Сергей Баунт – Крайняя война (страница 9)

– Она со мной.

– Здесь, на Цессии?!

Глемас кивнул.

– Значит, все серьезно? Познакомил с родителями? И как они?

Серые глаза гронца потеплели, на лице появилась неловкая улыбка.

– Все хорошо, Сергей. Действительно, все серьезно.

– Я рад! – Кротов искренне радовался за друга. – А как Снежа? Она где?

– Снежа учится в Академии на Тарантосе, – голос Гронберга стал грустным. – Ты же знаешь, в нашей семейке если кто что решил, то его не свернуть. Но хватит, обо мне еще поговорим. Сейчас меня интересует твоя жизнь, начиная с отлета с Барраха. Ты рассказывай, а я, если чего-то не пойму переспрошу.

– Что не так в моей жизни? У МРОБ опять паранойя?

Глемас не собирался отвечать на такие вопросы.

– Рассказывай, – сухо повторил он. – Это для твоей же безопасности. Ты знаешь, в таких случаях лучше паранойя. Дело в том, что Цессия – это совсем другой мир и здесь совсем другие опасности, не такие, к каким ты привык на войне.

– Ладно-ладно, не ворчи. Сейчас все, что вспомню, расскажу.

Кротов выложил все, что произошло с ним за время, прошедшее после расставания на Баррахе.

– Как видишь, ничего серьезного, кроме нападения гираны, со мной не случилось. Ну а с этой тварью как-то так получилось, что выкрутился.

– Я же говорю, что ты ничего не знаешь про столицу. Так вот, принц Гигрей Стванс – это намного страшней гираны. Я не буду тебе рассказывать обо всем, что происходит на этой прекрасной планете, скажу лишь, что здесь идут невидимые войны, похлеще, чем в космосе. На Цессии нет простых людей в том смысле, как мы с тобой это понимаем. Весь обслуживающий персонал не местный – это люди с других планет и по окончании контракта они обязаны покинуть Цессию. Все постоянные жители – или знать, или чиновники самого высокого ранга.

– Почему я про это не знаю? – Сергей искренне удивился. – Нигде ни встречал такой информации.

– И не встретишь. Она не засекречена, но её как бы нет. Никто не будет рассказывать об этом: нельзя портить имидж самой счастливой планеты Цивилизованных Миров.

– Ну, а мне ты зачем рассказал? Я же вообще инопланетник – мне тем более не надо про это знать.

– Вот именно потому и рассказываю, чтобы ты понял, что ты теперь не посторонний и ты очень важен для Империи.

– Может и важен, но где-нибудь там, в космосе. Здесь большого интереса к себе я не увидел.

– Я же говорю, это столица, она живет своей жизнью и у неё свои герои и приоритеты. Но главным даже в этом безумном мегаполисе является Император, а он, как это ни странно, по-настоящему печется о делах Империи, а не только Цессии. Ты приглашен на прием, будь уверен, Император будет знать о тебе все! К нему нельзя попасть случайному человеку, если ты приглашен, значит, ты уже попал в список фигур, разыгрываемых в очередной партии. То есть ты выходишь на самый верх и через тебя можно приблизиться к Императору и решать свои дела. Так что схватка за влияние на тебя уже началась. Поэтому я здесь, слишком ты не опытен в дворцовых делах, а это не та война, где все можно решить силой.

– Черт! А я думал, постою в строю, послушаю речь, но, может, наградят чем-то и обратно в космос.

– Со стороны оно примерно так все и будет. Теперь ты предупрежден и будь всегда наготове: для любой из сторон, если она увидит, что ты склонился на другую, лучше, когда тебя нет, ты не существуешь.

– Так что, гирана не случайна?

– Быстро до тебя доходит. Девяносто девять процентов, что это спланированная акция. Для всего мира гираны вымерли, но в секретных лабораториях военного ведомства на островах они есть. Так что думай сам. Не ясно одно, хотели тебя убить или только проверить. Мы склоняемся ко второй версии: все уже наслышаны о тебе и, видимо, решили проверить, справедливы ли эти слухи.

– Кто это «мы»? Ты тоже примкнул к какой-то стороне?

– Нет, конечно, мы – МРОБ – остаемся над схваткой, мы профессионалы. Если еще и ведомства вроде нашего или Хозяйственного Управления втянутся в эту игру, я не дам за существование Империи даже рваного носка, тем более перед лицом нынешней угрозы.

– Хорошо. Я все понял. Тогда расскажи мне сначала о Геле, в смысле, о принцессе Гелии, – поправился Сергей. – А потом об этом принце, с которым я схватился вчера.

– Правильно. Надо знать с кем связался. Но я бы сначала спросил о Ствансе, а потом о Гелии. Хорошо, слушай. Самое основное, что тебе следует знать: принц Гигрей Стванс – сын одного из самых влиятельных политиков Империи. Кроме этого, он баснословно богат. И еще одно тебе на заметку – он владелец небезызвестной фирмы «Навигационные Системы», помнишь бронезмейку в атаке?

