Сергей Булл – Школьные Воины. Том 2 (страница 12)

— Но хотел.

— Хённим. Послушай. Это же личное. Понимаешь. Я не могу оставить это просто так, никто… — тут он осёкся и сразу поправился. — Никто из моих ровесников себе такого не позволял.

Кан Ук немного резко повернулся и глянул на него через плечо, отчего Сын Ги вздрогнул. Поёжился. И взбесился, но только в глубине, внешне, он постарался держать себя. И как ему показалось, у него получилось. Но… этот взгляд. Заставлял его тело дрожать.

Такой же был вчера у Хва Джина. Отчего оба эти урода бесили его всё больше. И он сделает всё что угодно… но пока. Хотя бы Хва Джин. Надо похоронить этого отброса, пока не стало слишком поздно.

— Хорошо, — неожиданно бросил Кан Ук словно кость проголодавшейся собаке. — Можешь поиграться с ним. Только не убивай. Он мне ещё пригодиться. Как и ты. Так что развлекайся, но сделай всё красиво. Твоя семья метит в чеболи. Метит же ещё? И ты должен соответствовать этому статусу? Часто твой отец опускался до трущобной грязи?

Сын Ги только оставалось качать головой. Хотя он не был уверен в том, как действовал его отец.

— А председатель FF? Вы же собираетесь каждый месяц и смотрите фильмы про создание компании. Ну, как ролики на ютубе, — Кан Ук смотрел на него через плечо. — Знаешь же. Эти познавательные, как создавались бренды. Почти про любого чеболя можно найти. А потом обсуждаете вклад ваших приближённых к председателю семей во всё это дело. Вы же одна большая семья. Фоточки чёрно-белые из исторической хроники смотрите там же на экране. Что он скажет, если ты обделаешься? Да и про этот твой мув на показе? Мне бы хотелось послушать его. Не думаю, что ты планировал появляться там как организатор.

Сын Ги оставалось только кивать и слушать. Он ему ничего никогда не рассказывал. Но Кан Ук в подробностях пересказывал «семейный досуг» конгломерата FF, но что его ещё больше пугало и злило одновременно. Осведомлённость в организации этого показа с двойным дном.

Спускался он на взводе.

И уже один. Провожать его никто не стал. Его всё больше разбирала злость. Он хотел было закричать, как это делал вчера в адрес Хва Джина. Или выписать лещей своим шестёркам, но их не было.

Злило его ещё то, что ему сегодня было ехать на «семейное» собрание, однако это масло, подлитое Кан Уком, распаляло огонь сомнения насчёт вчерашнего поступка. Но его уже было не отменить.

Он остановился полистать и с ужасом обнаружил, что в соцсетях был не только фурор показа, с особым акцентом на Хва Джине. А также уже вовсю витали теории заговора насчёт их связей и произошедшего в начале показа.

— Сука! — крикнул Сын Ги.

И голос разлетелся эхом по бетонному скелету.

Родители, да и сам председатель, явно за такое его по голове не погладят.

Гин По

Атмосфера внутри двухэтажного здания царила соответствующая… слову притон. Крайне противоположная Милому Дому, с которым меня познакомил Тэ Сон.

На первом этаже, прямо на голом бетонном полу, в сизом мареве дешёвого табачного дыма бесновалась рядовая масса.

Бойцы, хотя у меня язык с трудом поворачивался их так назвать, по крайней мере, парней Пон Нама, в засаленных спортивных костюмах или белоснежных, когда-то борцовских майках, а сейчас засаленных, рубашках-гавайках. Они сидели на треснувших пластиковых стульях и потрёпанных диванах.

Резались в карты, орали друг на друга, а в одной комнате, откуда тянулся дым в коридор, жрали за исписанным толстым слоем мата столом быструю лапшу и тушили окурки прямо в жестяные банки из-под пива. Почти в каждой комнате, где был народ, имелась горка примитивного оружия в виде деревяшек, арматур и труб, некоторые из них модифицированные.

Внутри царился хаотичный, агрессивный гул, который не утихал ни на минуту, а волнообразно долетал, то из одной, то из другой комнаты первого этажа. То… одновременно обрушивался со всех сторон.

— Эй, ушлёпки! — Хён Бин шагнул в комнату к тем, что жрали и курили. — Я сколько раз говорил выходить на улицу.

Угол этой комнаты был завален горами пластиковых контейнеров с недоеденным, засохшим чачжанмёном, коробками от жареной курицы и пустыми пачками от рамёна. Там же в придачу валялся остальной мусор. Вперемешку с дымом от табака запах тут стоял едкий.

— Но, хён, тут же даже окон нет, — возмущённо оправдывались они, а один даже сунул руку между досок. — Глянь, вентиляция какая.

— Я всё сказал. В следующий раз бычки буду тушить о ваши пустые бошки! Навоняли на весь этаж.

— Простите! Босс, — они поднялись и поклонились. — Мы больше не будем.

— Слышал я уже это. В последний раз предупреждаю. Уберите эту сральню уже. Сколько мне повторять? Почему всегда одно и то же? — он кивнул в угол. — И не на улицу рядом с домом выкиньте, а отнесите на свалку.

