Сергей Баранников – Тайный агент (страница 38)

— Мы идем дальше, — произнес я, затаскивая посла в соседний вагон.

Самому мне было бы проще выбраться, но я должен присматривать за Солодиловым и помочь добраться ему до Парижа. В соседнем вагоне уже вовсю орудовали люди в масках. Похоже, налетчики не побрезговали возможностью заглянуть в карманы пассажиров поезда.

В ближайшем к нам купе кто-то кричал. Я резко отодвинул дверь в сторону и ударил как только передо мной появилось лицо в маске. В купе находились две женщины, которые испуганно смотрели на меня.

— Все спокойно, дамы. Счастливого пути! — я улыбнулся им насколько смог в этой ситуации и закрыл дверь.

Стоило сделать шаг, как по телу пробежала дрожь. Кто-то выпустил мощную ментальную волну, прокатившуюся совсем рядом. А вот это уже серьезно. Конечно, можно было предположить, что налетчики решили обездвижить пассажиров поезда и спокойно их обобрать, но я отлично понимал, что духовник такого ранга вряд ли будет участвовать в таких мелких стычках. Если здесь работают такие мощные ребята, значит они преследуют куда более серьезную цель.

— Быстро! Нам нужно уходить отсюда!

Я прикинул с какой стороны пришла ментальная волна, и потащил Солодилова дальше. Очевидно, что возвращаться в наш вагон уже нельзя, если мы хотим отсюда выбраться живыми.

— Куда-то собрался?

Мощный удар сбил меня с ног, стоило открыть дверь в соседний вагон. В тамбур вошли двое одаренных, а Солодилов попятился назад. В последний момент я успел толкнуть его обратно в вагон и закрыть дверь.

— Похвально, — протянул один из налетчиков с явным акцентом. Вот только почему-то он мне напомнил не итальянский, а такой же как в видении с Марко. — Но не стоит возлагать слишком большие надежды. У нас все… как это у вас говорят… схвачено.

— Любые планы могут пойти прахом, если упустить хоть малейшую деталь, — прошипел я, когда ментальная атака скрутила мышцы.

Похоже, у этих ребят было два сильных духовника, и они двигались с обоих концов поезда, заманивая беглецов к центру состава.

— Не-ет, у нас все продумано до мелочей, — улыбнулся незнакомец.

Только сейчас я заметил, что до этого на лицах налетчиков были одинаковые белые маски, на которых изображалась улыбка, а на лице этого красовалась черная маска, скрывавшая лишь часть лица.

— Итак, где маска?

— На твоем лице, — ответил я, пожав плечами.

— Ответ неверный, — тело снова сковала судорога, казалось, будто кости и ребра сейчас лопнут от напряжения. — Попробуем еще раз?

Налетчик улыбнулся, видя, что мне непросто дается борьба с его даром.

— Как видишь, у меня нет маски.

— Я вижу только то, что ты не стал ее хозяином. А теперь скажи мне где она? В твоем чемодане? Ты везешь ее в Париж?

— Я везу ее туда, куда мне сказано, — ляпнул эту чушь машинально, и только спустя мгновение, когда боль неожиданно отступила, я понял, что у этой версии есть право на жизнь.

— Кому ты должен отдать маску?

— Я не знаю маска это или нет, но мне сказано, что в посольство Великого княжества придет человек и попросит отдать ему посылку.

— Ясно. Давай сюда эту вещь.

— Ты думаешь, я ношу ее в кармане?

Второй одаренный, который, судя по мощному удару, был силачом, помог мне подняться. Солодилова в коридоре уже не было. Видимо, у посла хватило ума хотя бы сбежать. Надеюсь, достаточно далеко.

Мы прошли еще один вагон, пока не добрались до своего купе. Из него доносилось бормотание. На входе мы столкнулись с послом, который тащил за собой чемодан. Недалеко ушел. Неужели в чемодане было что-то действительно важное, что это стоило того?

— А вот и снова вы, дражайший, — нарочито добрым голосом пропел налетчик в черной маске. — Не уходите далеко, мы тут еще не закончили.

— Я отдам! Я все отдам! — закричал Солодилов. Он упал на филейную часть и прикрылся руками.

— Не сомневаюсь, что отдадите, но ваши драгоценности нам не нужны. Мы пришли за нечто большим.

— П-понимаю, в-вот! — на удивление резким движением посол раскрыл чемодан и вынул оттуда сверток.

— Что это? — налетчик принял из рук посла сверток и принялся разматывать.

— Н-нн-на…

— Что?

— Наконечник! — выдавил из себя Солодилов.

В этот момент налетчик развернул полотнище и на его ладони показался продолговатый камень в виде наконечника стрелы или копья. Ежкины матрешки! Готов поспорить, что это артефакт, но как он попал в руки Солодилова и с какой целью он вообще потащил его с собой?

— Любопытно, — протянул налетчик. — Это не маска, но тоже кое-что интересное.

