Сергей Баталов – Симбиот: Крылья дракона (страница 1)
Сергей Баталов
Симбиот: Крылья дракона
Глава 1
– Красотень! – высокий чернобородый мужчина, улыбаясь, отнял от глаза подзорную трубу, с видимой неохотой передал её капитану. Тот был смугл, жилист и слегка озадачен – судя по некоторым неочевидным пока признакам, они снова отклонись от курса. Моряк поднёс к глазам оптический прибор, всмотрелся вдаль – по левому борту….
Они – это два парусных корабля одинаковой конструкции, похожие так, словно их сделали на одном стапеле одними и теми же руками. Даже куски верхнего паруса – с широкой полосой дефектной ткани повторялись и тут, и – там. Собственно, они и были абсолютными копиями, поскольку создательницей одного из деревянных судов была Ахта – Перерождённая с даром телекинеза, благодаря своему таланту волшебницы овладевшая ещё и Даром копирования – всего, к чему прикасались её руки.
Крепкий чернобородый моряк, он же помощник капитана, он же Рот, он же – брат умершего владельца верфи, на которой был изготовлен один из кораблей – тот самый прототип, копию с которого смогла сотворить Перерождённая Ахта – негласный лидер и староста группы Магиструмса – магической академии, теперь являлся помощником капитана судна-«образца» и именно ему, капитану, он сейчас передал дефицитную в этом мире подзорную трубу – единственное доступное средство для рассматривания предметов и участков ландшафта, удалённых на значительные расстояния от корабля, бороздящего «пятый океан», за исключением магии, разумеется.
Ная отвела свой взгляд от лиц двух мужчин, не борющихся за лидерство на корабле (Пока – не борющихся! – высказал своё мнение симбиот), прислушалась к тому, что он сейчас говорил. А он советовал девушке погасить возможный конфликт в самом зародыше, для чего предлагал капитану Вику подарить другой, более мощный оптический прибор, а его помощнику вернуть подзорную трубу, тем паче, что посмотреть Роту, действительно, было что.
Вопроса – где взять «другой, более мощный» – не стояло в принципе. После того как Сашка, скрепя сердце, согласился поделиться с Наей предметами из своего мира, технологически значительно опередившем общество, в котором землянин пребывал теперь, он с помощью магии Наи уверенно копировал в её мир всё, к чему его руки когда-то прикасались «там». Там – это в нескольких мирах, каждый из которых бывший звездный рекрут, а ныне – разведчик дальнего космоса Александр Заречнев называл своим домом. За всё время пребывания за пределами Земли он поменял несколько тел и потому домом он мог считать любой из миров, в котором родилось его очередная телесная оболочка….
Вероятно, в последствии он будет считать своим домом и мир Наи, поскольку своего собственного тела у него здесь не имелось, а девушка родилась и выросла в этом мире…
Разведчик дальнего космоса Александр Заречнев был симбиотом – самостоятельным разумом в теле аборигена, в данном конкретном случае – аборигенки – девушки, волшебницы (спортсменки? Нет!) и просто красавицы по имени Ная, что в переводе с одного из горских языков означает «Утренняя».
Ная долго сопротивлялась присутствию в её организме чужеродного сознания; она Сашку так и называла – «мозговой паразит», однако после череды событий, показавших, что в содружестве с симбиотом она достигнет большего, чем без оного, «Утренняя» согласилась принять ситуацию такой, какой она имела место быть и даже научилась извлекать выгоду из навязанного ей сожительства постороннего мужчины в её же теле.
Одним из таких приятных бонусов было копирование – перетаскивание всевозможных предметов из мира «мозгового паразита» в её родной мир…
…Ная подхватила предмет, упавший в её руки. Он был чёрен и увесист и показался ей значительно тяжелее, чем уже привычная ей подзорная труба; подняла его на уровень груди.
Труб для смотрения вдаль было уже две, да и сам «бинокль» конструктивно весьма отличался от оптического прибора, знакомого Нае.
«Поднеси к глазам более тонкой частью!» – подсказал «мозговой паразит». Ная покрутила в руках тяжелый предмет, подняла трубки на уровень глаз, заглянула в окуляры…
– Ничего не видно! Сплошная темень! – посетовала она.
– Ты забыла снять крышечку с объектива!
Ная повернула бинокль, увидела черные крышечки, одну за другой сняла их. Чёрные кружочки повисли на тонких верёвочках, раскачиваясь в такт движениям рук Перерождённой. Ная заглянула в окуляры…. Замерла, наслаждаясь доселе невиданным зрелищем.
– Горы… Они – словно рядом! – Прошептала она, затаивая дыхание. – Даже отдельные деревья видно! Кажется – только протяни руку…. – Ная вздохнула, быстро глянула на Вика, явно заинтересовавшимся новым предметом в руках Перерождённой. – Это – тебе! – Произнесла она, передавая бинокль капитану. – Паразит говорит, что это – морской бинокль! Усиленный! Двенадцатикратный!
