Сергей Баранников – Возвышение рода (страница 27)

— Миша, ты серьезно думаешь, что это хорошая идея? — наши споры разбудили Машу, и теперь она следила за разговором с нескрываемым интересом. — Ты врываешься в дом к Румянцевым и выясняешь отношения с девушкой, которая сохла по тебе. И это при том, что она уже невеста Андрея.

— Да, ситуация не очень, но мы должны узнать кто сделал это с Егором. Значит, кто-то должен пойти со мной. Пока я буду ждать снаружи, нужно заглянуть к Румянцевым и попытаться вывести Игнатьеву на чистую воду.

— Я пас, — тут же произнес Васильев. — После того, как они проиграли отцу на вече, отношения с Румянцевыми у нас натянутые.

— Давайте я пойду, — предложил Покровский, и все повернулись в его сторону.

Васильев первым нарушил молчание:

— А что, может сработать.

Глава 14

Истинное лицо врага

Влад с Машей и Сашкой остались охранять Егора, чтобы никто по глупости или неведению не додумался выпустить его, а я с Сёмой и Катей отправился в поместье Румянцевых. Машину мы ставили неподалеку. Мы с Катей остались ждать возле ограды, а Покровский уверенно постучал в ворота.

Задумка была проста. У Покровского остался мундир с шевронами Московского княжества. Он надел его и приготовил письмо для Игнатьевой, в которой я писал, что знаю о ее планах и вызываю ее с Андреем на разговор.

— Откуда-ть путь держать изволите-с, сударь? — проскрипел старик дворецкий.

— Срочное послание из Москвы для госпожи Игнатьевой. В академии мне сказали, что она должна быть здесь.

Передав письмо, Покровский кивнул дворецкому и вернулся к нам. Место встречи в жилом квартале мы выбрали, исходя из разумных причин. Если Румянцевы предпочтут силой решать конфликт, мы сможем отбиться даже от большого количества воинов в узкой арке между домами. Но до открытого конфликта дело вряд ли дойдет — здесь слишком людно, а значит свидетелей будет достаточно.

Ждать Ингу с Андреем не пришлось — буквально через десять минут в сопровождении двух стражей они вышли к нам. Заметив большое скопление одаренных, люди поспешили убраться куда подальше с улицы, а любопытные зеваки в домах наоборот придвинулись поближе к окнам, чтобы хорошенько рассмотреть что происходит. Не каждый день одни из сильнейших родов Ростова решают свои проблемы у всех на виду, а тут еще и человек с шевронами Московского княжества.

— Чего тебе надо, Гущин? — заметив меня, Румянцев заметно напрягся. Инга наоборот бросала на меня изучающие взгляды, словно пыталась понять что во мне изменилось за то время, пока мы не виделись.

— Это я у тебя хотел спросить. Паневин — твоих рук дело?

— А что с ним? — удивился Андрей и посмотрел на Ингу. Девушка тоже пожала плечами.

— Завтра у парня свадьба, а он бросается на меня с обещаниями убить.

— Ха, видимо, не без причин, да, Катя? — на лице Игнатьевой появилась гадкая ухмылка.

— Я же не такая как ты, — тут же парировала Листьева?

— Какая? — Игнатьева вспыхнула и была готова ворваться в бой. Разговор явно шел не в то русло, поэтому пришлось вмешиваться, чтобы избежать боя.

— В общем, мы уверены, что Егор под контролем. И, скорее всего, виной всему ты.

— Зачем мне это?

— Попытка достать меня.

— Миша, — Инга улыбнулась. — Прости, но ты в прошлом. Мне не нужны эти интриги и твое холодное безразличие. Мы с Румянцевым планируем сегодня объявить о нашей помолвке…

— И очень бы хотели, чтобы ты не появлялся и не портил нам праздник! — тут же вмешался Андрей.

— Хорошо, давайте так. Мы сейчас быстро съездим к Паневиным и убедимся, что вы здесь ни при чем.

— Идет, если ты гарантируешь безопасность, — услышав наше предложение, Андрей нахмурился. — Ты же понимаешь, если что не так…

— Знаю!

К Паневиным мы добрались буквально через час. Румянцев взял машину, и они с Ингой и двумя охранниками ехали следом за нами.

— Мне следовало догадаться, что Васильев тоже здесь, — произнес Андрей, войдя в беседку. — Что ни мутная схема, так наследничек тоже здесь.

— Влад, о чем это он? — удивилась Сашка.

— Банальная зависть, — отмахнулся Васильев.

— Да неужели? — Румянцев нахмурился, но не стал развивать тему, понимая, что сейчас не самое подходящее время, чтобы выяснять отношения.

