Сергей Баталов – Звёздный рекрут (страница 33)

— Ты что, не можешь в другом месте повесить?! Обязательно надо над моей головой?!

— Не пыли! — буркнул Александр. — Спать всё равно будем по очереди. А если в этой «каменной хижине» придётся драться, то так, — он провёл рукой по гамакам, висящим один над другим, — будет больше свободного пространства. И шанса выжить — тоже! — добавил он, забираясь в свой плащ-гамак.

Ар'рахх немного подумал, что-то негромко проворчал себе под нос.

— Дай нож! — наконец сказал он человеку.

Сашка согнул ногу, вытащил из сапога клинок, перехватил его за лезвие. Не поворачиваясь, он передал его драку. Зелёный верзила взял нож, ушёл в дальний от двери угол, присел на корточки. Нож он куда-то спрятал. С учётом, что одежды на нём практически не было, это было настоящим фокусом.

Впрочем, этого Сашка уже видеть не мог. Едва его голова коснулась натянутого полотна гамака, он мгновенно провалился в сладкое небытие долгожданного сна…

…Отец Богов забрался уже довольно высоко в небо, когда К'нарр и его дочь наконец покинули Храм Воли Богов. Тяжёлый деревянный ящик, доверху наполненный серебряными слитками, работорговец тащил сам. Окованный стальными полосами сундук он закинул себе на плечо, придерживая его обеими руками. Дочка шла рядом. Несколько минут назад работорговец отказался от помощи двух молодых Жрецов. Но довольно скоро он понял, что поступил опрометчиво, решив, что сможет самостоятельно доставить огромную сумму денег вниз, в дом своего друга Ал'лурра. Плечо сначала заныло, потом по нему побежали горячие муравьи, мелкими иголочками закололо в шее и на груди. Негоциант несколько раз перекидывал ящик с сокровищем с одного плеча на другое, но мышцы под большим весом уставали быстрее, чем восстанавливались. Вскоре К'нарр понял, что он окончательно выдохся. Он скинул ящик на землю и уселся прямо на него, вытирая крупные капли пота, обильно выступившие на шее и на груди. Дочка осторожно присела рядом, настороженно осматриваясь по сторонам. Хорошо натоптанная тропа немного попетляла между светлых островков островерхих палаток и привела их в небольшую рощу, примерно в половине пути между городом и Храмом. От палаточных городков, свободно раскинувшихся на большой площади между рощицами деревьев и зарослями кустарников, их отделяло уже довольно большое расстояние. Густая крона деревьев надёжно скрывала путников и от Жрецов, непрерывно патрулирующих периметр Храма Воли Богов, и от слишком любопытных взоров ближайших к Храму жителей города. «Прекрасное место для засады!» — подумал вдруг негоциант, словно уколотый изнутри неприятным предчувствием какой-то беды. Он быстро встал, подбросил сундук на плечо и торопливо пошёл по направлению к городу. Но уйти ему удалось недалеко.

За следующим поворотом его ждали. Четверо драков, особо не прячась, вышли на тропу впереди него. Прошуршали одеждой кусты позади него, и ещё двое незнакомцев оказались на тропе выше по склону К'нарра и его дочери. В руках у них не было оружия, но зато на поясе средств умерщвления себе подобных имелось в избытке. Работорговец сбросил ящик на землю. Серебро предательски звякнуло. Незнакомцы мгновенно напряглись, словно Хранители Домашнего Очага, почуявшие дичь. В глазах у разбойников появился алчный блеск. Они переглянулись, ничего так и сказав друг другу, вытащили мечи, кинжалы и дубинки, разошлись в стороны, широким полукольцом охватывая северянина и его дочь снизу и сверху.

К'нарр вытащил меч и рукой задвинул за спину дочь. Отец Богов с высокого безоблачного неба немного осуждающе посмотрел на восьмерых драков, через мгновение готовых перерезать друг другу глотки из-за трёх сотен серебряных монет. Ему стало грустно. Он протянул свою тёплую бесконечную руку и наполнил светом и теплом гада, обернувшегося вокруг рукояти оружия работорговца. Северянин почувствовал, как рукоять его меча неожиданно стала горячей, а жёлтые камушки глаз змеи загорелись сильным внутренним огнём, залучились необычным ярким светом. По руке негоцианта пробежали мурашки, от меча он наполнился светом, силой и какой-то новой внутренней энергией. Он легко, совершенно не чувствуя усталости и веса меча, со свистом разрезал перед собой воздух своим оружием. Разбойники (а у К'нарра не было сомнений, что перед ним представители этого «славного» племени) от неожиданности остановились, перестали сжимать своё кольцо вокруг обречённых северян. Но потом самый высокий из них, видимо, предводитель, вышел вперёд и с силой обрушил свой длинный тяжёлый палаш на голову работорговца. Негоцианту показалось, что меч вырвался из его руки — так неожиданно быстро и мощно парировал он удар разбойника. Казалось, это сам клинок бросился вперёд, защищая своего нового хозяина. К'нарр перевёл клинок нападавшего в сторону, в землю и, пользуясь небольшой длиной своего, наискось, снизу вверх полоснул остриём клинка по незащищённому брюху разбойника. Едва он успел отскочить, под ноги ему тут же вывалились кишки предводителя. Бандит непонимающе уставился на свои кроваво-оранжевые внутренности, зачем-то попытался сделать шаг вперёд, запнулся об свои кишки и рухнул лицом в собственные потроха, едва не обрызгав кровью, смешанной с дерьмом, своих товарищей… Разбойники опешили. Первоначально они, судя по всему, не планировали убивать работорговца и его дочь. Они казались им лёгкой добычей, считалось, достаточно слегка припугнуть приотставшую парочку, и они сами, по собственной воле отдадут все свои деньги.