Моряк вернул подзорную трубу Роту, бережно принял подарок девушки. Покрутил в руках, почти сразу сообразил – что к чему. Поднёс оптический прибор к глазам… На его лице расцвела веселая, озорная, почти мальчишечья улыбка – какая бывает у ребёнка, которому внезапно подарили его любимую игрушку, о которой он давно мечтал. Отнял бинокль от глаз, перехватил заинтересованный взгляд чернобородого.
– Можешь сделать ещё один? – тихо уточнил он у Наи, почти не сомневаясь в ответе. Девушка кивнула. Капитан бережно передал бинокль своему помощнику, тот с благодарностью принял. Ная достала «из воздуха» точно такой же, передала его Вику…
– Ну – просто как дети! – Едва не рассмеялась в голос Ная, отворачиваясь от моряков, с видимым наслаждением рассматривающих творение иной цивилизации.
Насладившись видами из новой «подзорной трубы», Рот незаметно бросил взгляд в сторону Наи. И сложно было понять, чего в его взоре больше – страха или восхищения. Его товарищи рассказали ему, как Ная, когда лечила его, «взяла и вывернула его наизнанку, вместе со всеми кишками». Самого эпизода с выворачиванием собственного ливера Рот, разумеется, не помнил – находился без сознания, однако не верить своим коллегам у него оснований не было.
Девушка не знала, но среди магических умений, кои оценивали моряки, способность «выворачивать» человека они ставили выше, чем способность превращаться в животное или оборотня-верфольфа, которую им продемонстрировал Бор – один из Перерождённых.
После операции Рот поправлялся быстро. Прошло всего пять дней, как его впервые подключили к РСА – реанимационно-сканирующему аппарату, а он уже вполне уверенно нёс вахту на юте. И надо признать – делал это с немалым удовольствием.
Корабли плыли.
Но не по морю, по воздуху, над поверхностью планеты, на высоте примерно двухсот саженей.
Гиллан, чей Дар Перерождения – управление погодой, вняв настойчивым просьбам Радии, «призвал» себе на помощь юго-западный ветер, который теперь исправно относил оба корабля на северо-восток. Однако, как выяснилось «в процессе эксплуатации», в магии управления погодой имелись свои тонкости.
Воздушный поток, созданный Перерождённым, не являлся чем-то самостоятельно стабильным. Каждый час-полтора его приходилось корректировать – сила «погодной» магии Гиллана позволяла внести изменения в воздушный океан в радиусе не более пяти километров. Всё, что находилось за пределами указанной окружности, вновь оказывалось подвластно только стихии. А поскольку в природу вмешались, причем самым беспардонным образом, стихия торопилась «взять своё» обратно, отыграть те изменения, которые произвёл магией начинающий волшебник.
Другими словами – стоило кораблям покинуть «магический радиус», воздушные корабли начинало мотать и трясти на волнах нешуточного шторма, который образовался именно из-за вмешательства в естественное течение вещей. Гиллан, разумеется, восстанавливал «статус кво», однако сил у юного волшебника на изменение погоды уходило так много, что он восстанавливался порой больше суток.
Приводнившись в небольшом озерце, по курсу, на первом же «привале» Радия, посовещавшись со всеми Перерождёнными и моряками, высказали здравую в целом мысль – не «делать» погоду, а терпеливо ждать попутного ветра, благо сроки их теперь не поджимали, скорее – наоборот. А ещё моряки и Перерождённые, не сговариваясь, стянули оба корабля бортами и бросили трап – для удобства перемещения. Длинной зимней ночью, в свете многочисленных «люменов», опоясавших корабли по периметру и внутри, то и дело мелькали тени людей, спешивших с одного судна на другой, время от времени слышались взрывы хохота…. Лишь за полночь «молодежь» успокаивалась, и каждая из команд оправлялась на свой корабль. Вик, Рот, Радия, Ахта и Ная участия во всеобщем веселии не принимали; каждый – по своим собственным причинам. Ная, например, упорно «грызла» гранит магических знаний, запершись в своей каюте, Вик и Рот «несли службу» за всех, непрерывно «сканируя» периметр вокруг озерца, а хозяйка Магиструмса любую свободную минутку использовала для того, что отточить до совершенства личный Дар каждого Перерождённого – как обычно, в форме индивидуальных занятий, благо места для этого хватало – лично Радии досталась просторная каюта капитана; помещение помощника заняли Ахта и Бор, чьи отношения уже ни у кого не вызывали секрета.
Ночью, после того как все Перерождённые и корабелы, наконец, «уторкались», Радия в своей каюте собрала Вика, Наю и Ахту на совет, или как сказал бы Сашка – на «планёрку». Вопрос был один – как быстро и без происшествий добраться до нужного места (это – пещера), добыть в ней необходимые минералы, желательно без сложностей вроде «потерялась – заблудилась».