Сергей Баранников – Арктическая академия. Остров-призрак (страница 49)

Я перевёл взгляд на друзей, и тут радость от завершения миссии исчезла. На полу лежали тела Бориса Ефимовича и Виктора, Никитский был весь в крови, а двери штурмовали десятки бойцов «Октопуса». Ребятам пока удавалось сдерживать их натиск, но ситуация была критической. В какой-то момент друзья оставили попытки отбиться и заперли двери. Надолго их, конечно, не хватит, но какое-то время у нас есть.

— Дайте мне пару минут! — попросил Кеша.

— Что ты затеял?

— В этих ящиках полно взрывчатки. Я намерен подорвать весь этот остров. Пусть мы не выберемся отсюда, но и эти негодяи уже никому не навредят!

— Э, погоди! Я не собираюсь умирать! — возмутился Лёня.

— А что ты предлагаешь?

— Вытащить вас отсюда. Правда, не всех… На всех у меня уже не хватит силы.

— Тогда бери Настю, Арину и Ладу. Остальные знали, на что идут.

— Я не пойду! — немедленно воспротивилась Сотникова. — Арс, я останусь с тобой!

— Уйдут все! — проревел Никитский, а когда в комнате повисла тишина, добавил уже спокойнее. — Все, кроме меня. Разве никто из вас не обратил внимания на дверь с другой стороны? Взорвём её, и вы сможете выбраться отсюда, а я подорву арсенал.

— Зачем взрывать? Я открою! На это силы у меня точно хватит! — оживился Лёня, который всего минуту назад уже готовился к смерти.

— А что, с той стороны тихо, — задумался Кеша.

— Нет, если кому и оставаться, то мне! — запротестовал я. — Это по моей вине мы оказались здесь и угодили в ловушку.

— Арс, не нужно этого благородства! — остановил меня ратник. — Я ранен и с трудом смогу идти. И потом, ты нужен этому миру больше, чем я. Уходите и расскажите всем каким был Фёдор Никитский и как он встретил свой конец.

Пока Аксёнов собирался с мыслями думал, Никитский прикрепил заряд к двери и поспешно отбежал в сторону. Конечно, мы здорово рисковали, но Федя рассчитал заряд правильно.

— Откуда ты научился таким премудростям? — удивился Уваров.

— На рудниках ещё не такому научат, — ухмыльнулся парень. — Всё, бегите!

Раненые и измотанные мы бежали по узкому коридору на встречу к свободе. Те, кто был в силах, помогали бежать раненым. Удивительно, что с этой стороны никто не перекрыл нам путь к отступлению. Неужели не рассчитывали, что мы можем оказаться в арсенале и выйти наружу? В любом случае, эта ошибка сыграла нам на руку.

Добраться до берега, где был пришвартован наш катер, нам удалось всего за пару минут. И тут Кеша наткнулся на своих же летяг.

— Ребята, а ведь это мысль! — выпалил артефактор и схватился за пульт.

— Кеша, свои игрушки оставь на более подходящее время! — одёрнул я артефактора.

— Нет-нет, я знаю как спасти Никитского! Дайте мне рацию!

Уваров выхватил рацию из рук Лёни и на скорую руку примотал её к летяге, а затем ухватился за пульт.

— Всё очень просто, — пояснил Кеша. — У каждой летяги есть камера, которая передаёт изображение на мой планшет…

— Кеша, давай ты расскажешь по ходу дела, а пока убираемся отсюда.

— Только не покидайте зону действия рации! Под землёй сигнал глушится, поэтому расстояние режется просто до неприличия!

Мы спустили катер на воду, Лёня устроился за штурвалом, а остальные сгрудились вокруг Кеши, наблюдая за картинкой в планшете. Летяга добралась до базы за считанные секунды и влетела по коридору в арсенал. Никитский уже подключил детонаторы к ящикам и собрал взрывчатку в кучу, когда заметил летягу и попытался её сбить доской от ящика.

— Говорит Уваров! Федя, не дури! Хватайся за каркас летяги и держись покрепче, мы тебя вытянем!

— Обождите! — пробасил парень и поджёг импровизированный фитиль, который он сделал на скорую руку. Под грузом ратника летяга двигалась медленно, но успела вытащить пассажира из подземной базы, когда произошёл взрыв, от которого задрожала сама земля. Никитский сорвался и рухнул в воду, поэтому нам пришлось вернуться за ним.

Парня немного оглушило, поэтому слышал нас он с трудом. Когда мы затянули его в катер, перевели взгляды на берег, опасаясь погони. Сейчас мы были лёгкой мишенью, и нас могли перестрелять с берега, но дело было в том, что берега не было…

— Смотрите, там огромная воронка! — заметил очевидный факт Уваров. — Подземной базы больше нет! Ушла под воду вместе со всей нечистью, которая собралась там.

— И с телом Гронского, — добавил я уже тише. Я всё ещё не мог поверить, что наставника больше нет. В этом мире он был мне отцом, я всегда чувствовал его поддержку и присутствие. А теперь его нет, и я снова остался совсем один. Да, рядом была Арина, Кеша, друзья… Но такого челвоека, как Борис Ефимович, уже не будет.

