Сергей Бирюк – Русско-шведская война. 1610–1617 (страница 6)
Карл IX надеялся, что в рамках skölderusttjänsten ему удастся сформировать 9 эскадронов и 13 рот. Несмотря на активную пропаганду, идея skölderusttjänsten не принесла ожидаемых результатов, поэтому для восстановления поредевшей после поражения при Кирхгольме армии королю пришлось привезти из Ливонии в Швецию 13 рот, которые были сформированы с применением определенной формы принуждения. Эти солдаты также должны были пользоваться некоторыми привилегиями, предназначенными для формирований skölderusttjänsten. Количество желающих завербоваться в кавалерию было недостаточно, поэтому сформировать эскадроны не удалось, и набранные всадники были включены в состав региональных знамен (landsfanor). И все же формирования skölderusttjänsten должны были быть гораздо более многочисленными, чем две роты, которые все еще существовали в 1611 г.[21]
Эксперимент со skölderusttjänsten в Финляндии не проводился. К моменту битвы при Кирхгольме там имелась довольно малочисленная пехота, которая нуждалась в немедленном усилении. В Финляндии структура армии, основанная на правилах, принятых в 1601 г., оставалась в основном неизменной до 1603 г. Рот пехоты, большинство из которых были малочисленны, насчитывалось 25, а эскадронов кавалерии – 11, включая дворянский. В дальнейшем происходило сокращение, и в 1605 г. численность подразделений достигла своего минимума. По данным одного не вполне подтвержденного источника, поздней осенью того года численность пехоты равнялась 795 воинам. И поскольку обычная воинская повинность, основанная на принципе «каждый десятый мужчина – по числу хозяйств», обещала, что количество призывников будет недостаточным, Карлу IX пришлось вмешаться. Он прибегнул к положениям, действовавшим с 1544 г., которые позволяли ему формировать подразделения ополчения в случае необходимости выставить большую армию. Эти правила допускали призыв в двойном размере, то есть каждый десятый и каждый пятый мужчина. Несмотря на обещание, все эти призывники были сведены в так называемые отряды femtemansknektarna (солдаты с призыва каждого пятого) регулярных рот, так что к началу 1606 г. их было уже около четырнадцати. Когда Швеция вмешалась в Русскую смуту, дополнительные задачи были возложены на финскую пехоту, которая в течение нескольких предыдущих лет несла службу в основном в гарнизонах, то есть в крепостях Эстляндии, Ливонии и Карелии. В 1610 г. финские войска насчитывали 26 рот и 10 эскадронов (1400 солдат). В следующем году число рот увеличилось до 34, а число эскадронов осталось неизменным[22].
Следует отметить, что финские войска составляли значительную часть армии Швеции. Эстляндия предоставила немного подразделений, в основном наемных. Формального разграничения территорий Швеции и Финляндии в составе шведского государства не существовало, и с 1570 г. число финских войск (под которыми подразумевались люди, выросшие в Финляндии; там жили и шведы, и финны, и в записях не делается различий между этническим или языковым происхождением) в армии резко возросло, пока финны не стали представлены непропорционально. В 1570 г. было всего 2 финские роты, в то время как шведских было 31. К 1601 г. в армии было 25 финских и 68 шведских рот, а к 1618 г. – 23 финские и 36 шведских рот. В 1630 г. из 30 000 отечественных пехотинцев 12 000 (40 %) и 3250 из 8500 отечественных кавалеристов (38 %) были призваны в Финляндии. В общей сложности, по оценкам, в армии служило 15 % взрослого мужского населения Финляндии.
Причин столь значительного роста доли финских войск было две. Во-первых, география: войны XVI в. против Русского царства велись на границе Финляндии, что, естественно, привлекло внимание военных к восточной половине страны, а во время Ливонской кампании (войны с Речью Посполитой 1621–1629 гг.) Густава Адольфа многие финские войска, в отличие от шведских, были демобилизованы зимой и отправлены домой, а не на зимние квартиры за границей, поскольку добраться до Финляндии в конце года было проще, чем пересечь Балтийское море. Во-вторых, бедность: Финляндия была значительно беднее шведской глубинки, а это означало, что военная служба обеспечивала не хуже, а возможно, и лучше, чем натуральное хозяйство. Перспективы натурального хозяйства были в лучшем случае туманны, поскольку сельскохозяйственные угодья были скудны, а население росло. Со временем бедность сельскохозяйственных угодий, вероятно, стала главным объяснением того, почему Финляндия поставляла войска на уровне, намного превышающем ее относительную долю в общей численности населения[23].
