Сергей Буркатовский – Война 2020. Первая космическая (страница 46)
– Тут политика, Монблан-один. Реактор надо сажать кровь из носу, понимаешь почему?
– Понимаю, Земля. Посадим. Хотим еще собрать результаты экспериментов и укрыть ту часть оборудования, что сможем.
– Ясно, Монблан-один. Решение сообщим завтра утром. В любом случае готовьтесь к приему реактора и выходу для подключения кабелей. Вега, что с возможностью стыковки послезавтра?
– Земля, оба штатных причала заняты американскими кораблями. На «Луне-Товарной» взлетная ступень «Альтаира», на «Луне-Пассажирской» – «Орион». Я могу отстыковать «Альтаир», – была, была мыслишка, – и увести станцию от этого хлама. Тем более как раз нужно проводить коррекцию. Тогда американцы будут вынуждены отойти от станции и ловить свое имущество. Так что освободится и второй узел.
– Вега-один, говорит Земля. Сбрасывать «Альтаир» запрещаю. Ребята, извините, но тут тоже политика. Они с попыткой вашего ареста макнулись глубоко в дерьмо, мы сейчас отыгрываем это, как можем. Так что выбрасывать чужие чемоданы, – Настя чуть не расхохоталась – кому-то на Земле в голову пришли ровно те же ассоциации, что и ей, но она удержалась, конечно, – … выбрасывать чемоданы сейчас нельзя – растеряем козыри. Вопрос с освобождением узлов решается по дипломатическим каналам. Переговоры осложнены обстановкой, но мы работаем нормально, нормально работаем. Настя, тебе огромное спасибо – ты тут героиня. Дамы в ЦУПе скупают перекись тоннами. Все столы всякими блондаколорами завалены, тетки киоск в фойе дочиста обнесли.
– Земля, Вега, здесь Третьяков. Предлагаю перевести «Альтаир» на боковой узел «Товарной» манипулятором. Настя, сможешь? Кстати, Пьетро говорит, что в Европе реакция тоже в нашу пользу – он тут полазил по сети.
– Смогу. Крыса твой Пьетро.
– Вега, здесь Третьяков, отставить срач. У нас тут пока опять мир. И пусть так и будет дальше. Земля, что с китайцами? Мы тут из-за связи все пропустили. Они вроде бы должны уже стартовать?
– Стартовали, Монблан-один, стартовали успешно. Они уже на траектории. Командир китайского экипажа запросил стыковку со станцией. Предлагают помощь. Если удастся освободить узлы… Но, боюсь, американцы не дадут, а терять «Козявку» не хотелось бы. Рассматриваем такую возможность, но добро пока не даем.
– Земля, здесь Вега. От трех шаолиньских монахов в пределах прямой видимости я бы в текущей ситуации не отказалась. Чисто для сохранения мира во всем мире. Может – пусть повисят рядом? До прояснения?
На том конце радиолинии – с опозданием на законные три секунды – кто-то захохотал, возникло некое, с Настиной точки зрения – нездоровое, – оживление.
– Прошу прощения, госпожа Шибанова. На связи представитель китайского космического агентства Ли Сяопэн. Я и мои товарищи высоко ценим ваше мнение о подготовке наших тайконавтов, однако мне не хотелось бы, чтобы вы оказались разочарованной…
– Не беспокойтесь, господин Сяопэн.
– Товарищ Ли, извините. Сяопэн – имя, Ли – фамилия.
– Прошу вашего прощения, господин… товарищ Ли. Я не рассчитываю, что ваши космонавты действительно такие, как монахи в кино… Хотя, полагаю, в космосе они летают не хуже, чем в фильме, знаете – ме-едленно так. – Снова тот же, какой-то некитайский хохот. У нас учился? – Но мы очень рассчитываем на стабилизирующую роль Китая.
– Вы доставляете мне большую радость, товарищ Шибанова. Мы сделаем все необходимое.
– Вега, здесь Земля. Так и работаем. Китайский корабль будет держаться рядом. Это основной вариант. В случае крайней необходимости – отпустите «Козявку» в автоном, причалят к кормовому.
День 10
04.09.2020
00:30 мск (09/03/2020 16:30 EDT)
Окололунная орбита
ЛОС «Селена»
USSS «Orion-17»
Кэбот вынырнул из-за панели пульта с кабельным жгутом в руке и толстенным мануалом в зубах. Страшно скосил глаза, указывая на пластиковый разъем. Гражински кивнул. Боб с усилием расцепил колодки и пристроил жгут на место. Закрыл панель. Альварез отлепился спиной от камеры. Гражински прокашлялся.
– Итак, джентльмены, ваши мнения? Хьюстон ждет нашей реакции. Не могу обещать, что еще какая-нибудь электронная хрень не пишет наши разговоры, но все необходимые и возможные меры к исключению подобной вероятности мы приняли. Так что можно рискнуть быть откровенным. Начнем, как водится, с салаг. Мэтт?
– Командир, мне это не нравится. Категорически. Мы выставили себя полными идиотами, да к тому же еще и слабаками. И продолжать сидеть здесь, как в чулане, – полный идиотизм.
