Сергей Бугримов – Слезы ангелов (страница 3)
– А про тебя, старик, я чуть было не забыл. Какой-то ты весь взъерошенный, помятый! И чем это так разит из твоего блюдца? Не понял! Что, похмеляемся? Ну ладно, ладно! Не ругайся. Сейчас приведем все в порядок.
Быстренько налил птице свежей воды, насыпал корм, и через секунду вылетел на улицу.
Кафе «Восемь дюймов» представляло собой довольно заурядное заведение, каких сотни в любом, мало-мальски цивилизованном городе. Без каких бы то ни было ярких зазывающих реклам, дорогой отделки, квадратных вышибал, в строгих темных костюмах и с отсутствующими лицами. Не было стриптиз-шоу, которое так манит неуверенных в себе неудачников. В общем, вычеркнулась вся та шелуха, которая с успехом заменяет отсутствие фантазии и качество кухни.
Вот именно качество кухни и вложенная фантазия и превратили «Восемь дюймов» в одно из самых популярных заведений.
Рецепты блюд хранились в строжайшем секрете, а десятки компонентов какого-либо напитка придерживались соотношения вплоть до миллиграмм. Порой посетитель не в состоянии был отличить рыбную закуску от мясной.
А один раз даже пообедала некая королевская особа из другой страны. И с тех пор, время от времени, во дворец, спец рейсом, доставляется тот или иной заказ.
Алекс вошел в зал и огляделся.
Она сидела в дальнем углу и с увлечением выпускала идеально симметричные колечки сигаретного дыма. Нетронутый бокал стоял в стороне. Пепельница была полная, а рядом лежали две пустых пачки «Мальборо» и одна полупустая.
«Ничего себе, девушка курит! А всего-то ей не больше двадцати. Симпатичная. Интересно, это у нее парик, или все-таки настоящие? Скромное зеленое платьице. Абсолютно нет косметики. Ножки…пока еще не вижу. Тонкие длинные пальчики. Ни колец, ни сережек. Правильные черты лица. Огромные глаза. Цвет…далеко еще, не разберу. Гладкая смуглая кожа. Ну, просто картинка, а не девчонка! А вот наконец-то и ножки: стройные, без изъяна, обуты в красные туфельки на высоких каблучках. И глаза!.. Что за глаза!.. Конец света!»
Рисуя, таким образом, мысленный портрет юного создания, Алекс пробрался к столику.
– Насколько я догадываюсь, волшебный голосок, струившийся из моей телефонной трубки не более как… – он посмотрел на часы, – семь минут назад, принадлежит вам.
Ее ослепительная улыбка заворожила молодого человека.
– Да, это я, – ответила девушка, поспешно затушивая сигарету. – Вы так странно изъясняетесь!
– Странно?
– Непривычно.
– Разве вам никогда не говорили комплиментов? Не объяснялись в своих чувствах? Не читали стихи? Не дрались из-за вас? Ни за что не поверю!
Она смущенно пожала плечами:
– Никогда.
– Куда только катится этот мир! Ради денег, карьеры, призрачного благополучия готовы стать на колени перед последним уродством, а истинной красотой начищают до блеска сапоги и гарцуют в них на балу у невежества. – Алекс отодвинул стул, но прежде чем плюхнуться на него решил похвастать воспитанностью: – Разрешите присесть?
– Да-да, конечно! – засуетилась девушка.
– Ну, так что, – выполз деловой тон профессионала, – сразу обратимся к теме нашей встречи, или перед этим немножко поболтаем, дабы лучше узнать друг друга?
– Не знаю, – последовал тихий ответ. – О себе я ничего не могу вам рассказать.
– Это почему же? Вы секретный агент? Шпионка? Скрываетесь от правосудия? Может, состоите в религиозной секте, которая запрещает общение с подобными мне?
– Нет, конечно. Я просто не знаю, что рассказывать. Что можно рассказывать. Вы наверняка сочтете меня сумасшедшей.
– Так, интересно, – протянул Алекс. – Ну а ваше имя, хотя бы, я могу узнать?
– Разумеется. Веда.
– Хм, красивое, – искренне заметил молодой человек. – Ладно, раз не желаете говорить о себе, тогда, может, хотите узнать что-нибудь обо мне? Хотя, если честно, вы меня заинтриговали своей загадочностью.
– О вас я все знаю, – лукаво улыбнулась девушка.
– Так уж и все?
– Во всяком случае, все то, что о вас писали. Плюс, немножко того, что я успела узнать сейчас.
«Действительно, – подумал Алекс, – моя биография ни для кого не тайна. О ней много пишут, говорят по телевидению, добавляют свои нюансы. А ведь лично из моих уст пройденный этап жизни Мирецки никто не слышал! Информация собирается по клочкам из всевозможно доступных, а порой и не доступных источников. Как будто им больше делать нечего, как только рыться в моем белье. Чувствуешь себя как под микроскопом. Попробуйте взглянуть на самую прекрасную женщину через это оборудование, и вас наверняка стошнит. Такова уж сущность современного человека. Все стремятся узнать друг о друге как можно больше, и при этом как можно меньше раскрыть себя самого».
