Сергей Бадей – Лукоморье. Каникулы боевого мага (страница 42)

— Ну, да.

— И у тебя не было девушки?

— Не было, — беспомощно промямлил я.

А что я еще мог сказать, если девушки у меня действительно не было? Так сложилось. Разве Наташку из второго подъезда можно считать моей девушкой, если я только млел, глядя на нее издалека, и ни разу не поцеловал, даже в щечку?

— Позор! — укоризненно покивала головкой Аранта. — Считай, что тебе повезло! Отныне у тебя будет девушка. Причем одна! Причем, — и тут ее глаза осветились алым, — единственная! А целоваться ты не умеешь, — вдруг сделала заключение Аранта и вздохнула. — Значит, будем тренироваться.

Вот тренироваться я был совсем не против!..

— Так что там у нас по толстяку? — спросила Ари, в то время как я озабоченно щупал припухшие губы (тренировка проходила в усиленном режиме).

— Его взял на себя Тимон, — поделился я сведениями, — тем более что он может сойти за местного.

Ну, да, Тимон имел смуглую кожу и карие глаза. Разве что волосы слишком светлые для местных, но это легко исправить, накинув на голову капюшон сароха.

— Что? В одиночку? Да это же опасно! — встревожилась Аранта.

— Нет! — заступился я за друга. — К тому же его подстраховывает Жерест.

— Час от часу не легче! Ты еще скажи, что Жереста подстраховывает Тартак, — рассердилась Аранта.

— Тартак не подстраховывает. Он дома сидит.

— Команда придурков! — с отвращением констатировала Аранта. — Я буду страховать Тимона. Где он сейчас?

— Следит за особняком ас Тутусов.

— Это где? Только точнее! — деловито распорядилась Ари.

— Квартал служителей Владыки, третья улица от дворца, четвертый особняк по левой стороне.

— Через десять… нет, через пятнадцать минут я буду там.

— Подожди! Как ты найдешь Тимона? Ты что, думаешь, он стоит посреди улицы и пялится на этот особняк?

— Я? Найду! — решительно сказала Аранта и проказливо улыбнулась. — А ты продолжай тренировки!

— Ага, продолжай, — со вздохом сказал я, — на кошках, что ли?

— Смотри, поймаю с тобой такую кошечку, я ей лапки-то повыдергиваю! — пригрозила Аранта, вскакивая с камня.

Я в заторможенном состоянии смотрел ей вслед. Надо же такому случиться! Такая красивая, и я ей нравлюсь. И что теперь делать? Подпрыгнуть до самой Ассар, сорвать ее с неба и принести Ари? Или оборвать клумбу у центрального корпуса Академии? Там цветов навалом.

Так и не решив, какой из подвигов ради Аранты совершить, я пошел к термину.

Я сидел у окна и предавался сладким, но туманным мечтаниям. Тартак любовно начищал бляху своего ремня. В коридоре послышались быстрые шаги.

— Жерест идет! — проинформировал Тартак, подставив бляху под свет светильника и выискивая еще не надраенное место.

— Жерест пришел! — откликнулся я, когда дверь распахнулась, являя нам нашего рыжего друга.

— Аранта совсем рехнулась! — пробурчал Жерест, падая на кровать.

— Эй, поаккуратнее! — потребовал я.

— А как еще назвать ее действия?! — возмутился Жерест. — Я стою в кустах. Замаскировался, понимаешь, слежу за Тимоном. Тут сзади меня в… ну, вы сами понимаете куда, как кольнет! Я бы заорал и подпрыгнул, но мне и этого не дали сделать! Кто-то зажал мне рот и удержал за штаны. Оборачиваюсь. Мама родная! Черный человек смотрит на меня красными глазами. Хочу заорать — не дают! Потом этот человек голосом Аранты и говорит: «Вали домой, рыжий. С такой страховкой, как твоя, все равно что без нее»! — Жерест возмущенно посмотрел на меня, приглашая присоединиться к его негодованию.

— Значит, ты затаился в кустах, да? — спросил Тартак, с интересом рассматривая возмущенное лицо Жереста.

— Ну, да!

— Хорошо затаился?

— Ну… да, — менее решительно сказал Жерест.

