеи от изумления на головах дыбом будут стоять.

57. Гермес посещает Солнечного Титана

Неутомимый отпрыск самой красивой Плеяды, оставив внизу Микены, понесся быстрее ветра на восточный берег мировой реки Океан в великолепный чертог сияющего бога.

Древний Титан, окутанный пурпурной одеждой, встретил вестника Зевса сидя на высоком престоле своем, сиявшем волшебной игрою смарагдов.

Вокруг трона Гелия Дни стояли, за ними Месяцы, Годы, Века и Часы в расстояниях равных. Там же были Весна вечно юная, яркими венчанная цветами; жаркое Лето за ней в повязке из спелых колосьев; тут же стояла багровая от листьев и грязная от раздавленных плодов Осень; и Зима с головою, покрытой снегом и инеем.

Усталый Гелиос только, что сам распрягший своих горячих огненных коней (часто это делали дочери Фемиды и Зевса небесные Оры), увидев нежданного посетителя, тут же уменьшил невыносимую жару и нестерпимую яркость своих солнечных лучей, которую вблизи и олимпийским богам нелегко было переносить.

Усевшись напротив Гелия и прикрыв рукой глаза, отпрыск красавицы Майи воскликнул:

– О свет всеобщий великого мира! Я прибыл к тебе с поручением от Громовержца. Олимпиец просит тебя завтра объехать небосвод в противоположном направлении…

Гелиос не стал до конца даже слушать вестника Зевса и сразу решительно отказался:

– Мои огненные мощные кони сами очень резво бегут по проторенному пути и удерживать даже мне трудно их волю. Так, что передай Зевсу…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.