Сергей Баранников – Тайный агент (страница 47)

— Продолжай, — потребовала девушка, нахмурившись.

Я достал из кармана фигурку Родящей матери и протянул ее Маше, а затем вкратце рассказал историю этого артефакта.

— Ты сомневаешься в моих возможностях?

— Я хочу, чтобы все прошло хорошо. Она поможет избежать рисков.

— Миша, говорю сразу, троих-четверых детей лично мне будет достаточно.

— Меня это тоже устроит.

— Хорошо, если мы все выяснили, я согласна.

Пришлось остановить машину и отойти немного в сторону. Водитель провожал нас с ухмылкой, но мы не обратили на это внимание. Пусть думает что угодно, только не сует нос куда не следует. Идти по размокшей от дождя земле было неудобно. На траве ноги скользили, а в грязи был риск загрузнуть по колено. Нам едва удалось отойти на достаточное расстояние, чтобы скрыться из вида.

— Готова?

Я посмотрел в глаза девушки и увидел в них то, чего мне не хватало все это время — тепло, доверие и счастье просто находиться рядом.

— Давай руку.

Одной рукой Маша взяла артефакт, а вторую дала мне, и мы скрестили пальцы. Я понятия не имею что нас ждет сейчас, нигде этой информации нет. Попытаться перестраховаться и вызвать на помощь нескольких одаренных не выйдет. Это должно быть секретом, да и большая часть из них вряд ли пригодится нам.

Мы оказались в просторной комнате, залитой приглушенным мягким светом. Это было совсем не похоже на то место, где нам с Палычем пришлось сражаться с хранителем Маски. Дверь распахнулась, впуская внутрь комнаты яркий свет, и внутрь ступила хранительница. Сомнений быть не могло — высокая, источающая силу и… ослепительная.

Ее просто невозможно было рассмотреть, а с приближением хранительницы внутри разливалось чувство спокойствия и гармонии. Что, если она сейчас усыпит нас и уничтожит? Я попытался напрячь силу воли и отогнать это наваждение, но ничего не вышло.

Она остановилась в нескольких шагах от Маши и молча рассматривала ее. Собравшись с силами, я приготовился в любой момент прыгнуть и закрыть девушку собой от неожиданного удара, но его не последовало.

— Только мать может владеть этой реликивией, — мягкий голос хранительницы приятно ласкал слух. — Ты достойна!

Она подняла руку и провела ей над головой девушки. С ладони хранительницы сорвались сотни ярких светящихся искр, которые окутали Машу и исчезли, коснувшись ее кожи. После этого сама хранительница превратилась в огромный поток светлячков и исчезла, дверь затворилась, а видение исчезло.

Мы с Фроловой стояли друг напротив друга посреди осенней поляны, пытаясь понять что произошло.

— Камень теплый, — произнесла девушка и посмотрела на фигурку в руке.

— Теперь он принадлежит тебе. Помнишь, что ты должна с ним сделать?

— Да.

Мы вернулись к машине и как ни в чем не бывало продолжили путь. Водитель сидел на своем месте, забросив ноги на торпеду, и едва не выпал из машины, когда увидел нас. Скорее всего, он не рассчитывал, что мы вернемся так быстро.

Дорога до поместья Васильевых прошла а тишине. Каждому из нас было о чем подумать. Обретение права владеть артефактом значительно отличалось от других. Если маска требовала проявить волю и победить хранителя, то родящая мать не испытывала претендента. Или… Интересно, по каким критериям хранительница решала достойна Маша владеть артефактом или нет? Строя догадки, я не заметил как мы подъехали к самим ступеням особняка Васильевых.

— Миша! — увидев меня, сестра помчалась навстречу и повисла на шее. Только через пару секунд она заметила Фролову и обняла ее. — Привет, подруга! Наконец-то мы все встретились вместе!

Через минуту к нам присоединился и Влад. Моему предложению он удивился не меньше Маши, но тут же согласился.

— Камень надежно спрятан?

— Обижаешь. О его существовании не знает даже отец.

— Отлично, бери его с собой, подробности объясню по дороге.

Пока мы ехали в сторону Таганрога, я объяснил Владу, что уничтожать артефакты нельзя, иначе это закончится гибелью владельца и чудовищным всплеском энергии, который сможет стереть в порошок такое огромное здание как Лувр. Единственное разумное решение как сохранить возможности артефакта и отбить интерес у охотников за артефактами — сделать их недоступными для человека. И если закапывать нет смысла, то вот утопить… ни один одаренный, даже под слиянием не сможет добраться до большой глубины.

Сложность заключалась только в том, чтобы отплыть подальше от берега. Азовское море нам не подходило совершенно, потому как его максимальная глубина составляла всего пятнадцать метров. При наличии Пирамиды найти другой артефакт и достать его со дна — не проблема. А вот Черное море идеально подходило для нашей цели.