— А хочешь, я тебе скажу, как Аранта тебя вычислила? — Тартак откинулся на спинку лежака, заменяющего ему кровать.

Жерест закивал головой, желая знать, каким это способом коварная Аранта смогла его, такого классного, вычислить.

— А от тех сладостей в большом кульке, который ты захватил с собой, что-нибудь осталось? — благожелательно спросил Тартак.

— Не! — честно ответил Жерест.

— Вот! — поднял палец Тартак. — Она тебя по чавканью вычислила. Даже в самых густых кустах твое чавканье тебя выдаст.

— Это же надо! — Я укоризненно покачал головой. — Твой товарищ в опасности, а ты чавкаешь на посту. Позор!

Голова Жереста печально поникла. Уши пылали от стыда. Ничего-ничего! На ошибках учатся!

Лекция Фартуха ас Серина о «рассекающем» защитном экране

Так это вы иномирцы? Меня зовут Фартух ас Серин, и Тулин ас Тулин попросил меня заменить его на этой лекции. Где он? А вам какое дело? У него важный эксперимент! Если он останется после этого эксперимента жив, то, может быть, он сам вам о нем поведает.

Так. А это что такое лохматое и большое? Ты смотри, оно еще и разговаривать умеет! Бить этой штукой по чему?.. Тоже умеет?

А кто ты, собственно? Нет, то, что Тартак, это я понял раньше. Как называют твой народ?

Тролли? Почему мне никто не сказал, что я буду читать лекцию троллю? А кто такой Кер ас Кер, чтобы он мне что-то говорил? А кто такой я, чтобы уважаемый Гашага ас Турохт, да продлит Шаршуд его дни, мне что-то говорил?

А вот этого не надо! Тролль так тролль.

Итак, я хочу вам дать материал по «рассекающим» защитным экранам. Что это за экраны? Эти экраны — мощное защитное заклинание. Не в смысле затраченной на него энергии, а в смысле защиты от атакующих заклинаний. В чем суть? Суть заключается в том, что экран имеет форму угла, и угол направлен на нападающего мага. Таким образом, когда атакующий пытается поразить вас заклинанием, что-нибудь типа Плети Коричневой Змеи, то заклинание встречает на своем пути угол защитного экрана. Угол рассекает клубок энергий, и заклинание расходится по сторонам, не причиняя вам ни малейшего вреда…

Нет, против «огненного шара» этот экран бесполезен… Я слышал, что кто-то из вас владеет этим заклинанием. Это правда или очередные сплетни? Ты? Как зовут? Колин ас… Колин ас Бут. Неплохо! Нет-нет, демонстрировать не надо! Лучше записывайте…

Тимон некоторое время смотрел на меня, а потом с печалью в голосе спросил:

— Ты какие цветы предпочитаешь на своей могилке, синенькие или красненькие?

— На могилке? — не понял я. — Что это ты плетешь?

— А как же? Ты теперь почти не жилец!

Что это с ним? На солнце перегрелся? Я выразительно постучал пальцем по лбу.

— Тимон, срочно признавайся! Ты что, проходя мимо Тартака, пригнуться не успел? Он тебя палицей по голове сильно зацепил?

Тимон насупился:

— Видел я вчера, как вы с Арантой у входа целовались.

— Не вижу связи между нашими поцелуями и могилой.

— Ты хоть понимаешь, что это сейчас она «мур-мур», а если, не дай Единый, ты ее разозлишь? Вряд ли мы сможем собрать воедино то, что от тебя останется. Да и останется ли что?

— А раньше мы ее, значит, ни разу не злили? Или разговаривают тут два духа убиенных?

Тимон печально покачал головой:

— Я заметил неприятную особенность. Чем ближе человек, тем хуже и беспощаднее к нему относятся тогда, когда любовь немного угасла. Ведь ты же не будешь убеждать меня, что ваше чувство бессмертно, потому что прекрасно?

Я бы, может, и задумался, если бы не сдавленное похрюкивание, вырвавшееся из недр предательского Тимонова организма.

— Так, решили поиздеваться? — мягко сказал я. Ничего, теперь моя очередь.

— Какое поиздеваться? — делая честные глаза, постарался удивиться Тимон.