Сергей Богомазов – 3017: Сектор заражения (страница 19)

— Вы на редкость наблюдательны, — усмехнулся тот.

— Я к тому, что не понимаю, зачем вы это делает, - произнес топ-менеджер. — Эта технология безнадежно устарела ещё лет двадцать назад. Ее полностью вытеснило нейрочипирование.

— Как видите, не полностью. И, если вы взгляните на меня самого, — усмехнулся пожилой ученый, — То поймете, что я и сам устарел лет эдак шестьдесят назад, однако по-прежнему продолжаю работать, несмотря на то, что мне уже сто четырнадцать лет.

— Вы не используете в работе нейрочип?

— Не использую, потому что у меня его нет.

Топ-менеджер удивленно посмотрел на учёного.

— Но почему? Вы бы могли установить самую современную модель за счёт компании!

— Потому что я не хочу, чтобы какая-то посторонняя штуковина присутствовала у меня в голове. Представьте себе, я настолько стар, что застал те времена, когда для внедрения нейрочипов, желающему приобщиться к новым технологиям, приходилось вскрывать череп. Насмотрелся я и на последствия таких операций, когда у людей мозги в гоголь-моголь превращались.

— Таких случаев было меньше одной сотой процента, к тому же, последний из них произошёл более сорока лет назад, — заметил Фонмаер. — В наши дни технология совершенно безопасна! Сегодня достаточно принять капсулу с наномашинами и…

— И они сами образуют в мозгу структуру нейрочипа нужной конфигурации, — закончил за него Кугельман. — Но лично мне эта процедура не нужна. Моя голова — это только моя голова, и нечего в ней делать какой-то посторонней дряни, с помощью которой завтра меня принудят делать то, чего я сам не желаю.

— Боитесь, что вами смогут управлять, как роботом? — улыбнулся топ-менеджер

— А вы нет? — на полном серьезе поинтересовался седовласый мужчина.

— Я стараюсь смотреть на вещи объективно. Нет ни единой предпосылки, что технология нейрочипирования, которая применяется уже десятки лет, направлена на то, чтобы делать из людей послушных марионеток.

— Так уж и никаких? — с сомнением отозвался ученый. — Эта технология входит в нейронный контакт с вашим мозгом, фактически становясь его частью… Да, сейчас с её помощью вы можете проецировать перед глазами любые изображения, которые будете видеть только вы, можете дистанционно обмениваться информацией как с компьютерными системами, так и с другими обладателями нейрочипов. Выходить в кибернет, пусть и не на самых больших скоростях, совершать манипуляции с бытовыми приборами, например, включить кофеварку не вставая с постели, задав ей нужный режим, а также массу других вещей, и все это силой мысли… Это, конечно, замечательно… Но система нейрочипа в чем-то сродни компьютерной, она имеет уязвимые места, через которые её можно взломать. К тому же, самому нейрочипу без разницы, в какую сторону проводить сигнал. Сейчас он проводит его от нейронов мозга в направлении какого-либо прибора. Но представьте себе некий мощный источник сигнала, который подавит слабые импульсы вашего мозга, и заставит нейрочип работать в обратном направлении. И тогда кофеваркой станете вы, господин Фонмаер.

Первый топ-менеджер усмехнулся, но ничего не сказал, потому, как сейчас они как раз приблизились к месту назначения, и его внимание сосредоточилось на другом.

Прямо перед ними на стальном постаменте в вертикальном положении была установлена биорегенерационная капсула, заполненная прозрачной жидкостью, в которой находилось тело обнаженной девушки, опутанное множеством проводов, и облепленное всевозможными датчиками. Глаза девушки были закрыты, выражение лица было спокойным, казалось, она просто спит. Первый топ-менеджер приблизился к капсуле вплотную, заворожено любуясь совершенством черт лица и безупречностью линий стройного тела. Профессор Кугельман встал рядом, и, скрестив руки на груди, с усмешкой покосился на Фонмаера.

— Вижу, вы явно под впечатлением, — произнес он, обращаясь к топ-менеджеру. Фонмаер некоторое время молчал, а затем кивнул.

— Да… Она само совершенство…

— Среди биологических существ в мире нет никого абсолютно совершенного, — отозвался профессор, — Однако, она, судя по всему, наиболее близка к идеалу. Её иммунная система невероятно устойчива, это первый «прототип», который пережил привитие всех известных нам вирусов, а также поборол губительное действие невероятно сильных токсинов. Но она интересна не только этим, другие её параметры тоже впечатляют. К примеру, в данном прототипе мы смогли реализовать сверхпроводимость нервной системы, увеличив её почти в десять раз.

— Да, я читал об этом в отчетах, но что это дает?