— Он ушёл в бою, а тело его поглотил океан. Думаю, это не самый плохой конец, — произнёс Лёня, глядя туда, где располагалась подземная база.

— Слышите? Там кто-то есть! — закричал Уваров, и первым бросился к краю воронки.

В развороченной от взрыва лаборатории нашлось много уничтоженной техники. Здесь же лежали люди, которые не пережили подрыв арсенала. Кеша осмотрел один из артефактов, нажал что-то, отчего механизм издал противный звук.

— Надо же, работает! Видно, что делали на совесть.

— Что это? — поинтересовалась Лада.

— Передатчик и шифровальная машина в одной коробке. Эта штука передаёт сигналы на большие расстояния.

Стоны повторились, и мы поспешили на звук. Нам удалось отыскать человека, которого отчасти засыпало землёй. Он был сильно ранен и дышал с трудом, но понимал, что происходит.

— Вы меня убьёте? — с нескрываемым страхом спросил он на ломанном русском, а его нижняя губа предательски затряслась.

Кеша перевёл взгляд вниз и увидел, что ноги бойца были изувечены и сильно кровоточили. Парень хотел было что-то сказать, но вмешался я:

— Нет, не убьём. Если ты выполнишь наше условие. Передай послание кураторам, что вы везёте крупную партию груза через пролив Белоброва к острову Ушакова, а затем через Землю Франца-Иосифа на Шпицберген, и вам нужно сопровождение. Скажи, что вас нужно встретить в проливе Белоброва и обеспечить безопасный проход.

— Но ведь в проливе Белоброва минное заграждение, там нельзя пройти! — заволновался пленник.

— Я знаю! Но ваши кураторы об этом могут не знать. Передавай! И учти, что я слежу за тобой, и любая попытка предупредить их окажется для тебя смертельной.

Уваров протянул радисту шифровальную машину, и тот застучал по клавишам. Удивительно, что он вообще оставался в сознании. Видимо, заряд адреналина придавал ему сил. Парень принялся выстукивать послание, а я внимательно следил за его руками. Кеша стоял рядом и проверял каждый переданный символ.

— Передал! — произнёс парень, помрачнев.

— Вот и молодец! Считай, что ты этим самым спас себе жизнь.

— Они всё равно найдут меня, — произнёс парень. — Вы не представляете, насколько сильные организации стоят за «Октопусом». Лучше бы вы меня застрелили…

Силы покидали парня, и он закрыл глаза, а может и вовсе потерял сознание. Я не обманул, мы не стали его убивать, но и спасти его не было никакой возможности. В нашей группе не было ни одного целителя, а такие раны не каждому профессионалу будут под силу.

— Не вешай нос, парень, — похлопал я обмякшего пленника по плечу, а Кеша забрал печатную машинку из окоченевших рук радиста и поспешил за мной.

Мы не стали задерживаться на острове. Кто знает, сколько здесь осталось уцелевших бойцов «Октопуса»? Да, теперь у нас было оружие, но не было ни малейшего желания встревать в перестрелки. Пусть этим занимаются военные. Главную задачу мы выполнили.

— Слушайте, а хорошая бухта получилась! — оживился Аксёнов. — Предлагаю назвать это место бухтой Никитского!

Мы держали курс на остров Котельный, где находился наш корабль, а я не сводил взгляда с того места, где ещё совсем недавно был остров-призрак, ставший меньше почти на четверть. Нам придётся многое рассказать о том, что случилось.

— А я так и не понял, почему они сидели там? Бенедикт говорил, будто они чего-то ждали, — задумался Уваров.

— Сигнала, чтобы атаковать, — предположил я. — Вот бы только нам узнать заранее что это за сигнал такой и быть готовыми.

Для экипажа корабля мы озвучили версию, по которой наша группа столкнулась с браконьерами, Виктор погиб, а несколько членов экспедиции получили ранения. О Гронском мы даже не упоминали. А вот у военных появилось много вопросов. Особенно после того, как научная станция передала им данные с сейсмических датчиков. По указанным нами координатам немедленно отправили большой отряд на разведку и поиски уцелевших бойцов «Октопуса».

По возвращении в Мурманск я пытался связаться с Василием Степановичем, но телефон Щукина не отвечал, а на следующий день Остроумова немедленно собрала нас на совещание. Да, присутствовали не все, многие на время отпуска решили отправиться в экспедицию или в путешествие.

— Буквально пару часов назад произошло ужасное событие, которое может иметь серьёзные последствия для всей страны, — произнесла Акулина Ивановна, окинув нас взволнованным взглядом. — Сегодня утром умер император. Пока неизвестно кто из его семьи возглавит страну. Это будет либо его брат Владислав Александрович, либо старший сын — Михаил Павлович. Мы не можем знать наверняка что происходит внутри императорской семьи, но в Москве волнения, возникают стычки противоборствующих фракций, въезды в город перекрыты. Мы получили рекомендации перенести начало учебного года на более поздний период и дать возможность студентом оставаться по домам.