Сергей Баранников – Мы будем первыми! Путь к звездам (страница 47)

Дорога до Ростова выдалась запоминающейся. Мы ехали своей компанией, билеты на автобус взяли так, чтобы поместиться поближе друг к другу, а условия радовали: работающий кондиционер, спасающий от жары, и мягкие комфортные сидения.

— Мишка, ты здорово придумал на счёт аэротрубы, — похвалил меня Абрамов. — Это и увлекательно, и в будущем пригодится, когда мы будем поступать в Центр подготовки космонавтов.

— Ну, не знаю! — возразил Руслан, который поехал только потому, что Оле непременно захотелось полетать в аэротрубе. — Я в космос не собираюсь, мне и на Земле работы хватит. Но ради общего развития почему бы и нет?

— А мне всегда хотелось с парашютом прыгнуть! — неожиданно призналась Даша. — Но я себя знаю, я ведь такая трусиха, что никогда не решусь прыгнуть, даже с инструктором. А тут вроде бы и ощущения те же, что при прыжке, но и не так страшно. Точнее, совсем не страшно.

— Это ты ещё не пробовала, — заметил Артём. — И потом, с парашютом прыгать всё-таки круче. Больше свободы действий и можно полюбоваться классным видом с высоты птичьего полёта.

— Тём, тебе-то откуда знать? Ты разве когда-нибудь прыгал с парашютом? — удивилась Кира.

— Прыгать — нет, но я смотрел кучу видео на эту тему. Если на экране это выглядит красиво, то в жизни ещё лучше.

За разговорами я не заметил как мы проехали половину пути. Потом Даша надела наушники и слушала музыку, а я задремал и проснулся только после того, как мы добрались почти до самого города. К аэроклубу ехали на микроавтобусе, который вызвали на автовокзале. Он находился на окраине города, и добираться сюда пришлось почти час. Но оно того стоило.

Чего здесь только не было! Планеры, дельтапланы, одноместные самолёты и, конечно же, здание, в котором мы нашли аэродинамическую трубу.

— Ребята, с деньгами не торопимся! — осадил нас инструктор по имени Алексей, который отвечал за то, чтобы наши полёты прошли без травм и принесли массу положительных эмоций. — Давайте сначала пройдём медицинский осмотр. У кого-нибудь есть противопоказания?

— Вы сначала расскажите что считается этим самым противопоказанием, — потребовал Руслан.

— Беременность, сердечно-сосудистые заболевания и ещё парочка вещей, о которых вам расскажет врач, — ответил мужчина и открыл перед нами дверь. — Прошу!

Когда настала моя очередь общаться с врачом, я заверил его, что отлично себя чувствую и никогда не испытывал проблем со здоровьем. То, что мы студенты воздушно-космической академии подействовало успокаивающе на него, потому как врач прекрасно понимал, что нас проверяют каждый год на медосмотрах так, что хоть сразу из-за парты в космонавты бери.

Наконец, когда формальности были соблюдены, а бумаги подписаны, мы оплатили занятие с инструктором, переоделись в обтягивающие костюмы и вышли в коридор. Я специально выбрал спортивную обувь, чтобы было удобно. На счёт одежды сильно не забивал голову — всё равно сверху был защитный костюм. Главное не замёрзнуть, потому как ветер будет дуть — мама не горюй! Голову надёжно защищал шлем. Остальные ребята выглядели в точности также.

— А это точно безопасно? — заволновалась Даша, увидев размеры трубы.

— Абсолютно! — заверил её инструктор. — Слушайте меня, и тогда ничего плохого не случится.

— А если мы упадём с большой высоты? Сколько здесь метров? — не унималась Павлова.

— Четыре в ширину и семнадцать метров в высоту. Вверх не улетите — там прочная крыша. Вниз тоже провалиться не выйдет — вентиляторы защищены прочной металлической сеткой. Ещё вопросы есть?

— А какой вес максимально допустимый для полётов? — забеспокоилась Оля, комплексующая из-за небольшого лишнего веса.

— Среди вас точно нет тех, кто не подошёл бы по весу, — успокоил её инструктор. — Мы установили ограничение в сто двадцать килограмм, но на самом деле можно и с большим весом, просто решили обезопасить себя. Вопросы ещё есть? Тогда слушаем меня внимательно!

Инструктор объяснил как входить в трубу и как держаться. На самом деле, всё оказалось очень просто: занимаешь положение для взлёта, а затем увеличиваешь площадь тела касательно плоскости, чтобы воздух вытолкал наверх, или уменьшаешь, чтобы спуститься ниже.

— Буквально старайтесь надавить руками и грудью на воздушный поток, — напутствовал Алексей.

Летать в аэротрубе решили по одному. У каждого из нас было по двадцать минут времени, чего хватило с лихвой. Пока первый человек летал, второй готовился сменить его, а остальные сидели в кафешке, которая нашлась неподалёку. Плотно обедать никто не стал, но подкрепиться не помешало бы, потому как мы больше десяти часов ничего не ели.

