Сергей Бакшеев – Петля (страница 91)
– Тысчонку накинь – и продолжим. Ты такой славный… – Крашеная блондинка попыталась придать голосу нежность и приподняла ладошками объемную грудь. – Потрогай. А можешь и куснуть.
– Пошла на хрен! Проваливай! – взвился Марат, натягивая трусы.
– Урод! – фыркнула девушка.
Впрочем, оделась она быстро, не сделав ни одного лишнего движения и контролируя поведение недовольного клиента.
– Давай-давай! Выметайся!
Марат грубо вытолкал проститутку из номера и схватился за голову.
О чем они говорили? Девица что-то рассказала ему о Кате и Лизе. Вроде бы они делали тату в одном салоне, где девочкам Беспалого предоставляли скидку.
«Так эти сучки вот что удумали…» – всплывал из памяти рассказ проститутки.
Точно, она так их и назвала, как будто сама была святой!
«Катя и Лиза заказали одну и ту же бабочку на пояснице. Хитрые сучки одинаково стриглись, пользовались тем, что похожи, и подменяли друг друга во время месячных, чтобы не упускать выгодных клиентов. Одна из них показала родинку на бедре и хвасталась, что в школе укорачивала юбки до этой отметки. Мымра-директриса выгоняла девочек из школы, если длина подола была короче пальцев вытянутых по швам рук. А у нее родинка выше! Она прикольно демонстрировала, как во время проверки приспускала юбку, оголяя пупок. Директриса одобряла – все по правилам. Мы так ржали!»
К чему он запомнил этот бред? Его задачей было выяснить мотивы самоубийства или убийства девушек. И он задавал нужные вопросы. Но хихикающая Анжела-Олеся не хотела говорить о грустном.
Валеев оделся и покинул гостиницу. Он перешел дорогу и сел в свою машину, припаркованную вдоль улицы. Его глаза контролировали левое зеркало, чтобы вклиниться в плотный утренний поток автотранспорта. А вот и достаточный интервал!
Марат вывернул руль влево, газанул и выехал на дорогу. Сзади резко засигналили.
– Да пошли вы! – ругнулся оперативник.
Однако Валеева смутило, что его машина ехала как-то странно, как будто ее что-то тормозило. Марат глянул в правое зеркало и ниже задней дверцы заметил белую копну волос. Он узнал эти крашеные волосы! За машиной волочилась девушка-проститутка, прикованная к ручке автомобиля.
Марат в ужасе ударил по тормозам. Водитель сзади перестал сигналить, и в наступившей тишине Валеев услышал приближающийся вой полицейской сирены.
Алекс Баюкин, пригнувшийся к рулю черного «инфинити», с удовольствием наблюдал за одураченным опером, пытавшимся отстегнуть тело девушки, и за потрясенными свидетелями ужасной сцены. Заранее вызванные полицейские уже бежали к месту происшествия.
Дело сделано! Он не зря дежурил ночью у затрапезной гостиницы.
Алекс набрал телефон адвоката и доложил:
– Все получилось в лучшем виде. Валеева пакуют.
Работа – лучшее лекарство от депрессии. Правда, применять его надо ударными дозами, то есть отдаваться работе полностью.
Ранним утром Елена Петелина подъехала к клубу «Дикие кошечки» и сощурилась от весеннего солнца. Весь март весна словно играла с затянувшейся зимой в перетягивание каната, как на шоу слонов в Таиланде. Там двадцать человек пытались удержать огромное животное. Слон то отступал, то подавался вперед, показывая, как ему трудно, но потом наконец легко срывался с места, таща за собой проигравших. Так и весна сегодня окончательно победила надоевшую зиму.
Петелина направилась к тучному человеку в форме майора полиции.
– Следователь Егоров? Доброе утро.
Елена увидела ту же недовольную гримасу, с которой пожилой следователь райотдела полиции помогал составлять протокол осмотра на месте гибели Екатерины Гребенкиной.
– Зачем вы вызвали меня сюда? – с ударением на последнем слове спросил Егоров.
– Здесь произошло убийство Бориса Мануйлова, сутенера двух девушек, которые бросились с крыши на вашем участке.
– Убийство не моя компетенция.
Интонация и взгляд пожилого служаки ничего не скрывали. «У тебя новенькие сапожки и пальто, а на мне форма, которую некогда сдать в химчистку. Мы в одном звании, но меня скоро выпрут на пенсию, а ты еще повертишь хвостом перед начальством. И то, что ты из высокого кабинета, еще не означает, что я должен тебе прислуживать. А как ты парковалась, баба! Сто раз туда-сюда. Смешно смотреть!»
Как же часто Елена натыкалась на подобный взгляд. Спорить? Доказывать свою компетенцию? Глупо. Из двух спорящих не прав тот, кто умнее. Она женщина и прекрасно знает, что больше всего любят состарившиеся неудачники. Лесть!
– О вас, Вячеслав Николаевич, ходит слава в управлении. Да-да! Вы за год раскрываете столько преступлений, сколько я за пять. И практически нет возвратов на доследование. Мне бы ваш опыт.
