Сергей Баталов – Раны, нанесенные в детстве (страница 20)
Получилось идеально.
Пули ложились точно "в десятку" одна за другой так, словно за пулеулавливателем стоял мощный магнит, настроенный на свинец пуль – исключительно Семёна.
Когда наскучило стрелять по мишеням, Семён, с разрешения Василия Алексеевича, прилепил в центр мишени, на пластилин, копейку.
У него и парней из стрелковой секции появились смешные "сувениры" – копейки, пробитые пулей посредине.
Когда и копейка стала слишком "велика", стреляли в стальную кнопку, пришпиленную в центр мишени.
Было весело....
На школьных соревнованиях в честь Дня Советской Армии и Военно-морского флота Сёмка выбил десять "десяток" кряду, превратив центр мишени в одно большое отверстие. Василий Николаевич покрутил головой, рассматривая Сёмкины "фокусы", спросил:
– А повторить сможешь"?
Семён кивнул.
Однако повторить не удалось.
Семён выбил девять "десяток" подряд и когда его товарищ по секции, который контролировал каждый выстрел через увеличительную трубу, сообщил ему об этом, подросток неожиданно разволновался. Девятнадцать выстрелов в центр мишени – это было не просто много, а очень много.
И он слегка дернул спусковой крючок в последнем, двадцатом выстреле.
– Восьмерка! – в голосе товарища сквозило разочарование. В движении Семёна, передававшего разряженное оружие военруку – тоже.
Василий Николаевич ничего не сказал Семёну, но по глазам ветерана-фронтовика было видно – не смотря на последний "промах", результатом девятиклассника он доволен....
…Впрочем, были и нелюбимые предметы. Обществоведение и английский.... Не сложились отношения с преподавателями.
Осень опять началась кроссами. Только это были уже не школьные кроссы, где Сёмка бился за лидерство между одноклассниками; это были всероссийские состязания в других регионах России. Да и дистанция теперь была втрое длиннее....
На своем первом выездном старте, в городе Уфе Семён лавров не снискал. Тяжелый бег, в сильный снегопад, преследование плотной группы лидеров, которые, как выносливые лоси, уходили от Семки с каждым километром все дальше и дальше, вычерпали из него все силы, без остатка. Восьмое место, из восьмидесяти участников – наверное, неплохой результат для обычного человека, но подросток сильно расстроился, слишком велик был разрыв в подготовке между ним и теми, кто закончил забег в тройке лучших.
Семка понимал, что для того, чтобы через год подняться до необходимого уровня, ему придется очень и очень много трудиться. Хотя, как заметил тренер российского сельского общества Николай Макаров, потенциал есть: всего за год юноша прошел путь от новичка до второго взрослого разряда; разменял девять минут тридцать секунд на "трешке".
К удивлению Семёна всю их группу, во главе с Николаем Платоновичем почему-то включили в состав сборной команды России и оставили на сборах в Уфе – готовиться к первенству СССР по кроссу, среди сельских спортсменов, которое намечалось в Мукачево.
В Закарпатье Семён бежал чуть лучше, чем в Уфе, обогнал всех грузин, армян, узбеков, киргизов и таджиков..... Проиграл украинцам, белорусам, литовцам и эстонцам. Занял хорошее для него десятое место....
Десятый класс прошел для него под знаком бесконечных тренировок и огромной усталости. После первенства СССР стимулы для его тренировок стали совершенно иными, не такими как прежде…
Первая тренировка начиналась в половине седьмого. Потом – учеба, уроки, вторая тренировка.
Сёмка приходил с тренировки, которая длилась по три часа кряду, падал без сил на кровать, мгновенно засыпал....
На следующий день все повторялось сызнова.
О стрелковой и волейбольных секциях пришлось забыть: по воскресеньям в группе Николая Платоновича бегали длинные и сверхдлинные кроссы, а четверг стал единственным разгрузочным днем, игнорировать который было неправильно и недальновидно.
"День Сурка" для Семёна закончился только перед выпускными экзаменами. Начались первые состязания, подготовка к экзаменам требовала много времени, "Платоныч" снизил нагрузки....
… Николай Платонович не был гениальным тренером или выдающимся организатором. Он был гениальным мотиватором. Умел найти для каждого из десятков и сотен своих воспитанников такие слова, после которых человек менялся необратимо.