Кто же мог знать, что денег окажется так много? Кто мог предположить, что у работорговца окажется с собой меч, которым он так ловко умеет махать?

Разбойники окружили К'нарра и дружно напали на него. Негоциант сражался словно могучий Ар'рд, окружённый сворой Маг'гов. Получив несколько глубоких порезов, бандиты быстро поняли, что торговца им не одолеть даже впятером. Тогда они сменили тактику. Вчетвером они оттеснили работорговца от его дочери и ящика. Один из нападавших выхватил нож, подскочил к ней и приставил кинжал к её горлу.

— Бросай меч! — крикнул он К'нарру. — Иначе ей — крышка!

Работорговец побелел, потом позеленел от злости, зло сплюнул и с силой, по самую рукоятку воткнул клинок в землю. К нему тут же подскочили разбойники и кто-то из них, подкравшись сзади, тяжёлой дубинкой оглушил северянина. К'нарр рухнул как подкошенный. Бандиты с четырёх сторон подхватили сундук и резво потащили его в лес.

— А с этой что делать? — обернувшись, крикнул вдогонку пятый разбойник, по-прежнему прижимая лезвие кинжала к тоненькой шее дочери К'нарра.

— Перережь ей горло! — крикнул кто-то из бандитов, уносивших сокровище работорговца. Однако воспользоваться «любезным» советом разбойник, державший дочку К'нарра, не успел. Воспользовавшись тем, что бандит на долю секунды отвлёкся и убрал лезвие ножа от её шеи, юная драконша извернулась и со всей силы вонзила свои длинные тонкие острые клыки в запястье руки, державшей кинжал. Разбойник от неожиданности завизжал, отпустил девушку, и она стремглав бросилась в лес, подальше от страшной полянки. Бандит кинулся было следом, но, видимо, быстро понял, что по кустам и подлеску тёмно-зелёную чертовку искать можно вплоть до следующего утра. Он зло сплюнул на землю, погрозил кому-то невидимому кулаком и трусцой рванул в противоположную сторону — догонять своих товарищей, убегавших куда-то с небывалой добычей.

…Маленькая драконша хорошо видела, как исчез бандит, державший лезвие ножа у её горла. Однако она выждала несколько минут, прежде чем покинула своё убежище под ветками кустарника. Крадучись и пригибаясь, опасаясь засады, она по большой дуге стала пробираться к месту их встречи с бандитами.

На полянке никого из них не было. Она осторожно обошла мёртвого разбойника, по-прежнему лежавшего на своих кишках в луже крови, и присела возле отца. К'нарр не дышал. Драконша сорвала лохматый одуванчик, растущий рядом с тропой и медленно поднесла его к самому носу работорговца. Крохотные, белые, почти прозрачные ворсинки едва заметно шевельнулись.

«Живой! — обрадовалась девушка. — Живой, слава Богам!» Она зашла со стороны и попробовала приподнять отца. Удалось. Но он был слишком тяжёл для неё, чтобы нести на плечах. Драконша стала озираться по сторонам, лихорадочно соображая, что бы предпринять, чтобы побыстрее доставить отца вниз, туда, где много драков. И где наверняка есть лекарь. Неожиданно её взгляд упал на рукоятку нового меча К'нарра, торчащую из земли. Она подскочила к серебряной змее, изо всех сил потянула её на себя. Меч сидел в земле, как в камне. Тогда она всем телом навалилась на рукоять, начала раскачивать её вдоль линии лезвия меча. Змейка поначалу неохотно поддавалась усилиям, но потом сдалась, амплитуда её движений увеличилась и девушка наконец вытащила меч из земли. С клинком наперевес девушка бросилась… в ближайшие кусты. В них она ловко срубила две гибкие тонкие жёрдочки и потащила их на тропу. Возле отца она, как могла, скрепила их между собой. Получились маленькие и лёгкие волокуши. Перевалив отца на них, она взялась за концы веток, как за рукоятки носилок, оторвала тяжёлое тело отца от тропы. Она упёрлась когтистыми пальцами ног в землю, напрягаясь все телом и поволокла всё ещё дышащего К'нарра вниз — туда, где ему пока ещё могли помочь выжить…