– Что ж, тогда, если рассуждать логически, мы пришли к определенному уравнению, – подытожил Алекс. – Вы обо мне знаете все, а я о вас ничего. Среднее арифметическое получается пятьдесят процентов. Вполне допустимая норма.
На какое-то мгновение воцарилась неловкая пауза.
– Я вижу, вы еще не готовы перейти к главной теме нашего свидания.
Легкий, еле заметный кивок был тому подтверждением.
– Кстати, – решил задать Алекс нейтральный, как ему казалось, вопрос, – почему вы так много курите?
– Что делаю? – как будто бы не поняла вопрос Веда. А может, просто не расслышала.
– Я имею в виду это, – указал Алекс на полную пепельницу окурков.
– А, поняла! Нет, я никогда раньше этого не делала, а тут увидела, как один мужчина, вон там, – она посмотрела в центр зала, – нет, уже ушел… Да, так вот. Он так забавно пускал колечки посредством этих штучек…
– Вы говорите о сигаретах? – промелькнули у Алекса первые признаки того, что девчонка явно не в себе.
– Ну, то, что в этих коробочках. Понаблюдала, как он это делает, и решила попробовать сама. В общем, этим только и занималась, пока вас ждала. Вернее, пока, время от времени, пыталась с вами связаться с помощью этого…как его?…
– Телефона.
– Да, телефона. Правда, пришлось несколько помучиться, пока мне объяснили, как им пользоваться.
«Что это? Она притворяется или, в самом деле, того?… Отпустила разум погулять, а тот возьми и заблудись. Но ведь ее искренность так очевидна! А если играет, тогда просто гениально!.. И как ты будешь действовать дальше, великий стратег? А никак! Понаблюдаем. Если притворяется – рано или поздно допустит ошибку… А если нет? Если не притворяется? Ты сам-то, какой хочешь, чтобы она была? Хорошей актрисой внешне и обыкновенной куклой, блуждающей в потемках выдуманной реальности, внутри, или чистым открытым созданием, которого природа, почему-то, обделила сознанием происходящего в этом, реальном для тебя мире?… Не знаю…»
– Хочешь чего-нибудь выпить? – предложил он, вспомнив, что кавалер, первым делом, обязан ухаживать за дамой, а уж потом вести бестолковые светские беседы. – И давай оставим это выканье, а будем общаться как старые добрые друзья.
– Я согласна.
– Так как насчет выпивки?
– В принципе, мой бокал пока еще стоит полный. И я до сих пор не могу понять, почему к нему нельзя прикасаться.
– Видишь ли, это не просто томатный сок. В нем содержится определенная доза спиртного. Что и сколько – никто не знает. Секрет заведения. Как, впрочем, и все остальное, которое стряпается здесь. Но суть не в том. Сей напиток славится самым непредсказуемым результатом. На вкус – обыкновенный томатный сок. Если клиент не знает, то никогда не догадается, что в нем еще что-то намешано. Выпиваешь один бокал, второй, третий, и остаешься таким же свежим и бодрым. Как вдруг – бац! Мгновенно потухает свет, и ты превращаешься в недвижимость. Короче, «Кровавая Мери» не для женщин. Ассортимент здесь впечатляющий, так что выбирай. Но только не это пойло.
– Да нет, спасибо, – отмахнулась Веда. – Я ничего пить не хочу. А это заказала, чтобы не сидеть за пустым столом.
– Тогда перекусить, – не унимался Алекс.
– Если ты имеешь в виду поесть, то я не голодна. Лучше объясни, откуда такое странное название – «Восемь дюймов».
– Гм, – промычал Мирецки. – Тебе действительно интересно?
– А что, это тоже секрет?
– Ну, в общем-то, да. За исключением некоторых, самых посвященных.
– А ты входишь в их число?
– Я журналист. Докапываться до истины – моя профессия. Ну а если серьезно: Миколаш мой друг. А какие секреты могут быть от друзей. Однако я не уверен, что ты отреагируешь адекватно. К тому же, ты первый человек, который может узнать об этом из моих уст.
– Не волнуйся. Поверь – в своей жизни я успела многое узнать и повидать. Испугать меня трудно.
– Ну, как раз страшного в этой истории ничего нет. Фишка в том, что юной порядочной леди может быть неудобно, слушать такие подробности.
– И все же я рискну, – проявила настойчивость Веда.
– Изволь. Значит так. Когда Миколаш со своей женой открывали это кафе, первым делом, разумеется, встал вопрос по поводу названия. Оно должно было быть оригинальным, интригующим, привлекательным, легко запоминающимся, и не дублирующим название какой-нибудь другой забегаловки. Казалось бы: при его начитанности и ее фантазии, что может быть проще! Но не тут-то было! Супруги никак не могли сойтись на одном мнении. То он в ее вариантах находил несоответствия, то она зарубала на корню все его предложения. Миколаш хоть и славный малый, однако, человек взрывного характера. А Беатрис – его жена – южанка. И этим все сказано. Признать свое поражение она способна только внутренне, а вот внешне – никогда. Дошло даже до того, что они, чуть было не развелись. В общем, парочка еще та!