Сергей Баранников – Ростовская академия (страница 53)
Кормчев пропустил удар в печень и невольно раскрылся, получил два мощных удара в нос и подбородок. Закрыл висок, потому что я думал ударить ладонью и туда, на крайний случай ударить по уху, чтобы оглушить, но ничего не вышло. Да, нос ему здорово расквасил и толпа восторженно гудела. Ну, эти понятно. Им только дай хороший мордобой, больше для радости ничего не надо.
Никита отступал к краю ринга, и я видел, что еще немного осталось дожать, чтобы он снова раскрылся. Главное, чтобы у меня хватило силы дара на финальный удар. Вот он опускает правую руку — неудобно, я тоже правша, поэтому бью левой в печень, но в этот момент меня снова сковывает его ментальная атака. Удар так и не достигает цели, а я падаю на пол ринга. Один единственный удар отправляет меня на лопатки. Зараза!
— Победил Кормчев! — голос Палыча доносится до меня словно издалека, а я пытаюсь прийти в себя. Оцепенение, которое не давало ни пошевелиться, ни дышать, спало, а ко мне уже бежали целители.
— Все в порядке, помощь не нужна, — ответил я, поднимаясь на ноги. Да, они были ватные и тряслись, но дойти до края арены мне удалось.
Кормчев стоял неподалеку и принимал поздравления. Когда я подошел к нему, все расступились.
— Поздравляю, — бросил я и протянул руку. На что-то большее сил просто не было.
— Гущин, надеюсь, ты не в обиде, — Кормчева уже успели немного привести в порядок и прямо сейчас за его спиной стояли два целителя, которые положили руки между лопаток и вливали в него свою энергию. Никита пожал мою руку и улыбнулся.
Что же, ради победы на турнире он раскрыл свой секрет. Думаю, если люди не дураки, они все поняли. Скоро вся академия будет знать об этом, а потом информация выйдет и за ее пределы. Надеюсь, у Кормевых нет сильных врагов, иначе парень подписал себе смертный приговор. Прибьют поскорее, пока он не поднял ступени и не набрал силы. А стоило ли мне раскрываться? Пока не знаю. Даже если Градова рассказала о моем секрете Игнатьевым, то охранка Преображенского и все остальные до сих пор должны были оставаться в неведении. Раскрой я всем свои способности, очень многие даже в Ростове захотели бы избавиться от меня, пока я еще слишком слаб и не настолько опасен. Да и потом, я все равно покажу свой второй атрибут на Великом турнире. Если там будет каждый второй такой как Кормчев, с одним атрибутом далеко не пройти.
Влад с Егором уже встречали меня.
— Не переживай, ты все равно лучший среди однодарцев, — произнес Васильев.
— Ты тоже заметил?
— Думаешь, я не увижу как работает дар твердыни? Дружище, ты меня обижаешь! Я же сам владею этим атрибутом. Кормчев реально дурачина, что выдал себя. Ему ведь точно в Москву ехать, а там двоедарцам без поддержки сильного рода очень туго.
— Спасибо ребят, я немного пройдусь.
Вышел со спортивного зала и зашагал по коридорам, погрузившись в собственные мысли. По пути иногда попадались студенты, которые провожали меня взглядами. Мимо пропорхнула группа девчонок со второго курса, которые перешептывались между собой.
— Смотрите, это же Гущин! — произнесла одна из девушек.
Я обернулся, и она густо покраснела, потупив взгляд. Девчонки прыснули от смеха и отошли в сторону, оставив ее одну.
— Привет, я Ангелина, — произнес девушка. — Я видела как ты дрался. Ты сильный.
— Спасибо, — отозвался я, замешкавшись.
— А можно потрогать твой бицепс?
— Чего? А, ну да, конечно, — я согнул руку и напряг мышцы. Странно, и что в этом такого?
— Класс! — восторженно выдохнула девушка, быстренько пощупав вздувшийся бугор мышц. — Может, прогуляемся на днях?
Девушка была действительно милая с виду, но мне совсем не хотелось ни с кем встречаться. Какой смысл начинать длительные отношения, если скоро я все равно переберусь в Москву? А отношения на пару бессонных ночей меня не прельщали.
— Извини, как-нибудь в другой раз, — ответил я. — Найдемся!
Я повернулся и направился дальше по коридору. Желания общаться сейчас с кем-то совершенно не было.
— Надо же, Гущин отшил девушку, — из-за угла вышла Фролова и направилась ко мне. — Сегодня дождь пойдет?
— Что за сарказм в голосе?
— Ну, как же. Ты ведь ни одной юбки в академии не пропустишь! — ответила девушка.
— Именно поэтому ты ходишь в штанах?
Я обошел девушку и направился дальше. Можно было бы развить тему, но сейчас настроения совершенно не было.
— Миша!
Голос Фроловой заставил остановиться и повернуться к ней. Она тут же подбежала ко мне и заключила в объятия.
