Сергей Арсеньев – Царевич (страница 3)

До меня дошёл весь ужас собственного положения. Ну, какой же я идиот! Просто феерический идиот. Начитался сказок о прогрессорах и полез сам. Кретин.

Да даже если бы я ничего не напутал и стал бы Алексеем Петровичем, один хрен ничего путного не вышло бы у меня. Кто я такой, что я возомнил о себе? Если разобраться, так я ведь просто сопливый мальчишка. Ничего дельного не знаю и не умею. Ну какой, какой из меня на хрен прогрессор?! Я не прогрессор, а клинический идиот. Недаром Наташка всегда смеялась над моим увлечением альтисторией. Допрыгался. Попал, блин, в сказку. И лишь теперь, изнутри сказки, до меня вдруг дошло, что Кащей Бессмертный ведь НА САМОМ ДЕЛЕ убивает добрых молодцев, а Баба Яга НА САМОМ ДЕЛЕ кушает их.

Эйфория, вызванная возвращением моих ног и мужского достоинства, схлынула, и мне банально стало страшно. Нет, не так. Стало Очень Страшно. Да, я исцелился. Здоров. Только летом 18-го меня убьют. Точную дату не помню, но факт расстрела не подлежит сомнению.

Самое смешное состоит в том, что я сам идею расстрела царской семьи одобряю [возмущение]. Николашка [возмущение] и его жена это, вне всякого сомнения, заслужили. Какими бы отличными и замечательными людьми они ни были в личной жизни, но свою работу выполнить оказались решительно не способны, просрав великую Империю. Детей, конечно, жалко с человеческой точки зрения, но… Я согласен с большевиками. Всё равно их нужно, необходимо было убить, выбив из рук белогвардейцев такое замечательное знамя. И в первую очередь — убить бывшего наследника [возмущение]. То есть меня.

Кстати, вовсе не факт, что я исцелился. Вполне возможно, что вместо одной неизлечимой болячки мне повезло заполучить другую. Ведь у этого мальчишки что-то там с кровью было сильно неладно. Что-то наследственное, ещё от его английской бабки. Или прабабки, не помню. Какое-то название хитрое у болезни. Гемо-что-то или гено-что-то [дурак!]. Никогда не интересовался подробностями. Потому и симптомов не знаю. Чувствую я себя сейчас отлично, но это ничего не значит. Чёрт его знает, как эта болезнь проявляется.

Мужик на соседней кровати заворочался. Кстати, он не такой уж и толстый. Это мне в темноте так показалось из-за того, что он пледом поверх одеяла был накрыт. Сейчас проснётся и скажет что-нибудь. Причём не факт, что по-русски. Блин, ну что я за идиот! Куда я влез!

Нет, не проснулся мужик. Повозился и обратно заснул. Опять смотрю на дождь за окном.

Бежать? Допустим, денег наворую [нельзя]. В поезде, где еду я, бедных людей среди пассажиров не может быть. Так что несколько тысяч по карманам насобирать реально. Пока спят все. Ладно, предположим, денег я насобирал и сбежал. А куда я побегу? Да ещё и с моей рожей, которую уверенно смогут опознать миллионы человек. Наверняка ведь мои фотографии в газетах печатали [согласие]. И про мою болезнь забывать не нужно. Долго ли я протяну без постоянного медицинского присмотра?

Спасенья нет?

Что я помню о ближайшем будущем? Незадолго до того, как провалиться к Гитлеру, Наташка реферат по истории писала. Не прямо про настоящее время, но близко. Она о периоде двоевластия писала, то есть с февраля по октябрь 17-го. Я, правда, её реферат целиком не читал (лениво и неинтересно), но помогал оформлять. И пока я ей текст форматировал и вставлял в него картинки, кое-что случайно запомнил.

Итак. Через четыре месяца Николашку [возмущение] турнут с трона коленом под зад. Будет сформировано буржуазное Временное правительство, которое своими безумными действиями загонит страну ещё глубже в задницу. Это сейчас всем кажется, что страна в глубокой заднице и ещё хуже быть не может. Но я-то знаю, что очень даже может. Мой-то реферат по Гражданской войне был. Вот там, я вам скажу, задница! Не чета нынешней. Особенно 18–19 годы. Одно позорище принятого от безысходности Брестского мира чего стоит.

Да, в конце концов, наши победили. Но какой ценой! Больше десяти миллионов погибших [жалость]! Чёрт, когда реферат писал, это как-то иначе воспринималось. А ведь сейчас все эти миллионы живы. Они всё ещё живы! Только сейчас я понял Наташку, которая со слезами на глазах орала на Гитлера в ночь на 22 июня. А мне на кого орать?

На упрямого Николашку [возмущение], который в своём маниакальном желании сохранить самодержавие толкает Страну в пропасть? Всё равно ведь не сохранит. Как миленький, отречение подпишет. Затем арест, ссылка в Свердловск, и… закономерный финал — аллес капут. А вместе с ним в Свердловск на буксире поеду и я, наиглупейший из идиотов.

