Сергей Баранников – Арктическая академия. Часовщик (страница 2)

В голове закружилось, и я сам не понял как снова оказался на ногах. Как ни странно, лицо совсем не болело.

– Ты смотри, он Никитского вырубил! – снова этот удивлённый возглас шестёрки Кислова. Он тугодум, или всегда дважды говорит одно и то же?

– Ты кто такой вообще? – то же смущение на лице парня. Что за временная петля? Это всё уже происходило со мной! – Ты глухой, или от страха язык проглотил?

– Платоха, да выруби его! – у меня перехватило дыхание сразу по двум причинам: всё это со мной было секунд пятнадцать назад, и если я ничего не исправлю, мне снова будет больно.

Как только Платон начал поднимать руку, я шагнул вперёд, левой перехватил руку парня, а правую согнул в локте и со всей силы заехал в лицо будущему обидчику. В падении он всё-таки зацепил меня по лицу, но это ерунда в сравнении с невероятно болезненным ожогом. Видимо, парень не ожидал от меня такой наглости, потому как удар вышел на славу – Кислов запрокинул голову и грохнулся на спину.

– Ты… ты совсем идиот? Он же сын Петра Кислова! – выпалил единственный оставшийся на ногах парень и попятился назад. – Тебе конец! Всю твою семью вырежут под корень, ты понимаешь?

– Может, мне и тебе лицо разбить?

– Не подходи, псих! – парень бросился бежать, бросив своих товарищей, а я снова осмотрелся. Портала домой нигде не было. Судя по всему, я застрял тут надолго. Зато лежавший на брусчатке парень пошевелился и даже смог подняться на руках. Я подошёл к нему поближе и помог стать на ноги. Выглядел он паршиво – нос разбит, бровь и верхняя губа рассечены, а правый глаз заплыл.

– Это ты их? – парень кивнул в сторону лежащих на брусчатке Никитского и Кислова.

– Ну, да.

– Ловко. Где учился?

– В МГУ.

– Где, блин?

– МГУ. Не слышал что ли?

– Нет, конечно! Ладно, давай валить отсюда, а то сейчас подтянутся люди Кисловых, и нам крышка.

– Да я бы с радостью, но в твоём-то состоянии мы далеко не уйдём.

– Ясен пень, что не уйдём! Поэтому мы поедем. Вон, смотри, Алексеич уже вырулил на парковку!

Рядом остановился чёрный седан бизнес класса. А неплохая машинка! В нашем мире такая стоила бы миллиона три, если не больше. Едва машина остановилась, из неё выскочил круглолицый водитель в синей униформе и с густой щеточкой усов на лице. Мужчина засуетился, открывая перед нами заднюю дверь.

– Родион Владимирович, как же так вышло? Вы же всего-то на пару минут отошли.

– Да понимаешь, Алексеич, хотел с Николаевской пообщаться, а тут Кислов со своей компанией подкатил. В общем, девчонка убежала подальше от неприятностей, а мне пришлось разбираться с этой троицей. Вон, если бы не этот парень, мне бы вообще конец пришёл.

Водитель не обратил на меня ни малейшего внимания, зато перевёл взгляд на место потасовки и едва не обомлел.

– Милостивые государи, да славятся имена их в веках! Это ж и впрямь сынок Кисловых! Ой, какой скандал будет…

– Алексеич, не сейчас! Давай в машину!

– А этот парень?

– Он с нами! Оставлять его здесь точно нельзя – порвут.

Получив негласное разрешение, я тут же плюхнулся на сидение рядом с парнем и захлопнул дверь. Бросил прощальный взгляд на площадь, где Кислов и его подельник уже приходили в себя, перевёл взгляд на место, где должен был оказаться портал, но его там не было. Водитель не стал терять время даром, юркнул за руль и дал по газам.

– Ой, что же будет! – причитал водитель, поглядывая в зеркало заднего вида. – Когда Кислов-старший узнает о том, что произошло…

– Алексеич, не начинай! Я предпочитаю опасаться того, что будет, если кисловские догонят нас, а ты ползёшь, как черепаха. Жми, давай!

– Я соблюдаю правила…

– Какие в пень правила? Сейчас Кучеров приведёт охрану Кисловых, и нас на куски порвут!

Водитель нахмурился, но притопил газку, а машина помчалась куда шустрее. Мимо пролетали какие-то дома и деревья, а я понимал, что быстро вернуться домой уже не смогу.

– Родион! – я отвлёкся от мыслей и не сразу понял, что парень протянул мне руку и представился. Ответил на рукопожатие и поспешил представиться, чтобы не показаться тормозом:

– Арсений Чижов.

– Ну, ты и чума, Арсений! Это ж надо, Никитского вырубить в рукопашке. Жаль, я этого не видел.

– А он важная шишка?

– Кто, Федька? Да нет, шестёрка у Кисловых, но боец хороший. У меня против него не было никаких шансов, а ты вот поломал.

– Он просто не ожидал.

– Да никто не ожидал! – заржал Родион. – Но Федя тебе этого точно не простит. Да что там Федя, ты Кислова вырубил, а это стопроцентный залёт! Да не дрожи ты так, прорвёмся!