– Предлагаешь штурмовать? Выломать люк, скрутить чертову бабу, пока она спит, так? Да на худой конец просто пристрелить. Теперь у нас тоже есть пистолет. Но пока мы будем возиться с люком, она займет позицию и расстреляет нас одного за другим. Или ты предлагаешь совершить обходной маневр в аварийных скафандрах?
– Сэр, не надо выставлять меня большим идиотом, чем я есть. Я понимаю, что опыта у меня меньше, чем у вас или у Боба, – но зато радиация не успела повлиять на мой IQ в такой же степени, что и на ваш. Мы могли бы попытаться договориться с Настей…
– Мэтт, представь себя девчонкой ростом чуть больше пяти с половиной футов. Трое здоровых мужиков ввалились к тебе, заперли в спальне и начали распоряжаться в принадлежащем тебе доме. У тебя хватило смелости вытащить из шкафчика дедушкин «кольт» и выгнать нахалов. И вот один из них вежливо стучится к тебе в дверь и просит вернуть ему брошенные при отступлении шмотки. А пару старых штанов еще и положить на полочку, для следующих гостей. О да, они обещают вести себя прилично… насколько им позволит начальство.
– Начальство далеко, сэр. И я не думаю, что оно отдаст приказ разоружить миссис Гайку второй раз.
– Ключевое слово – «второй». – Кэбот смотрел в иллюминатор. Море Дождей? Если они хотели, чтобы он воевал, – он должен быть не здесь, он должен быть там, в Северном море. – Или даже третий. Считая Калининград. Думаю, Настя уже порылась в сети. Даже если Москва ей ничего не сказала.
– Ну что ж – мы можем хотя бы попытаться. Я согласен таскать образцы и оборудование под дулом «Макарова» в одиночку. Вопрос – поверит ли Настя.
– Ладно, пока отложим. Еще идеи? Боб?
– Я бы забил на Землю, Майк. Может быть, русские и наворотили дел – но попытка нейтрализовать их ракеты в Европе сама по себе не говорит о здравомыслии верхов. То, что при этом радиационный фон вырос пока только на «Стеннисе», – просто господнее везение. А уж приказ арестовать командира космической станции, не имеющей никакого военного значения, – это просто govno и так обосравшихся политиков. Они просто потеряли разум, сэр. Нам нужно отстыковаться и уйти. Просто уйти.
– Боб, это наша страна, это наше командование, и это наши политики. Я не знаю, кто там виноват – президент, русские, поляки, марсиане, – но мы астронавты Соединенных Штатов. Некоторые из нас давали присягу народу Соединенных Штатов. И если нам – выбранными этим самым народом представителями – отдан приказ, мы должны его выполнить. И я не выполняю команду не потому, что считаю приказ идиотским, а потому, что не вижу способа его выполнить.
– Выполнить как раз можно. Пробивная способность «Макарова» – пара миллиметров стали. Мы можем демонтировать крышку баллонного отсека и ворваться в станцию под ее прикрытием. Крышка рассчитана на взрыв баллонов при посадке, так что «Макаров» ее не пробьет. Не думаю, что миссис Гайка владеет собой в достаточной степени, чтобы не выпустить весь магазин в металл. Да, есть риск рикошетов – но от нас требуется не сохранить станцию в целости, а заломать русских. Желательно – под видеокамеры. Даже если рикошет пробьет внешний корпус – во что я не верю, – мы успеем отступить в «Орион» и дождаться старта Тоцци в свободном полете. Автономности «Леди Оу» хватит.
– Риск все-таки слишком велик. Я бы не рассчитывал на нервозность русской. Слишком слабая ставка.
– Вот именно. Не забываем также, что если с Настей что-то случится – мистера Тоцци во взлетающем луннике может и не оказаться. А вот кто там точно окажется – так это исключительно «признательный» нам мистер Третьяков. «Палач Кавказа», если вы еще не слышали Тэда Хоули на «Фоксе». Нет сомнения – гибель макаронника на Луне и таран «Ориона» «Козявкой» доставят Тэдди массу радости. Но я сомневаюсь, что Америка вбухала сотни миллиардов в программу изучения Луны для поднятия его сраного настроения.
– Интересно, а такая идея приходила в голову кому-нибудь из шишек до всей этой катавасии? Или они думали, что русский утрется?
– Я не телепат. Может, и приходила. А может быть, им было насрать.
– Все, парни. Вы высказались, теперь моя очередь. Джентльмены, я получил приказ взять под контроль орбитальную станцию и обеспечить эвакуацию гражданина страны-союзника с поверхности Луны. Задачи пристрелить русскую мышку и поломать ее норку нам официально не ставилось, а читать мысли начальства я так и не научился.
Кэбот с Альварезом переглянулись. На самом-то деле мысли за строками приказа были кристально ясны, но тут как раз был тот случай, когда улавливать начальственные флюиды не было никакого желания. С этим молчаливо соглашались все трое, причем с того самого момента, как получили приказ. Именно молчаливо – до какого-то момента.
Первым озвучить мысль решился именно Майк. Впрочем, на то он и командир. И сразу стало просто. Хотя и невесело, совсем невесело. Боб с Мэттом переглянулись. Если вляпался в дерьмо по пояс – стоит ли нырять в него с головой? Альварез, простодушное дитя окраин Лос-Анджелеса, так и спросил, без околичностей.