И Глемас рассказал биографию Гигрея.

Сергей очень хорошо помнил эту эмблему и совсем недавно – в драке с охранниками Стванса – вспоминал про неё. Из рассказа гронца Кротов понял, что принц – это, действительно, будет геморрой. Отец боготворит своего единственного сынка, и тот пользуется этим вовсю. Министерству известны темные случаи из жизни молодого повесы, вплоть до убийства, но доказательств нет. Влияние папаши огромно, даже МРОБ не рискует копать под него.

– Сенер Драйзер, отец Гигрея, в последнее время одержим идеей породниться с домом Императора, он желает видеть своих внуков настоящими принцами, поскольку и сам он, и его сын не наследные родственники, а назначенные – есть такая категории в Императорском табели о рангах, – Гронберг сделал паузу. – Теперь догадайся, на ком он остановил свой выбор?

– Что тут непонятного, – проворчал Сергей, он очень хорошо помнил взгляды Стванса, когда Гела целовала его. – Они обхаживают Гелию.

– Правильно, – улыбнулся Глемас. – И, как обычно, ты, кроме всего прочего, о чем я уже сказал, еще и в этом случае перешел дорогу замыслам влиятельнейших лиц. У тебя просто талант.

– Кстати, она, можно сказать, меня сама выбрала. Ты знаешь, что еще утром она уже была у меня под видом служанки.

Быстрый удивленный взгляд гронца выдал его.

– Что, прокололось МРОБ? Не заметили подмены? Еще скажи мне, что вы не следили за мной.

– Сергей, ты прав, здесь что-то не то, не могла служба охраны проглядеть такое. И это меня очень беспокоит.

– Ладно, разберетесь. Ты мне лучше расскажи про Гелию, кто она, откуда узнала про меня и зачем я ей нужен?

После рассказов Глемаса Сергей во всем начал видеть скрытый смысл.

– С этой девушкой до твоего сообщения было все просто, теперь я уже в этом сомневаюсь, – Глемас на минуту задумался. – Хотя есть, вроде бы, и простое объяснение её интереса к тебе. Ладно, будем разбираться.

Больше не отвлекаясь, он рассказал о принцессе. Ничего нового, кроме того, что она также оказалась отпрыском богатейшего семейства и состояла в кровном родстве с Императором. Однако эта семья, наоборот, ни в какую политику не лезла, жила спокойно на своей родной планете-океане Борриару. Родители отвязной красавицы были на удивление старомодны и консервативны, Гронберг даже сравнил их со своими родителями. Даже в отношении продолжения рода они придерживались устаревших взглядов – у Гелии было еще две сестры и пять братьев. Все они были уже взрослыми, прошли свое боевое крещение на какой-нибудь малой войне и служили в разных ведомствах.

Гелу ожидала та же обычная судьба, для решения о направлении на войну она и была отправлена в столицу. Однако тут все переменилось: принцесса не торопилась отправляться в Пограничные Миры, как было предписано, а начала вести разгульную жизнь на Цессии. Она была последней в семье и любимицей родителей, так что в средствах отказа не имела. Не пройдя инициацию в бою, она так и считалась несовершеннолетней, хотя её это нисколько не беспокоило. Но, как и вся остальная семья, в политику она замешана не была. В последнее время в её веселой компании появился Гигрей Стванс и столица наполнилась слухами о скорой свадьбе.

Как она могла узнать о существовании Сергея Кротова, вплоть до того, что захотела с ним увидеться таким экстравагантным способом, было два варианта: либо она узнала все от своей бывшей подруги, в свое время Гелия и Алгала Блиц Голиеконе были очень дружны, но, после прохождения Алгатской принцессой инициации, пути подруг разошлись; либо это было чьим-то заданием.

– Будем надеяться, что это Алгала нарассказывала Гелии героических историй о тебе, чем самым так заинтересовала её, но и второй вариант сбрасывать со счетов не будем.

– Принцессе Алгале только и дело до простого солдата, – недоверчиво проворчал Кротов. – Ей сейчас, наверное, и поесть некогда.

Кротов даже себе не признавался, что его мучает детская обида из-за того, что по прибытии на Цессию принцесса ни разу не напомнила о себе. В глубине души он понимал, что это глупость, но поделать с собой ничего не мог.

– Наверное, ты прав, но это не отменяет возможность встречи давних подруг.

Кротов во время перелета на Цессию почувствовал, что его статус резко вырос и начал привыкать к тому, что он персона не рядовая. Однако на Цессии все было по-другому, никакой ценности для окружающих он не представлял и, если бы не аудиенция у Императора, вряд ли на него вообще обратили бы внимание. При этом желание принцессы встретиться с рядовым жителем Империи, выглядело, конечно же, более чем странно. «Жаль, Глемас спугнул её, – подумал Сергей. – Может, она сама что-нибудь бы рассказала».