Сергей Березовский – По маршруту тайной экспедиции (страница 14)

***

Антон в то же время познакомился с Софией, которая вошла в его жизнь ярким лучом света. Всё, что было раньше, отошло на задний план – исчезло, растаяло, растворилось. В том походе по Хамар-Дабану они так сблизились, что казалось – они знают друг друга тысячу лет. Безумная, страстная, взаимная любовь целиком и полностью поглотила Антона с Софией. А через год они расписались и стали жить вместе сначала в Иркутске, а затем переехали в Новосибирск. Они жили душа в душу, но сколько не старались, детей у них не было. Семь лет, семь долгих, мучительных лет бились они над этой проблемой. И только спустя этот срок они узнали причину бесплодия Сонечки. И тогда супруги взяли в детдоме четырехлетнего мальчика с ДЦП. Семь лет битвы за здоровье Миши (снова эти заколдованные семь лет) увенчались успехом, мальчик встал на ноги и через год уже смог самостоятельно ходить. Приемные родители, а особенно сам Мишутка, были бесконечно счастливы. А потом… Плечи Антона дрогнули и глаза его увлажнились… Сердце снова сковала та знакомая тупая боль. Антон беззвучно застонал.... Четыре года он носит в себе эту боль… Сначала Антон топил её в алкоголе, но вовремя остановился, поняв, куда он катится. Затем стал заглушать боль работой на износ. Через полтора года, познакомившись с молодой, красивой женщиной, Антон надеялся избавиться от боли в этой новой страсти. Но Кристина, так и не поняв Антона, исчезла из его жизни. Потом он сошёлся с Люсей, одинокой соседкой по площадке и перешел жить к ней, свою квартиру сдавая внаем. Все эти безутешные годы после запоя Антон, прячась от себя и от своей боли, постоянно выезжал в различные экспедиции по необъятным просторам Родины. И когда ему позвонил Рогачёв и предложил поехать в сибирскую тайгу на север Иркутской области, он, ни секунды не раздумывая согласился. И уже на сборах Антон познакомился с Анной Громовой.

***

Анна Альбертовна Громова, приглашенная в группу, в первую очередь в качестве повара, имела, также, прямое отношение к геологии. Тоже в свое время закончила геолого-разведочный техникум в Саратове, провела много времени в разных экспедициях в качестве геолога-разведчика. Трудности полевой жизни ей были не в новинку.

Совместная поездка в посёлок, где они искали, а потом подготавливали подходящую базу для экспедиции, а особенно случай в гостинице сблизили Антона и Анну. Всё последующее время экспедиции они то ли случайно, то ли нарочно работали или в паре или рядом. И хоть Анна давала понять Антону о дистанции, взаимное сближение началось, как будто внутри них всё увеличивались силы магнетизма. Мысли и думы об Анне теперь занимали большую часть мозговых процессов Антона.

Глянув на часы, он потянулся, встал и, сходив за сушняком, подложил толстые сучья в костер. Пришло время поднимать смену. Антон разбудил Виталика и, дав ему наставления, пошёл ложиться на освобожденное место. К большому удовлетворению Антона, то место оказалось рядом с Анной…

***

К полудню разведгруппа с Костей зашла в зимовье. Немного отдохнув, Оксана попросила мужчин освободить таёжную каморку.

– Я немного приберусь в хижине дяди Тома.

– Правильнее сказать – в хижине дяди Миши – пошутил Кузьмич, – здесь ведь медведи водятся…

– Кончай, Кузьмич, панику нагонятать – Андрей взял бутыль и пошёл на речку – костёр лучше разведи!

– Ишь ты, Морзе, раскомандовался – проворчал Горин – и, взяв топор, пошел готовить дрова.

Оксана, с трудом подавив смешок, приступила к уборке зимовья. Мужчины тоже помогали ей, когда она просила что-либо сделать.

Через час с небольшим посвежевшее зимовьё впустило группу обратно. Помещение словно увеличилось в размерах и стало светлее. Пахло свежим лапником и ароматной травой.

– Ну ты, Оксана Ивановна, и кудесница! – восхитился Кузьмич – Да здесь жить можно!

– Теперь пойдемте есть твою волшебную кашу, Иван Кузьмич. – Оксана тоже напустила лести в ответ.

– Между прочим, берег весь в свежих следах – махнул Андрей в сторону речки.

– Да я про это и говорил вам – Кузьмич, раскладывая "любимую"гречку с тушенкой, успевал поддерживать разговор. – Вечером обещаю ушицы сварганить.

– А вчера кто-то уже обещал нам уху, ты не помнишь, Оксана Ивановна? – Андрей продолжил "колоть"Кузьмича, мстя за прошлые "страдания".

– Да, да, помню! Кто-то хотел нас угостить ушицей! – поддержала Мезенцева.

– Ну, ну, научились уколы делать… Медики, бляха-муха. – Кузьмич сделал вид, что обиделся.

– Приятного аппетита, Иван Кузьмич, – ласково сказала Оксана – вкусная каша у тебя получилась.

