Сергей Бельский – Новый Рассвет (страница 48)
— Раз уж ты немного освоилась с силой Создателя, то теперь нужно научиться превращать её в энергию стихий и использовать уже их, что будет непросто.
— Поэтому тебе будем помогать мы, — с улыбкой продолжила вместо мужа Галатея и создала водяную сферу в своей руке. — Вода является основой для нашего существования, ведь без неё и цветы, и деревья зачахнут и засохнут, когда этот мир стабилизируется. Для того чтобы этого не произошло нужно создать много воды, а точнее моря и даже океаны.
— Но ведь это слишком много даже для меня, — Нея несколько испугалась таких объёмов работы.
— Не волнуйся, уж ты точно справишься, — сказала ей Диана.
— Попробуй, — добавила Зинаида.
— Хорошо, — кивнула Нея и попробовала создать воду. — У меня… получилось, — Нея удивилась столь быстрому достижению результата, глядя на чистую воду, собравшуюся в шар и зависшую над ладонью, словно бы на неё не действовала сила тяжести. Она смотрела на этот шар и улыбалась. — Хочу запомнить этот момент, чтобы время вокруг этого места остановилось.
— Стой! — быстро скомандовал Николай, остальные же отскочили в сторону. Я заволновался, увидев, как застыла Рейнея, но спустя совсем немного времени всё вернулось на круги своя. Водяная сфера упала на землю и разлилась источником, от которого повеяло неким холодом. — Обошлось, — спокойно вздохнул странник и нахмурился. — Рейнея, пока не пытайся управлять временем. Это ещё слишком опасно. Займёшься им, когда освоишь управление энергиями стихий.
— Я уже поняла, — виновато ответила Нея.
— С водой из этого источника тоже будь аккуратнее, он теперь может замораживать время, если соприкоснётся с чем-нибудь, — добавил Николай.
Моя дочь быстро училась. Вода легко подчинялась её воле и буквально сама желала принять ту или иную форму. Вместе с Неей водой управляла и Галатея. Выглядел их танец стихий очень красиво.
Земля, которой управляла Диана уже начала сопротивляться, показывая свою жёсткую и твёрдую натуру. Камни охотно выползали из-под земли, но вот менять свою форму отказывались категорически. Грохот, искры и облака пыли сопровождали тренировки с этой стихией. Но хуже всего обстояли дела с пламенем. Огонь в руках Зинаиды буквально оживал, словно добрая кошка, а вот в руках Рейнеи не мог замереть, всё желая вырваться из ладоней и перекинуться на цветочное поле, чтобы обратить всё в пепел. Но она не сдавалась.
Ей было тяжело, но всё же упорства Нее было не занимать, так что она взяла под контроль и землю, и пламя. Она создавала удивительные каменные статуи. Сделала статую каждого, кто попал в этот мир, а потом вдруг создала статую Рейны, да так детально и реалистично у неё получилось, что у меня невольно сердце забилось быстрее. Казалось, что пройдёт ещё немного времени, и она откроет глаза, а потом потянется и скажет, что наконец-то смогла нормально выспаться. У этой статуи были даже каменные ресницы. Она и впрямь словно живая.
— Мама… — села перед ней Нея и будто забыла обо всëм на свете. Я понимал, каково ей, поэтому присел рядом и обнял. Она немного устала после столь долгих тренировок. Даже не знаю, сколько мы уже были в этом мире. Внешне мы не изменились, но, кажется, что прошло уже несколько лет, если не больше. Впрочем, какая разница, главное, что с моей Неей всё в порядке. Я гладил её по волосам и просто молчал, ведь слова тут были излишни.
Стихии дались моей дочери непросто, особенно молния и воздух. Они потребовали от неё куда больше усилий, чем пламя и земля вместе взятые, однако и они сдались через какое-то время, решив помочь Рейнее возродить этот мир. Вокруг дочери вращались пять сфер, перетекающих одна в другую. Выглядело это весьма завораживающе и красиво, но кое-что заставляло меня волноваться. После того дня, когда мы сидели рядом со статуей Рейны, Нея немного изменилась, будто стала намного серьёзнее.
— Рейнея, — подошёл к ней Николай. — Я понимаю твоё желание, ведь знаю, что такое боль утраты близких. Вот только есть с этим одна большая проблема…
— Разве Создатель не способен на всё, что пожелает? — спросила она, не дав договорить страннику.
— Нет… к сожалению, — ответил Николай. — Так уж вышло, что мы… то есть Создатели ограничены. Не знаю, от чего это зависит, от личного могущества, опыта или прожитой жизни, но воскресить родных мы не сможем, если у нас не будет их души.
— А время? Его ведь можно отмотать назад, и уже там помочь маме? — с надеждой спросила она.
— Но ведь тогда ты не станешь Создателем и не сможешь отправиться к ней, — ответил Николай. — Парадоксы, конечно, можно обойти, но для этого требуется более глубокое понимание мироздания и Глобала.
— Что это?