— Как известно, наша с вами скорость реакции ограничена временем, которое требуется электрическому импульсу, чтобы достигнуть мозга, а потом проделать обратный путь к мышцам. В обычном человеческом организме эта скорость ограничена скоростью обмена веществ, и индивидуальными особенностями организма. К примеру, среднестатистическое время реакции человека на визуальный сигнал составляет от одной десятой до трёх десятых секунды. Но у нашей красавицы — это время сокращено примерно до трёх сотых секунды.

— Интересно… — потер подбородок топ-менеджер.

— Ещё бы. Отработав технологию создания нервных каналов повышенной проводимости на ней, и убедившись в её безопасности, мы сможем заменить наши собственные медленные каналы на новые.

— Мы? — удивился топ-менеджер. — Мне казалось, что лично вы против внедрения в свой организм каких-либо инородных систем?

— Не надо держать меня за совсем упертого динозавра. Я против нейрочипов, потому как осознаю их потенциальную опасность, однако, это не значит, что я в принципе отвергаю все новые технологии. В моём организме уже давно бьется искусственно выращенное сердце, полностью заменено одно лёгкое, и печень. Иначе, как вы думаете, дожил бы я до таких лет?

— Понятно, — улыбнулся Фонмаер.

— Как вам известно, именно компания AMREGO стояла у истоков биологического клонирования органов, — добавил учёный. — Мы выступили новаторами и первопроходцами в этой области науки, именно благодаря нам люди по всему миру получили возможность получить тот или иной жизненно необходимый орган без помощи донорства. Именно мы решили проблему нехватки донорских органов и тканей, и тем самым спасли жизни миллиардам. Но для того что бы двигаться дальше, мы должны смотреть на проблему несовершенства человеческого организма шире. Как видите, наш следующий шаг — это усовершенствование организма в целом, и в финале этого славного пути нас ждёт то, о чем человечество мечтает всю свою историю.

— Бессмертие?

— Именно, — учёный кивнул. — Естественно, не для всех… Некоторые вещи слишком дороги, чтобы каждый встречный и поперечный мог себе их позволить, а что в этом мире может быть дороже вечной жизни?

Топ-менеджер согласно кивнул, после чего, бросив взгляд на капсулу с девушкой, спросил:

— А она вообще… Эммм… Разумна? И как она вообще появилась? Кто был источником клонирования?

— Тело представилось нам случайно. Год назад, в районе гибели заправочной станции, пираты, с которыми мы ведем скрытое сотрудничество, искали некий ценный груз, и случайно обнаружили труп погибшей космолетчицы. У нас с ними давно существует договоренность на поставку тел, так что ее привезли на Землю и передали нашим людям. То, что вы видите перед собой — полная генетическая копия жившей когда-то девушки. На счет ее разумности скажу так — она способна к абстрактному мышлению, но, в то же время, мы намеренно не делаем из неё полноценного человека.

— А если подробней?

— Если подробней, то её картина мира сильно ограничена эмулятором сна, в котором она пребывает в данный момент.

— То есть, сейчас она видит искусственно созданный сон?

— Да. В этом сне она свободна и даже счастлива. Сам процесс сна мгновенно оцифровывается, и мы можем наблюдать за ним в режиме реального времени. Эмуляция сна заполнена разного рода испытаниями, требующими большой ловкости и силы. Самое интересное, что рефлексы, закрепленные ею во сне, сохраняются и при бодрствовании, к примеру, из лука она стреляет с поразительной точностью и быстротой, так что пускай её внешний вид вас не обманывает.

— И насколько поразительной?

— Она могла бы всадить стрелу вам в глаз с расстояния в сто шагов, и добавить к ней вторую в другой, ещё до того, как ваше тело рухнет на землю.

Топ-менеджер опасливо покосился в сторону капсулы, в которой находилась девушка.

— Откуда вам это известно?

— У нас тут есть небольшой испытательный полигон, который расположен уровнем ниже, аккурат под этим самым помещением. Ерунда, конечно, по сравнению с тем пространством, что есть у неё внутри эмулятора сна, однако этот полигон позволяет наглядно убедиться в том, что полученные в эмуляторе рефлексы прекрасно сохраняются и в реальности. Периодически мы выводим ее из состояния сна и запускаем туда для различных испытаний. Ловкость, сила, скорость реакции. Оружие, которым она пользуется внутри эмуляции — точная копия реально существующего лука, который выдается ей на полигоне. Кроме того, внизу есть даже модульный лабиринт, структуру которого мы периодически меняем для чистоты эксперимента.

— Я наслышан об опытах на крысах, запускаемых в лабиринт. Здесь принцип такой же?

— Принцип один, но, как вы понимаете, наш прототип гораздо смышлёнее крысы. И он, а точнее она, показывает очень интересные результаты.