Незнакомец коснулся поверхности камня и одобрительно хмыкнул. Похоже, он был холодным. Возле поезда снова стало громко. Рядом послышались крики и завязалась борьба. Налетчик резко развернулся на шум и подошел к окну в коридоре. Он отодвинул занавеску и недовольно выругался на непонятном мне языке.

Окно рядом вылетело после выстрела, и я тут же начал действовать. Призвал воздушный купол только на себя, чтобы сделать его максимально прочным, подсек ногу силача и ударил его в печень, а когда он согнулся от боли, вмазал коленом в голову. Хруст носа возвестил о том, что удар получился на славу.

Силач завалился на бок, а налетчик в черной маске уже действовал. Его ментальная атака уничтожила мой защитный купол, но следующей атаки не последовало. Я подскочил на ноги и со всей силы пнул налетчика в грудь, отчего тот отлетел в начало вагона. Вместо того, чтобы продолжить борьбу, он поднялся и рванул прочь.

— Еще увидимся, — бросил он на прощание, прежде чем дверь за ним закрылась.

Я помчался следом, но когда вышел в тамбур, там было пусто. Возле поезда лежали двое охранников вокзала, подоспевшие на шум. Судя по их состоянию, они только что испытали на себе действие ментальной волны высокого ранга.

— Ушел, подлец!

Я вспомнил о сообщнике этого человека в маске и поспешил обратно в наше купе. Он как раз пришел в себя и пытался подняться. Получалось у него мягко говоря, не очень хорошо. Я толкнул его в бок, переворачивая на спину, и придавил к полу.

— Кто вы? Откуда узнали, что артефакт у нас?

— Ничего не скажу, монсеньор! — заявил одаренный. В это время в вагон ворвалась охрана вокзала, и налетчик покосился в их сторону.

— Мне, может, и не скажешь, а вот им — как миленький.

— Нет! Вы ничего не вытащите из меня. Корона и Императорский принц!

Он потянулся рукой к воротнику своего костюма и заправил его себе в рот. Одним резким движением раскусил что-то, находившееся в тканевой подкладке. Изо рта пошла пена, а самого налетчика начало трясти, как в припадке эпилепсии.

Охранники подбежали к нему, но было уже поздно. Его тело обмякло, а глаза закатились. Похоже, он убил себя, чтобы не попадать в плен и не выдать тайну. Я перевел взгляд на Солодилова, и с удивлением обнаружил, что он мертв. Не знаю когда это произошло и кто успел его прикончить, в той суматохе мне было не до этого. Учитывая, что на его теле не было заметных повреждений, скорее всего, это работа духовника.

Солодилов определенно что-то знал, поэтому его решили убрать, чтобы он не разболтал лишнего. Мои попытки разузнать хоть что-то о его роли во всем этом представлении заранее обречены на провал. Артефакт, о котором я даже не знал, упущен, мне грозит опасность, а Великому княжеству нужно направлять нового посла в Париж.

Я отвел взгляд от тела Солодилова и увидел собственное отражение в зеркале. Вид у меня был неважный, рядом лежат мертвые посол и налетчик, а я стою посреди коридора и с нелепым видом смотрю на приближение хранителей порядка. Похоже, мне придется многое им рассказать.

Глава 20

Тереза

Общаться с представителями порядка пришлось часов пять. Ситуацию усложняло, что я совершенно не понимал их языка. Предполагалось, что я буду сопровождать посла, который отлично разговаривал на французском, понимал итальянский и испанский. А мне и говорить не требовалось. На деле, когда Солодилов был убит, пришлось пару часов ждать переводчика.

Несколько раз мы повторили сцену в поезде, где я воспроизвел в точности все, что происходило со мной в момент нападения, с той лишь разницей, что умолчал об артефактах. Уверен, эта информация не нужна широкому кругу людей.

Мои слова подтвердили две женщины, которым я помог. По виду итальянских карабинеров я понимал, что они очень бы хотели применить силы духовников для опроса свидетелей, но меня допрашивать таким образом побоялись — сказалось положение помощника посла.

Только через пять часов поезд продолжил движение. Теперь я ехал в купе один. Больше не было болтающего Солодилова, и тишина давила. Сейчас мне бы не помешала компания хорошего собеседника, чтобы скоротать время. В Марселе мне как раз подвернулся такой случай.

— Аревуар, месье! — дверь отворилась, и в купе появилась девушка в длинном платье. Ее широкополая шляпа с лентами едва помещалась в проход.

— Простите, но в этом купе все билеты выкуплены.

— О, вы говорите на русском! Большая редкость увидеть в здешних местах людей из Великого княжества! У меня к вам небольшая просьба. Видите ли, в моем купе заело окно, а там так душно! — Девушка закатила глаза, показывая крайнее расстройство. — Не могли бы вы мне помочь?

Интересно, это действительно просьба, или очередная попытка меня подставить? В последнее время я перестал уже верить в случайности и искренность людей. Слишком много вокруг происходит случайностей, которые потом оказываются планами недругов.