— Сделаем! — единогласно потянули они.

Пон Нама затащили в одну из комнат первого этажа и обхаживали или страдали за компанию, побитые мной, но выглядело это всё показухой. Самого же Пон Нама облепили прихвостни. Среди них был и мочёный. И их главарь разыгрывал из себя участника какой-то невероятной бойни, а меня описывал прям суперменом. Его рассказ напоминал скорее супергеройский боевик, чем потасовку в трущобах.

— Хорош звиздеть придурок! — мы с Хён Бином заглянули и сюда. — Я тебе уже говорил не кидаться на людей. Мы охраняем Гин По, а не крышуем.

— Охраняете от кого? — уточнил я, не зря же остался.

Мне хотелось изучить это место получше. Пусть я и не собирался здесь задерживаться надолго. И для этого фундамент уже был заложен.

— Да от всяких залётных банд, даже сюда лезут со всякой дрянью.

— Наркотики? — предположил я.

— И не только они. Казино всякие на телефонах. Игрушки сомнительные. Фишинг, — он махнул рукой в сторону. — Мошенники, да и много кого ещё. Гадости хватает. И она постоянно прибывает, видоизменяется, а страдают те, кому и так не повезло очутиться в этом аду.

— Ну не такой это и ад. Я видел Гин По. Жить можно.

— Выживать.

Видимо, для него эта тема была немного болезненной. Но у меня туман прошлого, пусть неохотно, но расступался. И я вспоминал всё больше своих заданий с подробностями. И Гин По было не самым худшим местом, где умудрялись жить люди, да ещё и радоваться такой жизни.

Мы двинули на второй этаж, минуя единственный санузел в конце коридора и судя по запаху, он превратился в адское местечко. Но Хён Бин не обращал внимание, как и ещё одна парочка, которая курила здесь рядом с окном в конце.

— Эй, придурки! — замахнулся Хён Бин.

Парни чуть сжались, но он ничего им не сделал.

— Ладно, тут можете курить. Хотя бы эту вонь перебьёте ненадолго.

Поднялись наверх. И атмосфера сменилась. Здесь было чище. Никто не курил. В одной комнате, на моё удивление даже был книжный шкаф и несколько столов, а четыре человека сидели что-то писали и читали. Похоже на учёбу.

— Хён, — они встали и поклонились. — Рады вас видеть.

— Странное место, внизу помойка. А наверху… есть ещё надежда, — поделился я впечатлениями.

— Эй, придурок, выбирай слова, — фыркнул Хён Бин и легонько пихнул меня. — Вообще-то, мы стараемся. Если бы ещё не этот Пон Нам со своим сбродом. Собрал какое-то отребье.

— Это и есть Тигр? Не Пон Нам. Вы с ним?

— Одна из его сторон, моя и Бон Нама. Будь он неладен. Повезло же с соседом.

В комнате рядом с классом зашумели, так как дверей здесь почти не было, большинство проёмов второго этажа были открыты или двери заменяли шторы-циновки. Хён Бин заглянул туда.

— Э! Придурки. Харэ шуметь. Братьям учиться мешаете.

— Простите, босс, — сказала четвёрка парней.

Это комната служила столовой, я определил по запаху и виду свежей лапши на столе. У меня заурчало в животе.

— Жрать хочешь? — улыбнулся он. — Эй. Заварите нам по рамёну. И на крышу притащите. А курица ещё осталась?

В этой комнате на моё удивление, после обеденной первого этажа, стоял новенький холодильник, на стене висела потрёпанная микроволновка, а в углу было настоящие подобие зоны готовки с раковиной и несколькими портативными газовыми горелками. Имелась здесь и посуда в скудном количестве. А мусор стоял горкой в чёрных пластиковых пакетах.

Парни переглянулись.

— Есть, босс. Как раз две порции.

— И её тоже, — ткнул Хён Бин и мы пошли дальше мимо нескольких комнат в конец коридора к лестнице.

В двух стояли койки, и лежали матрасы на полу. Там спали люди. И всего две комнаты во всём доме были с дверями, но они были закрыты. Что там я не увидел. Но подозреваю, одна из них, а может, обе принадлежат Хён Бину.

Мы вышли на плоскую крышу, где по центру расположился внушительный зонтик. Под ним стоял диван, а с другой стороны от него лежал тонкий матрас с единственной подушкой. На полу было накидано несколько пластиковых ковриков. Рядом с диваном ещё стоял столик. Возле него Хён Бин и упал.

Ещё в углу перед парапетом лежало несколько складных стульев, я выбрал самый прочный и добротный на вид и сел под зонтом, так чтобы смотреть на Хён Бина.

— И чего ты хотел? — прямо задал ему вопрос.

— Познакомиться, — пожал он плечами. — Знаешь. Ты неплохо играешь в баскетбол, а среди парней мало кто со мной может сравниться. Кстати, а мой мяч цел?

— Цел. Наверное.

— Что значит, наверное?

— Для тебя сейчас важен мяч?