Мы добрались до порта и выбрали неприметную яхту, на которой катали туристов. Капитаном яхты был бывалый моряк, которого все называли Фомич.

— Прокатимся?

— Двадцать рублей, и отправимся куда скажешь, — тут же оживился моряк.

— А если до Черного моря сделаем кружок?

— Ну, тут уже полтинник придется выложить. Дешевле нет мысла яхту гнать.

— По рукам!

Мы забрались на палубу и уже через пару минут отчалили. Я, Маша, Влад и Сашка. За последний год с небольшим мы пережили много испытаний и заслужили небольшой отдых. Конечно, прогулка по морю — это просто капля из того, что требовалось, но уже небольшое событие.

Сегодня светило яркое осеннее солнце, и если бы не прохладный ветерок, можно было бы наслаждаться путешествием. Маша укуталась в теплый вязаный шарф и улыбнулась.

До Черного моря мы добрались часа через два. Море простиралось вперед, насколько хватало обзора.

— Фомич, а здесь глубоко? — поинтересовался я у моряка, стоящего за штурвалом.

— Здесь метров триста. Если проплывем еще немного, будет все пятьсот.

— Давай еще немного.

Когда Фомич отчитался, что яхта добралась до нужного места, мы с Владом подошли к борту и синхронно швырнули артефакты. Оба камня с громким шлепком упали в воду, подняв брызги, и погрузились на дно. Чайки жалобно прокричали, поднимаясь в небо, а спустя пару мгновений все затихло.

— Чтобы померяться, кто дальше бросает, можно было и не плыть в такую даль, — заметил Фомич.

— Это мы так, ради интереса. Возвращаемся обратно.

Тысячи лет люди желали владеть вещами, которые дают им власть, расширяют возможности, дают преимущество перед другими. Тысячи лет из-за артефактов начинались войны, конфликты и убийства. Теперь мне доподлинно известно, что два артефакта уничтожены, и я намерен положить конец еще двум.

Маска, которая принадлежала Владу, и Родящая мать, принадлежащая Маше, теперь находятся на дне моря. Вряд ли в ближайшие сотни лет кому-то удастся их достать. Может, у Древних были иные взгляды на использование артефактов, но сейчас общество не готово к ним. От этих вещей нужно избавиться, чтобы обезопасить себя. Немного жаль, что следующие поколения не смогут воспользоваться их преимуществами, но я уверен, что при необходимости они найдут другие пути.

— Ты как? — я взял Машу за руку, потому как она выглядела бледной.

— Немного укачало, — призналась девушка. — Никогда не думала, что у меня морская болезнь. Жутко тошнит и ноги подкашиваются.

— Присядь и выпей крепкого чая, сейчас станет легче.

В Таганрог мы вернулись уже поздно вечером, сели в машину и отправились к Фроловым. Константин был безумно рад нашему визиту, а потому мы проболтали до полуночи. Маша первой отправилась спать, сославшись на усталость, а Влад с сестрой поехали домой, и только мы с Константином сидели допоздна, строя планы на будущее.

Денис примирился с Вероникой в роли матери, Кирилл делал успехи, София освоилась в школе. А Алевтина с Агатой отлично справлялись со своими обязанностями. Дела на заводе дела тоже шли хорошо. К концу года княжеская дружина должна быть полностью обеспечена доспехами, а с весны уже можно думать и о снабжениях армии. Наши умельцы активно работали над усовершенствованием доспехов, чтобы повысить их мобильность и прочность.

Следующий день мы провели с семьей. Впервые за долгое время я смог отдохнуть от всех проблем, которые навалились на меня за последние месяцы. Последнее, о чем я сейчас хотел думать — предложение Рымина. Если донесения тайных агентов верны, нельзя терять бдительность, а лучше задуматься о безопасности.

Именно поэтому я увязался с Машей, когда ей пришло время возвращаться в академию.

— Ты теперь всегда будет носиться со мной, как с фарфоровой вазой? — улыбнулась девушка.

— Всегда. Особенно, когда тебе угрожает опасность.

— Ты напрасно волнуешься. Ну что в академии может пойти не так, когда здесь относятся к безопасности студентов не хуже, чем к охране князя?

— Знаешь, однажды я уже угодил в эту ловушку, не хочу, чтобы это повторилось. Вот, кстати, взять этого дружинника, — я кивнул в сторону парня, который выходил из учебного корпуса. — Я его здесь раньше не видел.

— Я тоже, — на время Маша нахмурилась, но тут же отогнала от себя все страхи. — Гущин, ты из меня пытаешься истеричку сделать? Я ведь теперь буду на каждый шорох реагировать. Просто могли заменить больного бойца или перевели недавно. Надо же им где-то практику проходить. Все, пока.

Девушка чмокнула меня в щеку и направилась к двери, но уже на ступеньках я остановил ее и крепко сжал в объятиях.

— Ты что, даже спишь в каменном доспехе? Хотя бы сейчас мог бы его убрать, — пожаловалась Фролова.