Сергей Большаков – Месть Болотея (страница 3)

– Братья, – обратился он к собравшимся, – тяжелые испытания выпали на нашу долю. Горят города, стёрты с лица земли погосты и сёла. Ворог силён и беспощаден. Никогда прежде Руси не доводилось сталкиваться с таким искушённым в ратных делах супостатом. Уверен, у нас достанет сил и мужества оградить княжество от разорения. Будем же готовиться к сече кровавой. Три высоких вала и мощные стены с надвратными каменными башнями помогут защитить столицу. Но пока здесь недостаёт воинов. Необходима помощь. Собирать её я решил на севере, там, куда ворог вряд ли доберётся. Рассчитываю на понимание и поддержку удельных князей, да и новгородцы, думаю, не оставят в беде. Запасов во Владимире много, и вы дождётесь нашего возвращения. А для того, чтобы не упрекнули меня в заботах о себе и своей семье, оставляю в городе жену, княгиню Агафью, и сыновей со снохами.

Следом слово взял воевода Пётр Ослядукович:

– Дело ли, княже, дробить силы? Без того положили мы под Коломной верных суздальцев. Как бы хуже не сделать!

Князь остался непреклонен, и воевода был вынужден подчиниться его воле:

– Коли так, – добавил старый воин, – необходимо взять тебе с собою казну. Новгородцы народ практичный, за здорово живёшь воевать не будут. Да и другие спорее встанут под твои знамёна, коли поманишь их звоном серебра!

Юрий на миг задумался, но потом согласно кивнул воеводе:

– Верно говоришь, Пётр Ослядукович, серебро и злато ускорят дело. Решено, забираю казну с собой!

Местом базового лагеря была назначена река Сить, у небольшого селения Божонки. Лет пятнадцать назад побывал здесь Юрий на охоте. Славного зверя затравил тогда князь. С той поры хранилась та добыча в кованых сундуках вместе с казной. Помнит он, как молодой священник, отец Алексий сообщил в приватной беседе о языческом капище среди коварных ситских болот. Поведал он князю и о безуспешных попытках отыскать место идолопоклонничества. Сколько ни ходили по округе, возвращались ни с чем. К тому же, всякий раз кто-то из путников таинственно пропадал. Что было причиной, никто не знает. Валили всё на языческого идола Болотея – хозяина здешних мест. Так рушилась ещё не укрепившаяся православная вера среди суровых сицкарей.

– Слаб твой Бог! – дерзко заявляли они священнику. – Немощен Христосе ваш против нашего Болотея!

Непросто было разубедить местных жителей, доказать, что Болотей – всего лишь старая деревяшка, или «каменная баба», неизвестно кем когда сработанная, где и почему поставленная. Да, Болотей окружён таинственностью, загадками, Христос же более понятный и объяснимый. От Болотея исходит страх и смущение. Христос же – человек, хоть и сын Божий. Он понимает людей и прощает грехи их вольные и невольные, Также Христос без колебаний принял мученическую смерть, во искупление грехов всех и каждого из рода человеческого, он утверждал, что жизнь сильнее смерти и вселял надежду на попадание в рай.

О многом размышлял князь, многое передумал в последнее время. Всё ли правильно он сделал, верно ли поступил, уходя из Владимира в бескрайнюю болотную глушь? Сомнения терзали душу. Как там супруга дорогая, как сыновья и их семьи? Что надумает враг, что станется со столицей и другими городами, да и всей Русью? Много вопросов, и не было внятных ответов на них.

Отправляясь на Сить, распорядился посылать ему гонцов с вестями, чтобы быть в курсе происходящего.

Пока же на месте лагеря день и ночь шли работы: стучали топоры, горели большие и малые костры, люди не спали, мало отдыхали, торопясь быстрее обустроиться, укрепить лагерь, сделать его устойчивым к возможному приходу врага. Теплилась надежда, что конное войско степняков не пойдёт в ситские дебри. На Руси достаёт других, более доступных и вожделенных мест для завоевания и грабежа. Есть где разгуляться.

Вошедший в специально выстроенную для князя избу посыльный доставил послание от жены. Взглянув в свиток, князь невольно стал думать о последних событиях: «Что сталось с моим младшим сыном Владимиром, пленённым в Москве? Жив ли отрок?! Бедная Агафья! Только успокоилась после возвращения чудом уцелевшего в сече под Коломной Всеволода, как новая беда постучала в терем. Ему, мужчине и воину, привыкшему к битвам и крови, и то тяжело думать о том, что кто-то из сыновей пал на поле брани. А каково матери? Нет на свете тяжелее горя, чем горе родителей, потерявших своих детей! Но со Всеволодом обошлось, даст бог, с Владимиром тоже ничего дурного не случится. А Юрий уже совсем скоро соберёт достаточные силы и ударит с лютой ненавистью по врагу. Будут спасены и град стольный Владимир, и любимая семья, и люди земли его.

Гонит князь от себя дурные мысли, но словно мухи на мёд лезут они гулким роем в голову. Вдруг из лагеря донёсся шум. Юрий Всеволодович с неудовольствием вернулся к действительности. Шум усиливался. Выбежав на улицу, ничего не смог понять князь. Верный конь тихим ржанием поприветствовал хозяина. Легко вскочив в отделанное серебром седло, князь поскакал на шум по крутому обрывистому берегу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.