Сергей Баталов – Новобранцы (страница 25)
Сашка просунул руку внутрь, прижал «липучку» к запястью, несколько раз сжал и разжал кулак. Глядя на него, зелёный верзила проделал то же самое.
— А как вы смогли так точно их изготовить — без примерки? Особенно — ему! — кивнул курсант головой в сторону друга.
— Всё очень просто, молодой человек. — ответил Николай Платонович, с нескрываемой симпатией глядя на то, как рядом примеряет свои перчатки Ирина. Похоже, и у неё, и седого начали формироваться довольно серьёзные чувства друг к другу. — Когда вас сканировали, попутно с вас сняли все ваши антропометрические данные. Теперь мы можем изготовить для вас одежду или обувь в полном соответствии с вашими индивидуальными особенностями. Для кителя нет такой необходимости, а вот для подводного, диверсионного, стратосферного и космического обмундирования — такая потребность есть.
— Понятно! — протянул Сашка. — А что делать, если перчатки или обувь порвутся, или износятся?
— Ничего не делать. Приходите на склад и получаете новую пару. Её изготовят прямо при вас.
— Ага. То есть впрок ничего не делается?
— А зачем? Любой из курсантов может погибнуть в любой момент. Какой смысл напрасно расходовать ресурсы?
«Да, добрый Вы, Николай Платонович». — подумал Заречнев, косясь на седого. — «Другой бы убил, наверное. А Вы только напомнили, что жизнь новобранца — пшик». — но вслух ничего говорить не стал. — «Как говорил на Дракии один из аборигенов? Молчание — дороже золота»?
— А вот и ваше задание! — нарочито бодрым голосом сказал седой, поочерёдно касаясь своим сканером планшеток драка и человека. Утром, после завтрака, вы сможете его прочитать.
Нарочитая бодрость, впрочем, не обманула бывших гладиаторов. С такой интонацией седой говорил обычно в случаях, когда он приготовил курсантам какую-то «бяку».
«Бяка» для Сашки и Ар'рахха заключалась в том, что им нужно было продержаться против мишени ровно час.
Заречнев непонимающе пожал плечами (что ж в этом сложного-то?); зелёный верзила не разделил его мнения. Он исподлобья посмотрел куда-то вверх, очевидно, настраиваясь на серьёзные испытания.
К вылету на полётное задание бывших гладиаторов почему-то собрались все курсанты, даже те, у кого полёты начинались только после обеда, причём — как новобранцы, так и более опытные «деды». Краем глаза Заречнев заметил в дальнем конце толпы даже нескольких инструкторов, включая Евгения Дягилева.
Все явно чего-то ждали. Чего-то такого, что непременно доставит всем массу удовольствия.
Сашка еще раз, более внимательно глянул в полётное задание, только сейчас обратил внимание, что зона выполнения упражнения очерчена окрестностями базы. Иначе говоря, все будут видеть, как «железный птеродактиль» сейчас будет гонять их, как гончая собака — зайцев. Взлетели нормально. Разошлись по секторам. И тут началось…
Беспилотная мишень за доли секунды зашла в тыл Заречневу, «приклеилась» к его хвосту и через пару секунд врезала длинной пулемётной очередью по двигателям Сашкиного истребителя.
Самолёт дёрнулся, Александр от неожиданности рванул штурвал на себя, а рычаги управления вектором тяги двигателей — вперёд. Истребитель закувыркался в воздухе, словно неловко брошенная детская игрушка.
В наушниках раздался громких хохот нескольких десятков лужёных глоток — кто-то намеренно включил микрофоны на земле на полную громкость. Сашкину спину обдало жаром, а руки и лицо мгновенно покрылась испариной. Он справился с собой, кое-как выровнял самолёт. В это момент «мишень» атаковала снова.
Пули с грохотом врезались в обшивку истребителя, рикошетили, оставляя на поверхности кабины и обшивки фиолетовые вспышки…
Заречнев справился, наконец, с волнением, стал резко бросать самолёт в стороны, менять высоту, скорость — маневрировать с использованием всех возможностей истребителя.
«Птеродактиль» висел сзади, как привязанный. К звукам «отбойного молотка» бывший гладиатор довольно быстро адаптировался, хотя внутренне всякий раз сжимался, когда огненная струя «мишени» хлестала по кабине и по фонарю самолёта. Избежать атаки, не смотря на все прилагаемые усилия, не удавалось.
«Ну, что же. Придётся использовать запрещённые приёмы»! — подумал Заречнев, двигая вперёд до максимума рычаг управления тягой двигателей. — «Иначе эта железяка нас просто доканает». Сашку вдавило в кресло. «Железная птица» пропала где-то сзади.
Почти час гонял Заречнев истребитель по кругу, прежде чем услышал в наушниках голос Николая Платоновича: «Ладно, я ставлю вам выполнение задания. Условно, конечно — за находчивость. Но знайте — завтра так легко не отделаетесь». А после обеда на лётную базу вернулась Дита.
Александр с радостно-растерянном лицом вместе со всеми побежал встречать космолёт бессмертной. Дита устало вышла на бетон лётной школы, что-то сказала Николаю Платоновичу, не оглядываясь, пошла в сторону своих апартаментов. Космолёт тут же поднялся в воздух и через минуту или полторы скрылся за горизонтом.