— Ничего не говори, я знаю сколько для тебя значил этот турнир. Не расстраивайся, ты ведь занял второе место и получил право участвовать в Великом турнире! Начинай готовиться, там каждый второй будет с двумя атрибутами.
— Ничего, как-нибудь справимся. Ты ведь тоже едешь!
— Ну, да — ответила Маша, засмущавшись.
— Кстати, хотел извиниться за то, что выбил тебя из турнира…
— Тебе не за что извиняться, просто ты оказался сильнее, — Маша хитро сощурилась. — Но раз ты решил извиниться, с тебя дружеская прогулка по академии.
— Куда же мы пойдем?
Я прокручивал в голове места куда можно пойти. В спортзал идти глупо, там Фролова и без меня бывает часто. В библиотеку — глупо.
— Ну а куда ты постоянно девушек водишь?
Так, не пойму, Фролова пытается перейти в другую категорию? Ладно, есть идея.
— Идем!
Я потянул Машу за руку наверх. Мы взбежали по деревянным ступеням и забрались на крышу. Сегодня там было особенно красиво, или мне просто показалось? Тишина, в отличие от гомона в коридорах — народ вышел из спортзала и активно обсуждал зрелище. Солнечные лучи пробивались в окна. Кстати, об окнах. Я зацепился руками за поперечную балку и подтянулся наверх. Отсюда открывался отличный вид на внутренний двор академии. И почему я раньше не замечал это место? Наверно раньше мысли были заняты совсем другим.
— Давай руку! — я ухватился за балку и протянул правую руку Маше.
— Еще чего, сама заберусь! — отозвалась девушка и буквально в пару мгновений вскарабкалась наверх.
— А тут и правда красиво! — воскликнула она, осматривая окрестности.
Теперь, когда турнир подошел к концу, я сконцентрировался на учебе, оставив только тренировки у Палыча. Да, нужно было как-то поддерживать себя в форме, потому что не за горами поездка на Великий турнир, и я как занявший второе место, поеду представлять Ростовскую академию, но сейчас учеба была важнее. Это мой шанс попасть в Москву, заявить о себе и добиться, чтобы охоту за мной прекратили. Теперь моя мотивация подогревалась не только желанием сохранить свою жизнь, но и уберечь Кирилла. Кто знает, может, суть моего задания как раз и заключается в том, чтобы Кирилл продолжил линию Гущиных и дал начало возрождению рода?
Следующий месяц я почти не отрывался от книг. Ребята расслабились, проводили вечера в гостиной, играли в фанты, а когда погода окончательно наладилась, выбрались гулять в парк на территории академии. Там играли в мяч, бросали кольца, стараясь попасть на столбы, а влюбленные парочки искали тишины и уединения на лавочках с края аллейки. После того случая на финале турнира Фролова не показывала никакой заинтересованности в дальнейших отношениях. Она вела себя обычно, как и раньше, а когда я попытался сблизиться с ней, ответила очередной колкостью. Ой, да и ладно. Пусть себе ерничает, не особо то и хотелось. Хотя… Зацепила, что тут сказать.
Наступило время подведения итогов года. Если после третьей четверти я отставал от Игнатьева на целых два с половиной бала, то сейчас мне оставалось только надеяться на победу. Свои оценки я хорошо знал, а вот что там у Макара…
Я вынул свой листок успеваемости и пробежал по нему глазами.
Физподготовки в списке не было, потому как за этот предмет оценки не ставились. За год средний бал почти не поднялся, но это только кажется из-за грамматики. Ее при поступлении не было, а этот предмет тянул меня вниз. Вот уж не думал, что на нем провалюсь. Остается надеяться, что у Игнатьева все еще хуже и никто другой меня не обогнал.
Весь первый курс собрался в лекционной аудитории. Сегодня перед нами стояли все преподаватели, которые работали в течение года с нашим курсом. Андриянова вышла вперед и усилила свой голос при помощи дара.
— Приветствую вас студенты академии! Уже завтра вы начнете разъезжаться по домам и вернетесь в эти стены уже студентами второго курса. Но это касается не всех. Как я уже говорила, лучшая пятерка студентов отправится в Москву, где продолжит обучение в стенах Московской академии для одаренных. Сейчас мы традиционно огласим рейтинг студентов. Первые пять фамилий, которые я назову, и есть те самые счастливчики.
Я перевел взгляд на Машу, и она нахмурилась. Неподалеку от нее стоял Игнатьев, который был очень напряжен. Похоже, волновался не меньше моего.
— Итак, Ефремов! Средний бал — девяносто три с четвертью!
Ничего себе! Ну, на первое место выбраться у меня просто не было шансов. Между тем Андриянова продолжала оглашать рейтинг и с каждым ее словом сердце сжималось от волнения.
— Хорошилов! Средний бал — девяносто один! Кормчев, средний бал —восемьдесят восемь с половиной! Кильчицкий, средний бал — восемьдесят шесть с четвертью! Гущин, средний бал — восемьдесят пять с половиной!