— Итак, как ты собрался доказывать мою невиновность? — нахмурилась Игнатьева. Эта ситуация ее явно не радовала, а вид беременной Маши и вовсе выбил из колеи.

— Очень просто. Мы спросим об этом у Егора. Если он под контролем, то не сможет солгать, — Листьева подошла к жениху и вытащила кляп. — Егор, скажи нам, кого ты видишь перед собой.

— Это Инга Игнатьева, — отозвался Паневин без особого энтузиазма.

— Она велела тебе убить Михаила?

— Гущи-и-ин! — прошипел Егор и принялся озираться по сторонам. Даже Румянцев с Игнатьевой успокоились, увидев как ведет себя их одногруппник. — Гущин, я тебя убью!

— Отвечай, это Инга тебе отдала приказ?

— Нет!

— А кто?

— Та, которую нельзя отвергать! — Паневин оскалился и искал кого-то глазами.

— А я смотрю, ты популярен, Миша, — ухмыльнулась Инга. — Ладно, разбирайтесь сами со своими проблемами, а нам с Андреем пора.

Игнатьева направилась к выходу, а Румянцев поспешил за ней. Повернувшись к нам, он бросил взгляд, полный презрения и произнес:

— Можете не провожать, дорогу сами найдем!

В другой ситуации он мог бы еще и нарваться на неприятности, но сейчас никто не обращал на него внимания, потому как все взгляды были повернуты к Егору.

— Итак, мы имеем проблему в лице Егора, который находится под контролем, — заключила Маша. — Контроль был поставлен спешно и не особо умело, потому как Паневин сразу бросился на Михаила, стоило его увидеть, а не ждал удобного момента, чтобы нанести удар. В таком случае у нас есть надежда, что кроме Егора больше подконтрольных нет. По крайней мере, в этом доме. Но есть проблема. Раз Игнатьева не виновна, мы должны узнать кто еще мог быть замешан.

— У нас есть зацепка! — тут же нашлась Катя. — Скорее всего, это сделала девушка, которая хотела отомстить. По крайней мере, я так поняла по обрывкам фраз Егора. Миша, давай выкладывай, с кем у тебя еще были близкие отношения?

Я чувствовал себя неловко, как на ладони. Все обсуждают меня и не стесняются строить предположения. Хоть это и мои друзья, все равно выглядит это не слишком хорошо. В принципе, у меня не было особо повода стыдиться, все было в рамках приличий, но все равно неприятно.

— Ну, Градова мертва, причем, давно…

— Слушайте, а вы пробовали как следует расспросить Егора? — поинтересовался Влад. — Может, он еще что-нибудь полезное скажет?

— Вообще-то ты тут уже три часа с Паневиным сидишь, мог бы и расспросить, — тут же набросился я на Влада.

— Да ладно, я только сейчас об этом подумал!

Листьева подошла к Егору и села рядом. Она погладила его руку и посмотрела в глаза. Паневин немного успокоился, и тогда Катя задала вопрос:

— Егор, скажи, кто тебе приказал это сделать? Что она тебе такого сказала?

— Убей Гущина! Эта песья кровь ответит мне за то, что так просто отверг меня. Никто не смеет отвергать ту, что не прощает!

— Что он сказал? — я подскочил, услышав знакомые слова. — Ну-ка, повтори еще раз!

— Миша, успокойся, — повернулась ко мне Фролова.

— Нет-нет, я спокоен. Е в этом дело. Вы слышали что он сказал? «Песья кровь»… Кажется, я знаю кто в этом замешан.

Стоило мне получить еще одну зацепку, пазл сложился. Кто мог приревновать меня или затаить обиду? Градова мертва, Игнатьева счастлива с Румянцевым. Остались только Жаклин Бонапарт и Ядвига Ягеллон. Последняя, кстати, духовник, и уже пыталась взять меня под контроль. Да, ошибки быть не может. Хотя…

— В общем, я знаю кто это. Если это не попытка Бонапартов подставить Польшу, то это дело рук Ядвиги Ягеллон.

— Поедем в Польшу? — удивленно посмотрел на меня Влад.

— Если это она, я ей все патлы повыдергиваю! — тут же разгорячилась Катя.

— Слушайте, а если попробовать обратиться за помощь к нашим духовникам? Ну, они ведь могут через Слияние снять контроль, — тут же предложила Маша и осеклась, потому как сама догадалась о последствиях.

— Да, можно снять, но последствия для Егора будут плачевными. Представь себе машину, которая едет в одну сторону, а ее тянут в другую с удвоенной силой. Она, конечно, поедет туда, куда ее тянут сильнее, но шестеренки могут разлететься на куски.