Сергей Баранников – Арктическая академия. Объект "Вихрь" (страница 31)

— За себя? Ты издеваешься надо мной? — сорвался парень. — Тебе мало было сорванной свадьбы, так ты решила добить меня новостью о том, что у тебя с этим мерзавцем будет ребёнок? Зачем ты тогда просила помочь тебе? Зачем парни подставлялись и рисковали собственными жизнями?

— Ты не понял, Коль. Срок четырнадцать недель, а это значит, что зачатие произошло в конце июля. Сразу скажу, что кроме тебя у меня никого не было. Это твой ребёнок, Гаранин!

Стоило видеть лицо Николая. Сначала на нём появилось удивление, потом радость, а затем нерешительность. Парень сдвинулся с места, но так и замер, не зная как себя повести. Лиза это поняла, а потому взяла инициативу в свои руки:

— В общем, если твоё предложение ещё актуально, я согласна.

— А, потаскуха передала весточку своим друзьям… — протянул швед, поднимаясь на ноги. — Вы думаете, что можете так просто врываться ко мне в дом и уйти? Storma!

Энгстрем приказал охране атаковать нас, вот только все его охранники были нейтрализованы. Кеша лично каждому из них связал руки, заткнул рот и завязал глаза, а если Уваров берётся за работу, она будет выполнена качественно, хоть иногда и с непредсказуемыми последствиями.

Гаранин шагнул к шведу и наотмашь ударил его по лицу, отчего тот снова растянулся на полу. Мужчина закрыл лицо руками, а я заметил на его плече знакомый символ.

— Дорогой ты мой человек, а покажи-ка свою ручку! — произнёс я, направляясь к хозяину дома.

— Арс, у тебя открылся дар предвидения? Не знал, что ты умеешь гадать по руке, — удивился Уваров.

— Ещё как умею, Кеша! Порой я просто сам себе удивляюсь. Вот, например, этот подонок каким-то образом связан с культом Октопуса. Поглядите на метку у него на плече. Ставлю десятку, что она набита не потому, что этот гурман любит осьминогов.

— Да, я состою в культе Октопуса, — уверенно произнёс мужчина. — И скажу вам больше — вы все мертвецы, потому как за то, что вы натворили, вас уничтожат.

— Это мы ещё посмотрим. Корней, ты ведь умеешь распознавать эмоции? Помнишь, как вы с Костей тренировались проводить допросы? Вспоминай, как это делается, потому как сейчас твой талант очень пригодится. Я хочу знать всю информацию, что хранится в черепной коробке этого господина.

Глава 13. Зимние игры

Я держал в руках документы, в которых хранилась важная информация касательно деятельности культа Октопуса на территории Швеции. Если бы разведка этой страны только знала, что за бумаги у меня в руках, за мной началась бы охота, потому как в этих бумагах излагалось всё: явки, имена участников, места стоянки подводных лодок на Шпицбергене, факты подкупа должностных лиц, пытки неугодных, похищения и многое другое. Этот Нильс Энгстрем оказался далеко не последним человеком в структуре Октопуса.

Наш пленник долго не хотел колоться, но благодаря таланту Ипатова мы легко отделяли правду ото лжи, а за счёт стараний Гаранина и Кирсанова нам удалось выбить полезную информацию. Кто знает, что бы ещё он успел сказать, если бы не сжёг себя заживо, лишь бы унести свою тайну в могилу. Хотя, так даже лучше — не придётся ломать голову и думать что с ним делать. Руки марать не особо хотелось, хоть этот мерзавец и заслужил самую ужасную казнь, а сдавать хранителям порядка бесполезно — с его связями он уже через пару часов окажется на свободе.

Ничего, пусть мы лишились свидетеля, документов оказалось достаточно. Думаю, эти бумаги очень пригодятся нам. Кто вообще мог подумать, что похититель Лизы и по совместительству один из обладателей карточного долга Германа Серафимова окажется сторонником Октопуса? Но секретная документация, извлечённая из скрытого сейфа в стене дома, представляла неоспоримые доказательства.

Сейчас языки пламени, вызванные Чагиной, заметали наши следы. Совершенно необязательно кому-то знать, что здесь поработали студенты Арктической академии. Пусть местные хранители порядка роют землю в поисках улик, а мы пока спокойно вернёмся домой.

Я повернулся и посмотрел на Гаранина, который бережно обнимал Лизу.

— Коль, не будь слишком строг с Лизой. Пойми, девчонки во время беременности бывают сами не свои. Может, она и не хотела сбегать из-под венца, но гормоны сделали своё дело.

— Не волнуйся, Арс, теперь мы справимся. Добраться бы только до Мурманска…

— С этим я могу помочь, — вмешался Аверин. — Можем использовать иллюзию, чтобы провести Серафимову через паспортный контроль.

— Вы забыли об артефактах? — удивился Кеша. — В аэропорту помимо паспортного контроля стоят артефакты, которые нивелируют работу таланта. Любая иллюзия мгновенно развеется.

— Паршиво! — поник Пётр. — Тогда придётся договариваться с кем-то и вывозить Лизу из Швеции также, как и завозили сюда — нелегальным путём. Вот только без подводной лодки сделать это будет непросто.