Елена Павловна понятия не имела о служебных успехах Егорова. Его имя-отчество она уточнила только перед встречей. Зато женщина прекрасно знала слова, которые хочет услышать любой замотанный службой следователь. Петелина скромно коснулась руки майора.
– Если вы мне поможете, мы быстро раскроем это запутанное дело.
Егоров приосанился. Попытался убрать живот, но эффекта хватило на один вдох.
– Что вы об этом думаете? – спросила Петелина.
– Если говорить о первом случае – это классическое самоубийство.
– Вы уверены?
– Посмотрите. – Оживившийся Егоров раскрыл молнию на папке и извлек фотографию. На снимке улыбались девушка и парень в очках. – Это погибшая Стела Сосеску и аспирант МГУ Олег Дерябин. Снимок обнаружили у нее в кармане, а на обороте ее рукой написано: «Я хотела стать другой, но не успела. Прощай». Фактически это предсмертная записка.
– Похоже, вы правы.
– Еще бы! Я разыскал Олега Дерябина и опросил его. Он работает в Ботаническом саду МГУ на Воробьевых горах. Парень подтвердил, что разорвал отношения с девушкой, после того как узнал правду о ее профессии. Для Стелы это был удар. В целом, типичный мотив для самоубийства.
– А как вы нашли Олега Дерябина?
– Подружки Стелы Сосеску знали парня. Даже встречались с ним.
Елена припомнила, что телефон Лизы Малышко отключился вчера на Воробьевых горах рядом с ботаническим садом.
– Отличный результат! Позвольте…
Старший следователь пересняла фотографию на смартфон и отправила ее Ивану Майорову. Елена коротко поговорила с оперативником, пытаясь понять, есть ли рядом с ним Валеев. Первой звонить Марату Елена не собиралась. Даже по служебным делам. Пусть он сам объяснит свое ночное отсутствие!
– Вячеслав Николаевич, вы оказали нам бесценную помощь, – не скупилась на похвалу Петелина. – Даже не представляю, что бы я делала без вас!
– Не первый год, как говорится, – зарделся майор.
Чтобы не терять времени, Елена Павловна вызвала Егорова на место убийства сутенера. У нее было здесь еще одно важное дело, которое она хотела завершить самостоятельно. Старший следователь пожала руку пожилому коллеге и ласково улыбнулась. Егоров уходил, гордо задрав двойной подбородок.
Елена вернулась за руль своей машины. Она потому так тщательно парковалась, сверяясь с фотоотчетом, чтобы оказаться точно на месте парковки «хонды» убитого сутенера.
Следователь прикинула положение головы Бориса Мануйлова, угол входа пули и направила из этой точки луч лазерной указки. Светлое пятнышко уперлось в бетонный угол здания стриптиз-клуба. Согласно отчету, дежурная группа не обнаружила там никаких следов пули. Если пуля сместилась чуть вправо и улетела между зданиями, то разыскать ее вряд ли удастся. Это дает право допустить, что гильза от пистолета Ярыгина подброшена в автомобиль или затерялась там раньше. Следовательно, можно предположить, что Мануйлов погиб от пули ПМ, застрявшей в обшивке автомобиля. Этого пустяка и требует адвокат Гомельский.
Следователь качнула лазерной указкой. Яркая точка пересекла опору дорожного знака. Елена вышла из машины и изучила металлическую трубу. На уровне головы она заметила маленькую, но отчетливую вмятину. Царапина была свежей. Если это след от пули, то она срикошетила…
Елена одной рукой прижала к царапине зеркальце, а другой направила на него лазерный луч со стороны автомобиля. Отраженный луч заплясал на стене соседнего с клубом здания. Петелина направилась туда.
После недолгих поисков следователь обнаружила сплющенную пулю под стеной, на которую указал тонкий луч.
Несколько граммов свинца в пакетике для улик никак не сказались на общем весе женской сумочки, но придавили следователя тяжестью трудного выбора.
В тесной комнате университетской лаборатории Иван Майоров методом дедукции быстро определил Олега Дерябина среди пятерых сотрудников: аспирант был единственным мужчиной.
Увидев удостоверение оперативника, долговязый парень в очках, как испуганный ежик, ощерился иглами противодействия.
– Я двадцать семь лет как Дерябин. И что? – с вызовом ответил он на стандартный вопрос.
Майоров привык сбивать спесь со свидетелей.
– Мы расследуем смерть девушек, с которыми вас связывали близкие отношения. – На громкий голос оперативника повернулись все присутствующие в лаборатории женщины. Майоров сделал паузу и наклонился к аспиранту: – Я думаю, в ваших интересах поговорить со мной без посторонних.
Дерябин фыркнул, однако накинул куртку и покорно поплелся к выходу.
Утром Майоров приехал на службу, но Валеева в кабинете не застал. В таких случаях капитан обычно звонил и диктовал напарнику план действий. Сегодня звонка не последовало. Старший лейтенант повертел в руках флешку с видеозаписью из банка, куда попадала часть входа в магазин «Филателист», но втыкать в компьютер ее не стал. Этим займется следователь. А о его оперативном задании догадаться нетрудно.