Сергей Арсеньев – Пионер Советского Союза (страница 4)
— Лена, а коммунизм когда построили?..
Праздник как-то плавно, незаметно перешёл в фазу, когда горячее (впрочем, уже остывшее) есть никто больше не хочет, а пить чай с пирогом ещё рановато. Деда Серёжа, который вместе с соседом дядей Стёпой (как в книжке детской, да) успел заметно так уже опустошить вторую бутылку, разгорячился, расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке и, сидя за столом, негромко напевал слова своей любимой песни:
Дядя Стёпа не слишком умело, но старательно, подпевал деду Серёже, мама собирала со стола и носила на кухню грязную посуду, баба Лена доставала из серванта и тщательно протирала чистой тряпочкой красивые чашки парадного сервиза, Света же вылезла из-за стола и подошла к креслу в углу комнаты, на котором были сложены её подарки.
У Светы сегодня День Рождения, ей исполнилось одиннадцать лет. Столько подарков! Деда Серёжа подарил ей очень красивую резную, покрытую тёмным лаком, шкатулку для всякой мелочи. Он сам, своими руками, вырезал её лобзиком из фанеры, собрал, покрыл лаком и даже украсил рисунками. Получилось просто изумительно. Света решила, что станет хранить в такой замечательной шкатулке свои наиболее ценные вещи — серёжки, колечки, цепочки. Ничего, что они у неё пока по большей части игрушечные, у неё только один настоящий серебряный перстенёк есть. Ничего, не страшно. Она вырастет, и появятся у неё и настоящие украшения, обязательно появятся.
Баба Лена подарила Свете набор — нарядный свитер и в тон ему шерстяную шапочку, шарфик и две пары варежек. Конечно, варежки ведь быстрее всего снашиваются, да и пачкаются они сильнее, чем другие вещи (особенно если в снежки играть или с горки кататься). Всё это баба Лена сама связала, она здорового вязать умеет. Вещи были такими красивыми, что Свете захотелось немедленно надеть их и выйти во двор. Но за окном уже почти стемнело — декабрьские дни коротки. Придётся отложить прогулку на завтра.
Но самый ценный подарок, конечно, подарила мама. Она подарила Свете настоящий, новенький проигрыватель Blu-ray дисков. В принципе, Света ждала чего-то необычного от мамы. В конце концов, та сама намекала несколько раз, что раз Света так хорошо учится (а она вторую четверть окончила без троек и всего с двумя четвёрками), то на День Рождения будет сюрприз. И всё равно ТАКОГО Света никак не ожидала. Они ведь жутко дорогие, эти проигрыватели!
Света же не на Луне жила и не в Кремле. Она по магазинам тоже ходила, знала, сколько такие штуки стоят. Самый дешёвый и плохонький не меньше двух тысяч стоил, а попадались модели и за десять и за пятнадцать тысяч. Этот, конечно, на столько не тянул, но и явно не самым плохим был. Наверное, тысяч пять-шесть мама отдала за него.
Пять тысяч! Огромные деньги! Света была в курсе того, что мама даже на работу почти всегда ходит пешком. Далековато, конечно, но платить тридцать рублей за маршрутку она себе позволить не могла. Вроде бы, невелики деньги — тридцать рублей. Но это если один раз проехать. А если считать дорогу в оба конца, то в месяц набегало существенно больше тысячи рублей. На эти деньги Света с мамой неделю жить могла, так что же, выбрасывать их? Нет, выгоднее пешком пройти, сэкономить.
Откуда же мама столько денег взяла? Света знала, что в обычный, средний месяц после оплаты счетов за квартиру, электричество и прочее, у них с мамой оставалось, как правило, около двенадцати тысяч рублей. На месяц. На двоих. И на эти деньги нужно было питаться, покупать одежду, обувь, учебники, тетради, всё остальное. И взять оттуда сразу пять тысяч! А кушать они что будут теперь? Нет, проигрыватель — это здорово. Но кушать ведь каждый день хочется.
Баба Лена тоже, похоже, была не слишком довольна такой вот тратой денег, Света видела, как она что-то недовольно выговаривала маме. Пару раз Света даже уловила знакомое, но непонятное слово «кредит». Впрочем, Свету это не слишком волновало. Проигрыватель! У неё теперь есть свой Blu-ray проигрыватель! Ей теперь вовсе не нужно ходить к Верке Масловой, чтобы посмотреть новые мультики, она и дома может сделать это. А ещё дядя Стёпа подарил ей диск с новыми сериями любимого Светой мультфильма «Маша и Медведь». Там даже были четыре серии, которых Света вообще ни разу не видела.
День Рождения. У Светы День Рождения, ей сегодня одиннадцать лет. Цветы, подарки. Одноклассницы уже трижды звонили, поздравляли её. Баба Лена вносит в комнату дымящийся пирог с клубничной начинкой. Сейчас все будут пить с этим пирогом чай. Света просто не знала, куда девать переполнявшее её счастье, оно буквально выпирало у неё из ушей. Это её любимый праздник. Света даже подумала, что сегодня был один из самых лучших дней в её жизни…
Глава 3
— … Лен, Лена, проснись, — тихо шепчу я и тормошу девчонку за плечо. — Лен, да проснись же ты, Лен!