— Ладно, утро вечера мудренее. Давайте возвращаться домой, пока Платонов не заметил нашу пропажу, а завтра подумаем как быть дальше.

— Ты хотел сказать сегодня? — улыбнулся Пётр, глядя на часы. — Через пару часов в Уппсале наступит утро.

— А сегодня ещё и биатлон! — взвыл Ипатов, вспомнив об очередном испытании.

Обратно в гостиницу мы вернулись часам к четырём утра. После лыжной гонки сил и так почти не осталось, а тут ещё и наше ночное приключение наложилось! Обратно пришлось подниматься через главный вход, потому как наши простыни уже убрали и доложили Платонову об этой выходке.

— Нагулялись? — накинулся на нас Максимыч, обведя взглядом каждого. — Мне кажется, или вас стало больше?

— Так и есть, Георгий Максимович. С нами Лиза Серафимова.

— Понятно! Серафимовы и тут подложили нам свинью! Извини, Лиза, это я не о тебе, а о ситуации вцелом, — тут же поправил себя наставник. — Марш к себе в комнаты, и чтобы до утра я вас не слышал. Утром поговорим. А вы, госпожа Серафимова, покиньте расположение команды. Вы не относитесь к нашей делегации.

— Если уйдёт Лиза, уйду и я! — встал в позу Гаранин.

— Коль, не горячись! — я вышел вперёд, взяв на себя роль главного дипломата. Самое время вспомнить всё, чему учила нас Гидрасова на парах. — Георгий Максимович, ситуация непростая. Лиза оказалась в этой стране не по своей воле, а мы ей помогли сбежать от похитителей. Учитывая некоторые особенности спасательной операции, в полицию лучше не обращаться.

Конечно, я мог бы рассказать Платонову о связи Нильса Энгстрема с культом Октопуса, а заодно и передать ему секретные бумаги, но гостиница в самом сердце Швеции — не самое лучшее место, чтобы обсуждать подобную информацию. Наверняка, даже здесь есть уши. Если не у культистов, то у безопасников точно.

— Чижов! — глаза Платонова налились кровью. Мне показалось, или сейчас Максимыч реально пожалел о том, что согласился на мою кандидатуру. — Почему от тебя одни неприятности? Ладно, Серафимова может остаться, но ночевать она будет в комнате у девушек. И хоть один случай нарушения дисциплины, и я лично вышвырну её на улицу без помощи работников гостиницы. Это касается всех. Понятно?

Наконец-то все проблемы были решены, и мы смогли подняться в свои номера. Казалось, я только сомкнул глаза, как Платонов ворвался в нашу комнату и скомандовал подъём. Сонные и не выспавшиеся мы сползли с кроватей и поплелись в ванную, а сразу после завтрака отправились на автобусную остановку. Сегодня нас ждали соревнования по биатлону.

— Значит, слушаем меня внимательно! — ворвался в нашу раздевалку Платонов. — Стартуете все одной командой с интервалом в минуту. По местным правилам стрелять должен каждый участник гонки. Дистанция пять кругов по четыре километра…

— Сколько? — простонал Кеша.

— А что вы думали? Приехали сюда отдыхать? Вы — лучшие студенты Арктической академии. Элита самой северной академии нашей страны, поэтому и спрос с вас соответствующий.

— Я бы лучше на парах сидел, — пробормотал Ипатов.

— Учту это в следующий раз! — резко ответил Платонов. — Ещё кто-нибудь того же мнения?

Максимыч внимательно осмотрел каждого студента, но больше никто не высказался. Нет, мне тоже не улыбалось переть на лыжах двадцатку. Особенно, после того, как прошли вчера восемь и пошумели ночью, но оставаться в академии и пропустить такое мероприятие всё равно не хотел.

— Ладно, вернёмся к нашей гонке, — проворчал наставник. — Первые два круга стреляете стоя, следующие пару кругов — из положения лёжа. Последний круг без стрельбы. На каждом круге со стрельбой вам нужно поразить пять целей, а на всю гонку даётся всего три запасных патрона, так что есть право на ошибку. Но не расслабляйтесь: каждый последующий промах, когда запасные патроны подойдут к концу — штрафной круг для всей команды.

— А размер штрафного круга какой? — поинтересовался Кеша. — Тоже четыре километра?

— Сто пятьдесят метров, поэтому рекомендую стрелять безупречно, как вы умеете. Тем более что расстояние до мишени всего пятьдесят метров.

— Но ведь оружие другое, — попытался выбить право на ошибку Никита.

— Кирсанов! За два с лишним года обучения вы у меня с чего только не стреляли! Вы с обычной винтовкой не совладаете? Всё, пора на выход. Удачи, ребята! Нам нужно золото, тогда уже никто не сможет нас обогнать!

Я совсем не разделял настрой Платонова. Ноги не слушались, голова соображала туго, но отказаться от участия мы не могли. Первый круг мы прошли худо-бедно. Ноги ныли и просто не слушались уже после пары километров, поэтому мы заметно сдали незадолго после старта гонки.