Сергей Баранников – Арктическая академия. Гроза Севера (страница 4)

– Ямал! – произнёс я, покачав головой. – Юрий Михайлович, у вас хорошее чувство юмора. Я как раз хотел отдохнуть от Арктики, но она нашла меня и в Москве.

– Простите, Арсений, – добродушно рассмеялся мужчина. – Мне казалось, вы оцените такой ход. Надеюсь, вы не голодны? Володька, небось, голодным отпустил из-за стола.

– Напротив, я сытно поел. Правда, это было ещё утром, поэтому от чашки кофе с круассаном я не откажусь.

Пока нам несли заказ, Сальников расспрашивал меня о севере. Мы болтали об учёбе в академии, экспедициях, моих планах на будущее.

– Понимаешь, Арсений, я совершенно не озаботился тем, чтобы иметь свои глаза и уши в академии и в Арктике в целом.

– И вы хотите, чтобы вашими глазами и ушами в Арктике стал я?

– Это очень смелое предложение и открытое. Дворяне никогда не говорят в лоб, но мне нравится твоя прямолинейность, – я отметил, что Юрий Михайлович незаметно перешёл на «ты», что говорило о его попытке договориться. – Нет, я не хочу обременять тебя такими обязанностями, но хотел бы знать о самых важных вещах. Например, если вы найдёте там месторождения полезных ископаемых, или другие ценности.

– Например, бивни мамонтов? Опасная затея, господин Сальников. Эти ресурсы принадлежат государству, и оно очень щепетильно относится к сохранности недр.

– Ты не улавливаешь тонкости, Арсений. Пусть бивни и прочие окаменелости достаются государству, я не претендую на кости существ, давно испустивших дух. Но если на каком-нибудь архипелаге обнаружится крупное месторождение алмазов, или на худой конец, железной руды, империи нужны те, кто добудут эти ресурсы. И вот здесь вступлю в игру я – подготовлю проект и получу разрешение от императора на добычу. Лёгкие деньги! Разумеется, ты получишь вознаграждение за свои труды.

– Я приму к сведению.

– Надеюсь, ты меня услышал, – без тени улыбки произнёс Сальников, пытаясь быть как можно более серьёзным.

Юрий явно сказал всё, что хотел, но у меня к нему появился разговор.

– Господин Сальников, могу я задать вам встречный вопрос?

– Весь во внимании! – мой собеседник не скрывал своего интереса, это читалось по его глазам.

– Боюсь вас разочаровать, но мой вопрос будет касаться дома Серафимовых. Что не так с Владимиром? Ещё зимой я получил предупреждение от неизвестных людей, потом предупреждение передаёте вы. Сейчас Владимир снова ходит сам не свой. Мне кажется, у него какие-то неприятности.

– Неприятности? – ухмыльнулся Сальников. – У Володи не неприятности, а реальные проблемы. А виной тому его непоследовательные шаги в общении с дворянскими домами. Я не буду называть тебе имена, но объясню схему на пальцах.

Юрий достал из внутреннего кармана ручку и нарисовал на салфетке несколько небольших кругов.

– Смотри, дворянских домов в Москве огромное множество, и часто они образуют фракции, чтобы защищать свои интересы.

– Кажется, понимаю. Это как Аверины с Вершиниными и своими вассалами.

– Верно! На самом деле, у Авериных в союзниках и подданных куда больше домов, но сейчас это не важно. Смотри, есть условная фракция Авериных, есть моя, есть фракция Кисловых, есть другие, а есть фракция, в которую всеми силами пытался вступить Владимир. Причём, не просто вступить, а получить права не вассала, а союзника. В какой-то момент это ему удаётся, но затем этот союз слабеет, а Кисловы начинают открыто им угрожать. И вот тут Володя делает то, что вызывает бурю негодования у его союзников. Он получает гарантии неприкосновенности ценой того, что покидает эту фракцию.

– Пахнет предательством, – я нахмурился и следил за руками Сальникова, потому как он сопровождал свой рассказ рисунками.

– Не пахнет, а так оно и есть. Пусть среди дворян подбирают более обтекаемые формулировки, но ты попал в точку. Вот только Кисловы не отказываются от претензий, понимаешь? И Серафимов оказывается в трудном положении. Когда под ним начинает гореть земля, он решает основать свою фракцию и собирает союзников. Как думаешь, что происходит?

– Это вызывает сопротивление от других фракций. Кому понравится, что рядом зарождается новая сила, пусть и для защиты своих интересов?

– Мне нравится как ты мыслишь, – прокомментировал мой ответ Сальников. – Именно поэтому Серафимов получил предупреждение от другого альянса дворянских домов. Но его это не остановило, он пошёл дальше и попытался переманить на свою сторону кое-кого из моей фракции. Это произошло на званом вечере у Вершининых, и я отреагировал незамедлительно. Как видишь, у Володи куча врагов. Кисловых нет, но дворянские дома из их союза питают ненависть к Серафимовым из-за того, что ты уничтожил лидера и поставил их в затруднительное положение. Мне кстати, ты оказал этим неоценимую услугу. И пусть сейчас эти люди заняты вопросами собственного выживания, некоторые всё равно могут попытаться отомстить. Как и люди из фракции, из которой Серафимов сбежал.

