Сергей Баранников – Распределение (страница 35)

— Все в сборе? — поинтересовался Семёнов, заглянув в ординаторскую.

— Как видите, — первым отозвался Артём. — Вы Анатолия Яковлевича не видели?

— Говорит, что занят, поэтому напутственное слово буду говорить я, — заявил старший целитель. — Честно говоря, идея отправлять бригаду без старшего мне совершенно не нравится, слишком уж у вас мало опыта, но я надеюсь, что вы не наломаете дров. Если столкнётесь с проблемой, которую не сможете выдюжить своими силами, лучше отправляйте пациентов к нам. Да, это дополнительная нагрузка на отделение, но мы ведь для того и работаем, чтобы помогать пациентам! Если выпадет ехать в следующий раз, будете подсказывать остальным.

— А это не единоразовая акция? — удивилась Нина.

— Привыкайте, такие поездки проходят ежегодно, только населённые пункты разнятся. Нашей больнице выпали Новомихайловск, Яшмань и Удильск. Подробнее узнаете у местных. По приезду в каждый посёлок, вам необходимо отметиться в фельдшерском пункте. Там вы и будете располагаться.

— А почему мы едем сейчас? Разве не логичнее было бы летом ехать? — справедливо заметила Нина.

— Весной и осенью обостряются хронические заболевания, поэтому обойтись без целителей особо тяжело. А летом многие работники разъезжаются из тех посёлков по домам, потому и нагрузка не такая большая. Сейчас самое время, потому как нужно успеть, пока дороги не замело снегом. Удачи, коллеги! Надеюсь, вы не посрамите честь Первой Градовецкой больницы!

Из ординаторской мы направились прямиком в бухгалтерию, где получили командировочные деньги.

— Восемь тысяч на восемь дней — можем ни в чём себе не отказывать, — рассмеялся Артём, сжимая в руках несколько купюр.

— Слушай, уже лучше, чем ничего, — ответил я, прикидывая сколько нужно взять с собой, чтобы наверняка хватило. Там, куда мы отправлялись, деньги имели небольшое значение. Куда важнее была еда, вода и экипировка, а с этим у нас была беда.

— С другой стороны, нам посчитают эти дни, как рабочие, поэтому деньгами точно не обидят, — подхватила Нина.

— Ладно, убедили, — отмахнулся парень. — Просто неохота с пустыми руками ехать.

— А зарплата твоя где? — удивился я.

— Отец отбирает половину, — признался парень. — Говорит, что это взнос в семейный бюджет, откуда мы платим по счетам и покупаем всё необходимое. Я не жалуюсь, но на жизнь остаётся немного. Сами знаете сколько младшие целители получают.

Нина постаралась скрыть свои эмоции, но я заметил в её взгляде неприязнь, с которой она посмотрела на Мокроусова-младшего после его слов.

— Зато ты подготовлен к самостоятельной жизни. Мне вот сейчас совсем нелегко, и я бы не отказался, чтобы меня так закалили перед самостоятельным плаванием, — поддержал я коллегу.

Ехать нам предстояло утром следующего дня, поэтому у входа в больницу мы распрощались и отправились готовиться к поездке. Я сложил в рюкзак купленные недавно артефакты, тёплую одежду, аптечку и запас еды на сутки. Конечно, следовало взять больше еды, но тогда бы размеры и вес поклажи увеличились в разы. К тому же, мне понадобился бы рюкзак побольше, а такие расходы не входили в мои планы.

Утром я закинул рюкзак на плечо, осмотрел перед уходом своё скромное жильё и направился на вокзал. Проходя мимо каморки консьержа, пожелал ему доброго утра. Выйдя из подъезда, вдалеке увидел маячившую впереди спину Мартынова, торопившегося на работу. Толик опаздывает и наверняка схлопочет нагоняй от Семёнова. Ну, а мне самое время поспешить на автобус, если не хочу опоздать на поезд.

С Артёмом и Ниной мы встретились уже у кассы. Без проблем взяли билеты в одно купе и отправились искать свой вагон. В это время прибывал пассажирский поезд из Ярской губернии, поэтому пришлось немного потолкаться в толпе, чтобы добраться до второго перрона. Люди тащили чемоданы и оглядывались по сторонам, разыскивая взглядом родных. Другие, наоборот, спешили к вагонам с билетами в руках и поклажей. Посреди толпы ловко сновали торговцы, рассчитывая всучить кому-то свой товар.

— Пирожки горячие! Картошка, ливер, горох! — рекламировала тучная женщина, прикрывая рукой корзину с ароматной выпечкой. Я успел отметить, что она завернула пирожки в бумагу и накрыла их платком, избегая попадания пыли. Вот это я понимаю условия! Не будь у меня привычки путешествовать на голодный желудок, непременно бы купил парочку.

— Жильё в Градовце посуточно. Пять минут до автобусной остановки! — скандировал мужчина в кепке, выглядывая приезжих.

— Ага, знаю я эти пять минут, — рассмеялся Артём. — Потом окажется, что он имел в виду время путешествия на машине в полночь, когда на дорогах нет пробок.