– Да ладно, не подлизывайся – пробурчал Горин. – Сейчас перекусим и я к речке спущусь, а ты, Андрюша, связь наладь с Центром, да и с основной группой тоже. Они уже где-то рядом должны быть.

– Да, Кузьмич, наладим связь – всё будет в порядке.

Во вдруг наступившей тишине геологи продолжили трапезу. И слышно было как громко молчит тайга…

***

Просмотрев ещё несколько страниц дневника, где геолог Рязанцев описывает работы по обследованию поймы притоков Киренги, Владимир Степанович наткнулся на очень интересный момент.

Страницы из дневника.

"Вот во время этой экспедиции я услышал от местных рыбаков интересную историю о Бодайбинском золоте. На одном из привалов у зимовья мы уже расположились на ужин, когда к берегу подплыла лодка и из неё вышли три человека, то ли рыбаки, то ли охотники (у одного на плече висело ружьё). Они тоже решили переночевать в этом зимовье, а с утра сплывать дальше до Киренска. Так как места в зимовье на всех было маловато, мы предложили им поставить нашу палатку. Они согласились с предложением и с нашей помощью гости быстро приготовили себе ночлег. Вот за вечерним чаем наши гости и рассказали нам эту историю.

Один из них, которого товарищи называли Петровичем, подрабатывал на разгрузке барж и услышал про то от одного из грузчиков, которому отец рассказал эту историю своего деда, служившего на пароходе "Альфред"кочегаром. Вот эта история:

"После революции, когда власть в Приленье захватила взбунтовавшаяся голытьба, всё что-либо ценное стало изыматься у заводчиков, купцов, кулаков и всех более-менее зажиточных крестьян. Это называлось экспроприация экспроприаторов. Были конечно среди разореных и кровопийцы-эксплуататоры. Но ведь под одну гребенку и простых крепких трудяг причесали.

Вот у одного крестьянина из нашей деревени забрали всё, что он нажил своим хребтом – четыре коровы с теленком, две кобылы, кур, свиней – всё отняли… Вывел тогда Василий своих детей в двор перед реквизиторами, мал мала меньше шесть детей, да плюс жена беременная и сказал им: "Посмотрите, кого вы грабите!"И пожалел старший моего земляка, ударил правда его плетью за оскорбление, но все же оставил ему только старую кобылу и корову стельную. Но фураж выгребли из амбара почти дочиста.

Вот так устанавливалась власть Советов в Сибири. Все предприятия, производства, пристани – всё стало народным. Всю зиму красные комиссары ездили по волостям и собирали у народа "достояние Республики Советов". В Бодайбо тоже была установлена власть большевиков. Так вот там в ихнем банке скопилась уйма золота, говорили, сотни пудов. И готовили его к отправке по навигации в Иркутск.

Но вот в конце мая 1918 года в Мариинске поднял мятеж Чехословацкий корпус. Белогвардейские офицеры, правые эсеры повылазили из подполья и поддержали чешского генерала Гайду. Начался рейд корпуса с примкнувшими белобандитами по Сибири. В Приленье был отправлен сформировавшийся отряд под управлением есаула Красильникова на карательную экспедицию. В августе Красильниковцы достигли Киренска, разгромили красных и захватили несколько пароходов. Далее отряд с репрессиями и террором прошел до Витима и по реке поднялся до Бодайбо. Там белобандиты захватили в Бодайбинском банке 60 пудов золота, которое красные приготовили к отправке, и вывезли его на пароходе на Лену. Пароходы опять с боями дошли почти до Киренска.

На Подкаменном острове сделали стоянку, отправили разведку. Разведчики доложили, что красные обложили Киренск. Командир Красильников на "Альфреде"вышел с бойцами на подмогу осажденным белогвардейцам. Золото было на другом пароходе. Это точно, так как дед знакомого тогда был кочегаром на пароходе "Альфред". Что стало дальше с этим золотом из Бодайбо, куда его дели Красильниковцы – не ведомо". Так закончил свой рассказ Петрович.

Меня эта история сильно зацепила. Попросил Петровича рассказать об этом подробнее, но он больше ничего не знал, как и другие товарищи. "Коли интересно, заскочь в деревню и поспрошай старожилов, може хто и знат чё-нить, вдруг вспомянут"– сказал другой рыбак. Утром рыбаки отплыли дальше."

Глава 9

Долгожданное соединение. 

Ушедшие вверх по речке Максим и Григорий решили не возвращаться в "своё"зимовье, а заночевать в верхнем.

– Чем позже встретимся с геологами, тем лучше – резюмировал Макс. – Кстати, местные рыбачки бродят где-то не так далеко. Их собака лаяла недавно.

– Да, я тоже слышал – Гриша достал карту, уже изрядно потёртую и со множеством новых пометок. – Вот смотри, Макс… Мы сейчас здесь. Вот то зимовье, где мы ночевали, а вот здесь ещё одно должно быть. И где это Элен такую подробную карту раздобыла?

– Да уж… Подготовилась основательно… А карту она через каких-то знакомых выправила. Как ей удаются такие маневры – ума не приложу!!!