Сашка проводил её влюблённым взглядом; когда она скрылась за дверью здания, опустил голову, медленно побрёл к своему самолёту. Судя по очень довольному виду седого, он явно приготовил бывшим гладиатора какой-то очередной неприятный сюрприз. «Бяка» оказалась — всем «бякам» — «бяка».
«Охотником» стала совсем другая «игрушка». Полноразмерный беспилотный истребитель, вооружённый аж четырьмя крупнокалиберными пушками. В боевых операциях его не применяли — генераторы электромагнитных волн «альбатросов» богомолов электронные «мозги» самолётика выжгли бы за долю мгновения. Но в качестве учебного противника ему просто не было цены. Бывшие гладиаторы это «оценили» очень скоро.
БПЛА в манёвренности своему «младшему» «коллеге», разумеется, уступал, но вот в остальном…
«Убежать» от него не удалось. При первой же попытке «свалить» он легко догнал самолёт Сашки и… всадил в него из всех четырёх пушек.
Причём метился, гад, в двигатели — по сути, единственное уязвимое место у летательного аппарата. А дальше произошло нечто совершенно невообразимое. И страшное. Двигатели заглохли. Истребитель клюнул носом вниз, стал сваливаться на крыло.
«Штопора нам еще только не хватало»! — почему-то совершенно спокойно подумал Заречнев, выравнивая самолёт. — «Из этого летающего гроба не выпрыгнешь — парашютов-то нет. Что же делать-то? Что делать? Может, попробовать посадить его на воду»? — Сашка направил истребитель в сторону моря.
— Попробуй запустить двигатель! — неожиданно раздался в наушниках спокойный голос Дягилева. — Верхний должен заработать. Только быстрее. Времени у тебя меньше, чем ты думаешь!
Александр несколько раз щёлкнул тумблером запуска двигателей. Тщетно. Моторы «молчали». Земля неотвратимо приближалась. Стало понятно, что до моря не дотянуть.
— Пробуй еще! — настойчиво повторил Евгений. — Двигатель должен запуститься.
И двигатель «ожил». Он несколько раз «чихнул», выплёвывая из сопла куски снарядов и чего-то еще, а потом заработал ровно сильно, унося ИПЛ-4 от смертоносной поверхности.
— Как сесть на одном двигателе — знаешь? Или тоже подсказать нужно?
— Знаю. Как на обычном самолёте…
— Тогда заходи на посадку. Но помни — БПЛА за тобой всё еще охотится.
Заречнев прошёл над полосой, стал делать «ухо», заходя на посадку. Откуда-то сбоку промелькнула тень, разом рявкнули все четыре пушки, «снося» самолёт Александра с посадочной траектории. Беспилотник развернулся, заходя на повторную атаку.
Неожиданно словно из-под земли выскочил самолёт Ар'рахха, сходу атаковал БПЛА. Пушки учебного истребителя буквально разорвали кормовую часть «охотника». Тот свернул с траектории, резко развернулся, уходя в сторону моря. Зелёный верзила «вцепился» в обидчика друга, как клещ в загривок собаки. Через несколько секунд он сблизился с ним… Застрекотали пушки, разбивая на мелкие части внутренности БПЛА. «Охотник» рухнул в море, усыпав поверхность воды вокруг себя сотнями фрагментов своих двигателей.
Впрочем, этого Александр уже не видел. Он выполнял новое «ухо», чтобы еще раз зайти в начало ВПП.
— Кто рассказал вам, как можно выполнить ваше последнее задание? — заложив руки за спину и спрятав в них свою неизменную указку, говорил Николай Платонович, строго глядя на бывших гладиаторов. Вопреки обыкновению, на этот раз он не стал ждать вечера, а устроил «разбор полёта» сразу после его завершения.
Заречнев растерянно посмотрел на Диту, неприязненно-равнодушно взиравшую на происходящее, перевёл взгляд на Ар'рахха. Ситуация складывалась весьма щекотливая. Сказать, что «это — не я, это — он», было бы, по сути, предательством друга, только что спасшего ему жизнь. А других вариантов ответа всё равно не было. Сашка молчал, не зная, что ответить.
— Ладно, в молчанку играть с вами я всё равно не буду — времени нет. Но вы знайте — я всё равно узнаю, кто вам подсказал способ, с помощью которого вы можете выполнить моё последнее задание.
— Никто ничего нам не подсказывал! — неожиданно подал голос молодой следопыт. — Это моя инициатива. Когда я увидел, что БПЛА повредил самолёт Саш'ша, сразу решил уничтожить эту злую стальную птицу. Седой и Дита переглянулись, на их лицах появились улыбки.
— Ну, если это так, ты вы просто гений, молодой че… Э-э-э… В общем, ты молодец, Арах! — замялся Николай Платонович, по привычке едва не назвав драка молодым человеком. — У нас курсанты неделями бегают от «охотника», пока сообразят, что лучшая защита — нападение и единственный способ выполнить задание — это уничтожить «охотника». А некоторые до этого так и не доходят.