— Об этом чуть позже, я расскажу всё, что успел узнать, но насколько эта информация достоверна, тебе придётся решать самой.
После того разговора Рейнея училась сама управлять сразу несколькими стихиями, а потом и всеми одновременно, не меняя их. Она явно хотела покорить не только их, но и саму жизнь. И цель её была ясна, ибо горела ярким пламенем в её глазах. Я же не мог её остановить и… не хотел. Я бы очень хотел вновь увидеть Рейну, вновь прикоснуться к ней, взять на руки и поцеловать. И вот после одной из тренировок все легли спать, вот только Рейнея вышла из пещеры и отошла на некоторое расстояние, где вскоре вспышки света озарили пространство. Я побежал к ней только когда услышал, как она плачет.
— Мама! Мама… — слезы лились из её глаз, когда она пыталась разбудить женщину, лежащую перед ней, но ведь это была не Рейна.
Глава 41
Передо мной лежала весьма необычная и очень красивая женщина. С одной стороны её лицо было точь-в-точь, как у Рейны, но такого просто не могло быть. Впрочем, если лицом она была похожа на Рейну, то вот лисьими ушами и хвостами от неё сильно отличалась. Очень худенькая и бледная, в простых светлых одеждах, она больше напоминала мертвеца. Видимо, такой её запомнила Нея. Однако то, что она создала человеческое тело вообще поражает воображение. Как она вообще его сделала, ведь это просто невозможно даже с передовыми технологиями? Это что-то немыслимое.
— Не плачь, моя родная, — обнял я дочку. — Я знаю, это очень больно, но… — и вот тут моё сердце пропустило удар: девушка, так похожая на Рейну, открыла глаза. Она посмотрела по сторонам, а потом неуклюже присела. Увидев плачущую Нею, она потянулась к ней. Дочь вырвалась из моих объятий и крепко обняла эту… лису. Кажется, я кое-что начал понимать.
— Мама, мама! Я… я… так скучала, — пыталась успокоиться Рейнея, но получалось это плохо. Слёзы, не переставая, лились из её глаз. Радость и счастье окутали её душу. Полагаю, что лиса успокоит её куда лучше меня, ведь она так похожа на мою жену и даже обнимает дочь с такой же лёгкой улыбкой. Может, всё-таки это… нет, такого не бывает и просто не может быть. И будто вторя моим мыслям, Нея посмотрела в невероятной красоты изумрудные глаза девушки, которые и близко не были похожи на серые глаза Рейны. — Мама, почему ты молчишь? — спросила она, но в ответ опять была лишь тишина и легкая улыбка, и тогда в глазах дочери отразился страх, отчаяние и сильная боль. — Нет, ты не мама… ты не она! — воскликнула Нея.
Рейнея оттолкнула её в сторону рукой и на серую землю брызнула кровь, что испугало Нею ещё больше, однако отчаяние моментально исчезло, уступив место страху, сожалению и понимаю. Девушка же прижимала ладони к лицу, а с них обильно текла кровь. Ни крика боли, ни единого слова не исходило от неё.
— Прости… прости меня, я не хотела, — Нея растерялась и не знала, что делать.
— Успокойся, Нея, ты ведь теперь обладаешь силой, так используй эту силу, чтобы исправить то, что сделала, — сказал я, подойдя поближе. Меня вряд ли было бы можно удивить хоть чем-то таким, ведь я за свою жизнь повидал такого, о чем с радостью бы забыл, но работа обязывала это помнить, чтобы не допускать подобных вещей, но вот для девочки ручьи алой крови были слишком тяжёлым зрелищем. Она попыталась отодвинуть руки женщины от лица, но та лишь отвернулась, не желая, показывать свой лик.
— Я помогу, — из голоса Неи вдруг резко исчезли страх и колебания, зато их место заняла уверенность. Она попросту прислонила руки к лицу лисицы и сделала так, как я ей и сказал. Золотистый свет озарил этот мрачный мир. Разлившаяся кровь начала собираться в сферы и прятаться за ладони девушки, а после свет исчез. Рейнея убрала руки лисицы от её лица, но та всё равно держала глаза закрытыми. — Всё хорошо, я больше не посмею тебе навредить, иначе сама исчезну без следа, — от этих слов мне дышать стало трудно, и я припал к земле, словно небо вдруг решило опереться на мои плечи. Нея же коснулась глаз лисицы губами, после чего та всё же решилась открыть их.
Невероятные изумрудные глаза сверкали и переливались тёмно-зелёными оттенками, а среди них мерцал золотистый свет и серые искорки энергии Создателя. Лиса вновь улыбнулась и обняла Нею, лишив её былой уверенности. Рейнея ещё долго плакала, но я не стал успокаивать её. Слишком уж много эмоций скопилось в её душе. Так будет легче. Так будет правильней. Да и как я мог нарушить такую идиллию. Лиса с такой добротой смотрела на неё и обнимала, что мне самому пришлось отвернуться, ведь мужчины не плачут.