Мужчина услышал слова парня, скривился и провёл его недовольным взглядом, но не стал вступать в споры. Видимо, Мокроусов попал в точку.

Из этой свиты меня особенно заинтересовали два человека — гармонист, пытавшийся перекричать шум толпы и молодой паренёк, размахивавший над головой кипой газет.

— Слушайте все! Энергия иссякает! Скоро дар окончательно покинет наш мир! — кричал парень, пробиваясь сквозь толпу. Он старался всучить прохожим свои газетёнки, но большинство людей проходили мимо без малейшего интереса.

Поравнявшись с нами, парень протянул газетку мне, и я её принял. Ну, не могу я вот так отказать человеку, который вроде как честно зарабатывает свои деньги. В прошлой жизни я всегда выручал подростков, раздававших листовки у торговых центров. Им ведь нужно впихнуть рекламку, чтобы заработать деньги. Думаю, здесь та же история. Это не значит, что мне интересно, возможно, я даже не прочту что там написано и выброшу бумажку в ближайшую урну, но человека выручу.

— Читайте все! Пророчества слепого провидца! Одарённым остались считанные месяцы! — едва ли не на ухо заорал мне парень. И это его благодарность за выручку?

Не знаю, верит ли этот паренёк в чушь, которую несёт. Могу даже предположить, что ему всё равно, лишь бы платили, и вот это на самом деле страшно. Такой человек без принципов ради денег может и на преступление пойти. Я бы вот так не смог, переступить через свои убеждения… Но, к счастью, я целитель, мой дар никуда не торопится исчезать, и я могу зарабатывать на хлеб, принося пользу, а не забивая всяким мусором головы людей.

— Костя, ты серьёзно собираешься читать эту чушь? — поморщился Артём, бросив брезгливый взгляд на тоненькую газетку в моих руках.

— Нет, конечно. Просто парня жалко. Ему ведь нужно поскорее всё раздать. Другой бы бросил куда-нибудь в овраг, или забрал на растопку печи…

— И правильно бы сделал, — заметила Самошникова. — Эту чушь всучивают людям явно не к добру.

— Да брось, очередная бульварная сплетня, которую пытаются подороже продать, — отмахнулся Мокроусов.

Парень стал для меня открытием. В больнице он немногословен, всегда сосредоточен и не уходит далеко от отца. А в его отсутствие чувствует себя заметно свободнее.

Только я хотел возразить, как кто-то потянул меня за рукав. Обернувшись, я увидел того самого парня, который раздавал листовки.

— Возьмите сборник с предсказаниями провидца Антония. Там перечислено всё, что нас ждёт в ближайшие годы. Всего полторы тысячи.

— А хотите мы пройдём к дежурному наряду полиции и спросим что вас ждёт в самом ближайшем будущем? Думаю, они тоже умеют предсказывать судьбу. Ненадолго, года так на три…

Я даже договорить не успел, как парень затерялся в толпе. Зато больше до отправления поезда мы его не слышали.

Нам досталось шикарное купе, в котором мы могли расположиться втроём. Судя по всему, сейчас на север губернии ехало не так много людей, потому как наш поезд был наполовину пуст. К моему удивлению, никто из попутчиков не принялся мгновенно доставать еду, как это обычно бывало в моём мире. Стоило нам разложить вещи, Нина попросила нас с Артёмом выйти, чтобы переодеться. К тому моменту поезд уже тронулся, и станция проплывала перед нашими глазами. Я успел полюбоваться архитектурой главного здания станции, посмотрел на город через окошко вагона поезда, а через несколько минут Градовец остался позади. Вид за окном сменился на бескрайние холмы, за которыми иногда виднелась река.

— Мальчики, я готова, — произнесла Нина, распахнув дверь. Девушка переоделась в тёплую пижаму с капюшоном, на котором болтались заячьи ушки. — Вы пока переодевайтесь, а я схожу к проводнице и закажу нам чай.

Минут через пятнадцать мы грелись ароматным чаем с лимоном и болтали о больнице. Казалось бы, у троих молодых людей могло быть бесчисленное количество тем для разговора, но работа занимала больше всего мыслей.

— Знаете, с Журавлёвой получилось, как из огня, да в полымя, — призналась Самошникова. — Анатолий Яковлевич, конечно, тоже был не подарок, но и с Татьяной Александровной не забалуешь. Да, строгая и принципиальная, но хотя бы от неё не приходится ждать подлянки, как от нашего прошлого старшего целителя.

— Зато теперь ждёшь подлянки от заведующего отделением, потому как Капанин перебрался туда, — рассмеялся Артём.

— Жаль Радимова, — поддержал я. — Вот кто действительно был на своём месте.

— Просто так никого не увольняют, — возразила Нина.

— Отец говорит, что причиной увольнения Егора Алексеевича стали непомерные амбиции Капанина. Если у того всё выгорит, он надолго не задержится на месте заведующего, и попытается перевестись в Москву.