Наконец, спустя пару минут тормошения и осторожного шёпота прямо в ухо, Ленка проснулась. Она открыла глаза, непонимающе уставилась на меня, а затем, кажется, хотела завизжать. Хорошо, я вовремя это заметил и успел заткнуть ей рот углом её собственного одеяла. Короткая борьба, попытка вскочить с кровати и… и всё. Ленка успокоилась, перестала вырываться и отпихивать меня, рукой же показала, что одеяло можно из её рта вытаскивать, она больше не станет пытаться кричать.
— Фу, Сашка, я так перепугалась. Сплю-сплю, потом открываю глаза — а тут кто-то рядом, прямо в постели у меня. Чуть не завизжала.
— Чего ты испугалась-то?
— Тебя, конечно.
— Хорошо, что я рот тебе заткнуть успел.
— Ага, молодец, а то нас бы тут с тобой так и застукали. Причём предки ни за что не поверили бы, что мы тут просто спали рядом.
— Почему? А что ещё могут делать одетые в пижамы люди в кровати в три часа ночи?
— Ну, как тебе сказать… много чего. Правда, обычно они делают это без пижам. А ты ещё и мальчик, к тому же. Был бы ты девчонкой, можно было бы как-то попытаться насвистеть моим, но в то, что мальчик может просто спать рядом — они не поверят ни за что, я бы и сама не поверила. Одноклассника в постель ни за что не пустила бы. С одноклассницей тоже лучше не рисковать на всякий случай. А то ко мне в школе девки с этим вопросом уже дважды подкатывали — и из нашего класса и из параллельного. Но ты… ты как инопланетянин какой-то, Саш.
— Лена, я почти ничего не понял из того, что ты сказала. Куда и на чём тебя катали одноклассницы и почему ты боишься одноклассников? Разве у вас в классе какой-нибудь мальчишка способен поднять руку на девочку?
— Способен, Саш, способен. Причём не только руку, но и кое-что ещё.
— Не может быть! Ударить девочку?! Это… это как…
— Ладно, Саш, проехали.
— В смысле, «не обращай внимания»?
— Да. А чего ты разбудил-то меня? Зачем?
— Ой. Лена, — хорошо, что тут темно. Вот прямо чувствую, что щёки горят у меня. Стыдно просто невероятно. Но и терпеть не могу больше. — Лена, мне очень неудобно, но…
— Чего неудобно? Подушка жёсткая? Одеяло кусачее?
— Да нет же, нет.
— А чего тогда?
— Лена, извини, но мне в туалет надо. До утра не дотерплю, лопну…
Вот кто бы знал, что поход в туалет теперь для меня — целое приключение. А как вы думали? Ведь обо мне не знает никто-никто, кроме Лены. Меня тут как бы и вовсе нет, меня не существует. И в то же время я есть. Меня нужно кормить, поить, мне спать где-то надо. Ну, и в туалет тоже, конечно, иногда выводить, я ведь человек живой.
Вообще, я под кроватью у Лены в комнате поселился, когда её родители вернулись вечером домой. Да, вот прямо весь вечер под кроватью у неё и провёл, не вылезая. Мы там заранее, ещё днём всё убрали, вымыли и даже одеяло мне туда постелили, чтобы не жёстко было. И подушка небольшая была у меня. Когда домофон запищал в коридоре (это штука такая вроде телефона, от подъезда в квартиру чтобы позвонить, хорошая вещь, полезная; странно, что у нас не придумали ещё такую, вполне ведь и мы сделать можем, ничего там сверхсложного нет), Лена запихала меня под кровать, убедилась, что снаружи не заметно, и пошла маму встречать.
К счастью, Ленины родители в комнату к ней не входили. Им достаточно зала было и кухни. Лена наврала ещё, что почитать хочет книжку интересную, не может терпеть, и читать за едой будет. И утащила себе в комнату миску с пельменями. Я слышал, как мама её ещё удивлялась, зачем, мол, ей тридцать пельменей, не съест она столько. Но Лена настаивала, что съест, она голодная.
Потом Лена закрыла у себя в комнате дверь на защёлку (да, дверь запирается у неё изнутри!), мы с ней сели на её кровать и стали пельмени со сметаной трескать. На кровати мы сидели, так как у Лены только один стул в комнате был, больше сидеть негде. А ещё Лена ухитрилась стянуть с кухни две вилки, одной есть нам не пришлось. Я старался есть поменьше, чтобы не обожрать девочку, но это оказалось совершенно напрасно. На тарелке ещё восемь пельменей оставалось, когда Лена пыхнула, отвалилась, и шёпотом сообщила мне, что всё. Больше в неё не лезет. И пришлось эти восемь пельменей мне доедать. Еле съел, пельмени на вкус напоминали завёрнутые в размокшую обёрточную бумагу кусочки резины. Сметана тоже странная была, какая-то неправильная. Но съел я, а то неудобно, я в гостях же. Тем более, хозяева и сами эту дрянь едят. Значит, еда как минимум не отравлена. Мне ещё и с довольным видом пришлось всё есть, чтобы Лена не обиделась. Вот её бы к нам в гости привести, да угостить пельменями, которые баба Настя готовит. После тех пельменей, она свои резиновые из будущего и в рот бы не взяла. Думаю, либо готовил эти пельмени, что я с таким трудом впихнул в себя, кто-то ну совершенно неумелый (вроде нашего Вовки), либо искусство их приготовления было утеряно.