Первым летать вызвался Артём. Девчонки заметно трусили, поэтому охотно пропустили его вперёд. Ну а принимать эстафету приходилось мне.

— Удачи! Держу за тебя кулачки! — подбодрила меня Даша и поцеловала так, будто я собирался летать не двадцать минут на аэротрубе, а столько же лет в космосе.

Через положенное время Абрамов вышел из трубы. Его ноги заплетались, а сам он едва двигался.

— Кажется, я завтра вообще не встану! — признался парень. — Мышцы болят просто невыносимо.

— Приезжайте почаще, тогда и мышцы привыкнут! — ухмыльнулся Алексей и махнул мне рукой, приглашая войти.

Кто сказал, что летать в аэродинамической трубе легко? Пусть выдйет и попробует с первого раза совладать с воздушным потоком. Минут пять у меня ушло только на то, чтобы перестать барахтаться в воздухе, как осеннему листу, подхваченному потоком ветра. Ещё через пять минут я научился контролировать своё тело и подниматься или опускаться по трубе. Кстати, ещё то удовольствие! Когда воздух подбрасывает тебя и уносит метров на пять вверх всего за пару секунд, впору забыться и сорваться вниз.

Но я быстро учился, а может, не такая уж это и сложная наука. В любом случае, к концу времени я даже выписывал различные фигуры в воздухе.

— Нормально, с парашютом уже можно прыгать, — успокоил меня Алексей. — Главное — учись контролировать тело и чувствовать воздушные потоки. И не паникуй! Тогда всё получится. Если сейчас тяжело, то представь как будет на высоте в пару километров, когда решения нужно принимать быстро, а при этом учитывать ещё кучу разных факторов.

— Я ведь буду не один, а с инструкторами.

— В любом случае, полагаться стоит только на собственные силы. Пусть они исправят тебя, если ты допустишь ошибку, но ты должен справиться сам. Или будешь перепрыгивать заново, пока не научишься.

Выходя из трубы, я понимал Артёма. Мышцы действительно болели так, словно я пробежал марш-бросок километров на десять. Причём, первые километров пять бежал в классическом стиле, а остальную дистанцию прошёл на руках.

Сменив обтягивающий костюм на привычную одежду, я присоединился к друзьям и взял себе чай с лимоном. Думаю, что-нибудь горячее должно немного взбодрить, а лимон поможет набраться сил и энергии. Ничего есть не стал, потому как боялся, что обед выйдет обратно.

Памятуя проблему с темнотой перед глазами, я боялся летать в трубе и схватить тот же эффект, но к моему счастью ничего подобного не произошло.

Даша присоединилась к нам через полчаса. Пришлось даже встретить девушку, чтобы помочь ей добраться до кафе.

— Нет, двадцать минут летать в трубе — это слишком! — призналась она. — Зато впечатлений море. Мне теперь хватит на весь следующий год.

К вечеру мы в полном составе собрались в кафе, перекусили и пошли слоняться по территории аэроклуба. До автобуса у нас оставалось не меньше четырёх часов, поэтому мы могли посмотреть как летают другие.

— Эх, сесть бы за штурвал и самому порулить! — не выдержал я, глядя как в небо поднимается очередной самолёт.

— Не переживай, Мишка! Ещё полетаешь. Вот увидишь, Рязанцев скоро объявится.

Действительно было немного удивительно, что Лев Михайлович не предупредил нас о полётах заранее. Неужели в этом году будет начинать летать с сентября? В принципе, я не особо расстраивался, потому как у меня было время на реализацию ещё одной затеи.

— Нет, Миша, мне и аэротрубы хватило. С парашютом прыгай как-нибудь без меня, — призналась Даша, когда я предложил ей составить мне компанию.

У меня остались контакты ребят с нашего аэроклуба, который дал мне Рязанцев в конце учебного года, поэтому далеко ездить не пришлось. Созвонились с инструкторами, я взял необходимые справки и отправился покорять небо на стропах парашюта.

После полёта в аэродинамической трубе прошло три дня, и мышцы немного пришли в себя. Правда, уже после первого прыжка они снова ныли, словно я только что полетал двадцать минут.

В первый раз со мной прыгали два инструктора, которые страховали каждый шаг. Я всё делал сам, но если бы замешкался, они вмешались бы и исправили опасную ситуацию. Понимая, что я отлично контролирую ситуацию и не паникую, мне даже доверили самому порулить стропами.

Да, здесь всё происходит совсем иначе. Ты чувствуешь огромное пространство вокруг, высоту и понимаешь, что время идёт на секунды, а потому действовать нужно быстро. С земли за прыжком следил инструктор и по рации, установленной в шлеме, подсказывал, когда нужно формировать «подушку», чтобы снизить скорость и безопасно приземлиться.

За четыре дня я прыгал ровно десять раз — дважды всё-таки пришлось перепрыгивать, чтобы корректно выполнить задание и перейти на новый уровень. Не могу сказать, что я стал профессионалом в прыжках с парашютом, но определённый опыт у меня появился, и это здорово!