Как объяснить ему, что меня трясёт не из-за драки, и даже не из-за возможных последствий? Я понемногу начал осознавать что произошло, и организм отзывался естественной реакцией. Портал Мезенцева действительно сработал, правда не так, как ожидалось. Я оказался в другом мире, который похож на наш, а обратного пути у меня нет. Или есть? Я ведь смог повернуть время обратно там, на площади. Может, если сильно постараться, я смогу повернуть время к тому моменту, когда портал затянул меня внутрь? Мысленно напрягся и попытался это сделать, но ничего не произошло.

– Фух, чуть не засыпались! – послышался облегчённый возглас с водительского сидения, когда машина выскочила на оживлённую улицу и влилась в поток других автомобилей.

– Не торопись с выводами, Алексеич! Ты же знаешь этих мразей – если вцепятся, уже не отпустят.

– Как бы вам беду не накликать, Родион Владимирович! – огорчённо отозвался водитель и замолк. Как же изящно он попросил его заткнуться! И не прикопаешься. Видимо, нельзя в его статусе по-отцовски гаркнуть. Да и вообще, я уже понял, что рядом со мной сидит какая-то важная шишка – машина, личный водитель, обращаются к парню по имени и отчеству.

В это время Родион обработал раны какой-то жидкостью, почти мгновенно остановив кровотечение, а затем принялся приводить в порядок свою одежду. Под лёгким плащом скрывалась тонкая вязаная жилетка с гербом и рубашка. Моё внимание привлек герб – на белом поле вышитая оранжевым буква «С», по бокам от которой отходят расправленные в стороны крылья, а в нижней части герба изображена дубовая ветвь с листьями.

– Эх, как вас разукрасили-то! – снова завёл старую пластинку водитель, рассматривая парня в зеркало заднего вида. – Вот Владимир Михайлович расстроится! У него и так дела не ладятся в последнее время, а еще и эта драка с Кисловыми…

– Хватит, Алексеич, и так на душе тошно! – отозвался Родион и повернулся ко мне. – Ну, а ты откуда взялся? Вид у тебя какой-то необычный.

– Из Вологды, приехал поступать в университет.

Пришлось выдать старую информацию годичной давности. Не говорить же, что я из портала вывалился! Ещё решит, что мне всё-таки заехали по голове в драке.

– Я так и подумал, – отозвался парень.

– Что подумал?

– Сразу видно, что ты из простолюдинов, потому как у тебя герба нет. И на кой ты вообще вмешивался…

– Как это? Тебя избивали, вот я и заступился. И вообще, мог бы и спасибо сказать!

– Спасибо! – тут же отозвался парень, который теперь сидел хмурый, как туча. – Сам бы я точно не справился. Правда, лучше бы загнулся, а теперь эти проблемы разгребать. Кисловы ведь так просто это не оставят, обязательно отцу какую-нибудь пакость учинят. А тебе, так вообще конец, ты ведь из простых, считаться никто не будет.

– Это еще с каких делов?

– Ты не в курсе что ли? – удивленно посмотрел на меня парень. – Ты только что вырубил двоих аристократов. И ладно Никитские, у них особо-то и связей нет, а вот Кисловы… В общем, тебя найдут и прикончат. Не удивлюсь, если приволокут с мешком на голове к Платошке, чтобы он лично тебе голову оторвал.

На лице Родиона заиграли желваки, и он непроизвольно сжал кулаки, представляя моё будущее. Да уж, не самое радужное, стоит сказать. Скорей бы этот дурацкий портал починили. Оставаться здесь мне вообще неохота.

– Вот что! Я бы высадил тебя здесь и посоветовал затаиться, но бежать смысла нет – ищейки Кисловых тебя все равно найдут, куда бы ты ни подался, так что слушай внимательно: сейчас ты едешь со мной, я расскажу отцу всё как есть, а там он уже придумает как быть дальше. Придётся тебе стать частью дома Серафимовых, иначе никак.

– А Серафимовы – это кто?

– Нет, ты точно чумной какой-то! – рассмеялся Родион. – Серафимовы – это моя семья, а дом Серафимовых – один из самых влиятельных в Москве. Понял?

– Но не такой влиятельный, как Кисловы, я верно понимаю?

– Верно! – скривился парень.

– Не успели! – в сердцах выругался водитель, ударив обеими руками по баранке.

Я увидел обеспокоенный взгляд Алексеича в зеркале заднего вида и обернулся. За нашей машиной увязалась погоня – такой же точно автомобиль мчался позади и мигал фарами, требуя, чтобы мы остановились.

– Да, Кислов точно не успокоится. Алексеич, жми! Если штраф выпишут, заплатим, зато целыми останемся.

Вторая машина неожиданно выскочила прямо перед нами и заблокировала дорогу. Водитель ударил по тормозам, вывернул руль, чтобы уйти от столкновения, но всё равно зацепил машину и остановился.

– Зажали, выродки кисловские! – выругался Родион и повернулся ко мне. – Поздно дёргаться, нужно решать проблему сейчас.