Если в Финляндии с 1606 г. происходило бурное развитие военных структур, то в Швеции имела место противоположная тенденция. Причиной этого было, среди прочего, то, что в кампании в Ливонии принимали участие войска из собственно Швеции, а потери, понесенные в битве при Кирхгольме, проредили ряды армии. Более того, процесс пополнения численности армии был ограничен из-за мягкой формы всеобщей воинской повинности. И хотя в 1606–1609 гг. Швеция не посылала в Ливонию сколько-нибудь значительных сил, отдельные войска, дислоцированные в самой Швеции, постепенно истощались. Перед решающим наступлением на Ригу, которое Карл IX хотел начать в 1608 г., он мог рассчитывать на 20 рот и 8 эскадронов. Это были силы, намного меньшие, чем те, которые он имел раньше. От того же года есть важные данные, показывающие небольшое количество шведских рот в то время. В среднем в каждой из 23 рот, подробно упомянутых одним источником, служило всего 187 пехотинцев[24].
В 1611 г., незадолго до начала войны с Данией, численность шведской национальной армии была наименьшей. Сохранились списки, содержащие данные о численности армии до и после призыва в 1611 г. (их можно найти в прилагаемой ниже таблице). Они показывают, что пехота состояла из 41 роты (7102 солдата), т. е. в среднем 173 пехотинца в роте. Благодаря призыву, объявленному риксдагом в Эребру в декабре 1610 г., в армию было призвано 9803 человека из числа крестьян, около 1650 – по frälse (освобождение дворянства от налогов) и 785 – из набора под руководством духовенства. Всего пехота насчитывала 16 905 человек – не считая набора, осуществленного по frälse и духовенством. Это означало, что система всеобщего призыва в армию с честью выдержала это трудное испытание.
Полученные хорошие результаты были вызваны также изменением, которое Карл IX ввел в армии в мирный период, когда солдаты находились на квартирах. Оно предусматривало размещение командиров подразделений в приграничных и некоторых других губерниях. Они занимались вопросами, связанными с мобилизацией отдельных подразделений, их содержанием и самим призывом на военную службу. Теперь армия была организована в той степени, которая отвечала потребностям столь многочисленной организации. Количество рот было увеличено с 41 до 61, каждая из них должна была состоять из 300 человек. Однако в действительности численность рот оставалась на гораздо более низком уровне, чем можно было предположить по их структуре и утвержденным средствам. Изучение исходных материалов о 30 ротах полевой пехоты, которые, согласно реестрам, были вполне в наличии и боеспособны и составляли основную часть всех сил, принимавших участие в военных действиях в 1611 г., показало, что из 12 259 солдат, которые король имел в своем распоряжении, в поле вышли только 7020 человек. Это было обусловлено в основном недостаточным набором солдат и нехваткой вооружения. Другой причиной было уклонение от военной службы[25].
Численность пехоты до и после набора 1611 г.
Упомянутая выше низкая боевая ценность пехоты снизилась еще более, поскольку некоторое время она состояла исключительно из новобранцев. Отсутствие тяжелой пехоты никак не могло быть компенсировано, хотя солдаты получали в свое распоряжение достаточное количество оружия. Потребовалось много времени, чтобы подготовить эффективных пикинеров. Призыв в армию закончился в начале марта, а уже в конце апреля был отдан приказ о выступлении в поход. Однако командование не успело разделить призывников на полки, это было сделано буквально в последний момент, перед первыми боями, но импровизированно. Против шведского пехотного ополчения Дания выставила многонациональную профессиональную армию.
В отличие от пехоты, кавалерия не имела возможности сильно увеличиться в численности, что было связано с тем, что призыв в нее всегда был проблематичен. Кавалерия состояла из 3 гвардейских эскадронов, 3 дворянских, 11 региональных и 2 олдерменских (муниципальных) – всего 19 эскадронов общей численностью 2640 человек. Численность кавалерии выступившей в поход была несколько ниже. Согласно принятым в 1609 г. решениям количество огнестрельного оружия у кавалериста сократилось до двух пистолетов. Фактически солдатам было разрешено сохранить карабины.
Доля иностранных наемников в армии была незначительной и составляла всего несколько рот и несколько эскадронов. Таким образом, Швеция вступила в войну с Данией с чисто национальной армией, обладавшей ограниченным боевым потенциалом, что объясняет ту осторожность, с которой шведские солдаты участвовали в различных операциях[26].