– Непростая ситуация.

– Очень непростая, – согласился Сальников. – Я не могу назвать Володьку мерзавцем, потому как слишком хорошо его знаю. Просто он недалёкий политик и стратег. Кстати, если захочешь, двери моего дома всегда открыты для тебя.

– Юрий Михайлович, я же не крыса, чтобы бежать с тонущего корабля. Мы попытаемся решить проблемы Серафимовых вместе, но если наши пути разойдутся, я подумаю над вашим предложением.

На этом наше общение с Сальниковым закончилось, а я вернулся в машину, где меня дожидался Алексеич.

– С опасными людьми вы общаетесь, Арсений Игоревич. Как бы чего не случилось.

– Оно и так случится, Алексеич. Я лишь пытаюсь разобраться в обстановке и отвести удар от нашего дома.

Следующий день принёс новые проблемы. После завтрака Владимир озадачил меня:

– Арсений! Сегодня поедешь со мной.

– Куда?

– Телохранители такие вопросы не задают, – ответил Серафимов-старший, напоминая о моём статусе. Всё-таки, в академии я учусь для развития таланта, а потом отработаю три года в Арктике, и неизвестно куда забросит меня жизнь. Скорее всего, придётся вернуться в Москву и работать на Серафимовых. Конечно, если к тому моменту я не придумаю способ избавиться от контракта.

В этот раз Владимир взял с собой оба автомобиля. В первом поместились водитель и три охранника, а во втором спереди находились Алексеич и охранник, на заднем сидении расположились мы с главой дома.

– Отчего такая осторожность?

– Слишком много вопросов задаёшь! – обрезал Владимир, но потом всё-таки смягчился. – Мы едем на заседание Совета, но есть люди, которые очень не хотят, чтобы я там появился. Думаю, они могут что-то устроить. Я говорю это не ради того, чтобы потешить твоё любопытство, а чтобы ты был начеку.

Автомобили проехали Барвиху, повернули на широкую дорогу, а потом свернули на улицу, где почти не было машин. Два взрыва прозвучали практически одновременно. Автомобиль повело в сторону, а в бронированную дверь ударили осколки. Взрыв был настолько мощным, что осколки смогли пробить бронированные листы, а мои ноги прошило сразу в нескольких местах. Я скорчился от боли и закричал. Видимо, боль была настолько сильной, что я сам не заметил как откатил время назад и продолжал кричать, хоть ноги были совершенно целыми. Мне потребовалось немного времени, чтобы понять – боль осталась лишь в моём сознании, на самом деле физически я больше её не испытываю.

– Что случилось? – послышался требовательный голос Владимира.

– Впереди засада… Два взрыва… – я всё ещё с трудом мог говорить, но всё-таки переборол себя и собрался. Сейчас дорога каждая секунда, потому как я даже не знаю насколько удалось откатить время.

– Что ты видел?

– Осколки прошьют бронированную дверь и ранят меня. Что дальше – не знаю.

Мне всё ещё было тяжело дышать, и каждая фраза давалась с трудом.

– Где это произошло?

– Точно не знаю, где-то в жилом районе. По обеим сторонам улицы стоят высокие дома и вывески. Там ещё рядом цветочный бутик, торговый комплекс, а впереди – парковка…

– Костя, ты слышал? – произнёс Серафимов по связи. – Заезжай в арку!

Кортеж заехал в арку, где машины остановились, а двери открылись, давая нам выйти.

– Скорее, Арсений! – скомандовал Серафимов и первым вышел из машины. – Наши враги должны думать, что всё идёт по плану.

Мы с Серафимовым и двумя охранниками из первой машины остались в арке, а кортеж поехал дальше.

– Куда они едут? Там ведь засада.

– Они выполняют мой приказ. Да, там может быть опасно, но эти люди знают на что идут. Они вскроют засаду, а там подтянемся и мы.

– Вы собираетесь идти туда?

– Конечно! Мои люди идут под пули, зная, что впереди их ждёт засада. Как я могу остаться в стороне? Станьте ровно, я дам защиту от стихий, Костя, активируй щит! Полная боевая готовность!

Ратник скептически осмотрел меня, отцепил от пояса пистолет и швырнул мне:

– Пусть это и не мощная винтовка, пробивающая броню, но всё лучше, чем с пустыми руками. Надеюсь, умеешь обращаться с этой штуокй?

Я повертел в руках боевой «Тур» и кивнул.

– Спасибо, приходилось стрелять из такой шутки.

Как ни странно, я не ощущал страха. Скорее, волнение и невероятность происходящего. Владимир вскинул руки вверх, а через пару мгновений нашу четвёрку окутали едва заметные ауры. Телохранители Владимира активировали амулеты, висевшие у них на шее, и сам Серафимов потянулся к защитному артефакту.