В лучшую сторону.
Навсегда.
Его слова проникали не разум; они доходили до самой души. После его обращения хотелось не просто тренироваться, а сворачивать горы на занятиях.
И ведь сворачивали!
Все, кого коснулись душа и разум Николая Платоновича рано или поздно становились очень хорошими людьми. Честными, настойчивыми, целеустремленными.
Чемпионами становились не все. Но людьми в высоком понимании этого слова – без исключения.
А еще он очень верил в своих воспитанников. Верил даже в тех, кто не верил в себя сам. И умел находить слова и режимы тренировок, после которых ученик или ученица начинали верить в себя – тоже.
Примеров тому – не счесть....
Он мог сделать чемпиона из совершенно неспортивного мальчика.
Такого, как Дима Табачиков, например.
Когда Дима, еще шестиклассником, впервые переступил порог спортивной школы, он вызывал исключительно смех. И не всегда – доброжелательный. Тонкий, костлявый, какой-то весь из себя нескладной, совершенно не координированный....
Года два Дима ходил в спортшколу просто за компанию. Ну, нравился ему тренер, и все тут.... А Николай Платонович не спешил. Пока Татьяна Климова, Надя Солонинкина и Сёмка Бочков добывали "золото" на всероссийских соревнованиях, Дима Табачиков время от времени бегал кроссы. Кое-как разминался, выходил вместе со всеми на площадку, чтобы поиграть в баскетбол.
Играл..... Если он, если его действия можно было назвать игрой – своеобразно. Дриблинг ему не удавался совершенно, а если ему передавали пас, или мяч попадал случайно, он просто бросал его в сторону баскетбольного щита.
Не попадал.... Через минуту – другую это повторялось.... Снова не попадал.
"Свои" мячи Дима Табачиков метал в корзину года два, но однажды, на очередной тренировке, он – почти случайно – попал в корзину.
Все, кто были в том момент в зале, остановились и искренне похлопали Дмитрию. Характер у Димы был беззлобный, нрава он был душевного и его, как самого молодого в группе, любили.
В легкой атлетике у него тоже не получалось очень долго. Больше года любимец группы не мог выполнить какой-нибудь самый несложный разряд, например, второй юношеский.
Не мог – и всё тут....
Где-нибудь в волейболе или в футболе спортсмена с такими "задатками" давно отчислили бы за бесперспективность.
Где угодно, но только не у Николая Платоновича.
Месяц за месяцем, год за годом Дима Табачиков ходил на тренировки, выполнял задания тренера, без надежды выполнить хотя бы третий взрослый....
…И однажды его прорвало.
Что-то произошло с его организмом.
Дима неожиданно для всех вырос до ста восьмидесяти четырех сантиметров, окреп....
Но главное – он "побежал".
Побежал так, что за один сезон перекроил большую часть районных рекордов на средние и длинные дистанции.
Вместе с результатами пришли победы. Сначала – на областных соревнованиях, потом – на всероссийских, а затем Дима – когда-то нескладный и совершенно неперспективный – в блестящем стиле выиграл первенство СССР среди сельских спортсменов на дистанции в пять тысяч метров.
Разумеется, это была сенсация....
Для всех, кроме Николая Платоновича.
Знал о детях "Платоныч" что-то такое, что было недоступно другим тренерам.
Определенно, знал....
Очертилось и очевидное различие – для Сёмки лично- между Михаилом Файвовичем и Николаем Платоновичем.
Михаила Файвовича он безгранично уважал – как Наставника, как Тренера, как Педагога. Николая Платоновича – просто любил.
Как отца.
За его редкую душевность, потрясающий оптимизм и неистощимый специфический юмор. Шел к нему за советом; и получал его. Обращался за помощью, и получал её.
Однажды, спустя много лет, Семен Аркадьевич спросил у него, почему он, по большому счету – посторонний человек – не единожды встречал его в аэропорту, в четыре часа утра, с женой и ребенком? Не имея при этом никаких материальных выгод?
Николай Платонович ни секунды не думая, ответил: – Я не мог иначе! Вы все были для меня как дети!
Николай Платонович не заменил Сёмке отца. Он – стал им; отцом. Не по факту рождения, а по результату воспитательного воздействия и количества вложенных сил и нервов.