Хрясь!! [ужас] [паника] [срочно доктора!] С досады, со всей дури треснул себя по голой коленке тяжёлой пряжкой ремня, и зашипел от боли. Блин, это я погорячился, синяк наверняка будет. Да и хрен с ним, с синяком. Меня расстреляют через полтора года, тут не до синяков [ужас] [к доктору!].

Да что за фигня? Какого ещё доктора? Из-за синяка? Почему я так этого синяка боюсь? Я таких синяков за свою жизнь десятки получить успел. Погоди, но сейчас — это уже не совсем я. Может, этот Алексей был такой квашнёй, что и синяков не получал, вот он и боится. Но как он может бояться, если я занял его место?

Так что, выходит, он не совсем заменился мной и что-то сохранилось? Память сохранилась? Ну-ка, куда мы едем сейчас? Без понятия. Молчит память. Только страх перед разбитой коленкой. Какой-то необъяснимый страх. Нет, действительно, нельзя же быть таким трусишкой! Кое-как со страхом я справился, загнав его внутрь, и вновь вернулся к обдумыванию собственного положения.

Может, можно хоть как-то снизить накал Гражданской войны? Ну, просто обидно мне умирать вот совершенно зря. Раз уж я всё равно обречён, так может перед смертью что-то совершить полезное? Наташка, вон, Великую Отечественную отменила. Отменить Великую Октябрьскую невозможно, но можно попытаться отменить Гражданскую. Отдать большевикам власть добровольно. Я бы отдал, всё равно Великая Октябрьская неизбежна. До эпохального выстрела "Авроры" осталось уже меньше года.

Скорее всего, меня расстреляют и в том случае, если власть я публично и добровольно уступлю сам. Но тогда у первого правительства Ленина будет хоть какое-то подобие легитимности. Возможно, это как-то поможет ему и крови прольётся меньше.

Ага, власть. Вот только, чтобы отдать власть, её сначала не мешало бы получить. Я, вообще-то, не царь, а царевич. Наследник, да. Но не правитель. Попробовать пристукнуть папашку самостоятельно [возмущение] [неприятие]? Да, от Алексея что-то явно осталось.

Предположим, я справился, Николашку [возмущение] втихаря задавил [отвращение]. Более того, предположим, что мне удалось имитировать несчастный случай, хоть это и крайне маловероятно. Наверняка ведь расследование смерти царя будет весьма дотошным [согласие]. Но допустим. Я справился. Что дальше?

А дальше всё грустно. С коронацией до февраля я всё равно не успею. Да если бы и успел. Один чёрт, мне по малолетству выпишут регента. Или троноблюстителя какого-нибудь. Скорее всего, мать [согласие]. Прибить и её тоже [возмущение]? А потом и следующего регента? Не, боюсь, что если мои регенты станут регулярно отбрасывать копыта, то даже у самого тупого в мире следователя могут зародиться насчёт меня некие робкие подозрения. Да ну, всё равно времени нет на это.

Рассказать всё отцу [согласие]? Бред. Кто мне без доказательств поверит? Наташка Гитлера минут двадцать окучивала, при том, что я её фотографиями Великой Отечественной завалил. А я как бы очень сильно подозреваю, что в плане адекватности Гитлер даст нашему Николашке сто очков вперёд [возмущение]. Да что ж такое-то! Постоянно всплывают чужие эмоции! Похоже на то, как было в самый первый раз, когда я случайно к товарищу Сталину подключился. Хотя… Гитлера я несколько месяцев имел возможность наблюдать вблизи. Скажу честно, настоящий Гитлер сильно отличается от того образа, что преподносит нам советская пропаганда. Возможно, и Николашку [возмущение] у нас тоже показывают, мягко говоря, не совсем правдиво.

Пойти к маменьке? Вроде, сейчас правит скорее она, чем Николашка [возмущение]. Вот что-то не нравится мне такой вариант. Во всех книжках, где она упоминалась, хорошего о ней писали очень мало [возмущение] [несогласие] [добрая] [любит]. Тьфу.

Ещё какой-то мутный тип должен недалеко от царя тереться. Распутин его фамилия [согласие] [святой]. Вроде, влияние большое имел на Николашку [возмущение] и на его жену. Но к нему я обращаться точно не стану. Хорошего про него писали ещё меньше, чем про мою маменьку [возмущение] [несогласие]. Нет, с этим надо что-то делать. Он что, так и будет лезть ко мне со своим мнением по каждому вопросу?

Всё, мысли закончились?

Хм, а что если мне… присоединиться к большевикам! Только нужно делать это сейчас, до революции. Через год будет поздно. Здорово? Пожалуй, не очень. Мне нужен кто-то из партийной верхушки. Желательно, сам Ленин. И где я найду его? Он же в Швейцарии сейчас. Не то в Берне, не то в Цюрихе, точно не помню. Хотя, конечно, вступить в 12 лет в РСДРП(б) — это круто.

Представив себе, как цесаревич ночью в ночной рубашке и в тапочках с императорским вензелем на босу ногу крадётся по залам Зимнего Дворца и расклеивает по стенам листовки с призывом к свержению самодержавия, я чуть не заржал. Пришлось даже кусок одеяла в рот затолкать, чтобы не шуметь.