Сергей Арно – Дороги к праотцам (страница 5)
– Мужик, родной, дай закурить. Иначе сдохну, – добродушно попросил он, садясь рядышком. – Ну прямо беда без сигарет. Я ведь как бы бросил, ядрена вошь! Неделю держался! – сокрушался он, закуривая и затягиваясь с таким смаком и удовольствием, что, видя его блаженство, получаемое от такой маленькой радости жизни, становилось завидно.
– Ну ты меня спас, – сделав подряд три затяжки, сказал он. – По гроб жизни тебе обязан. Артем. – Он протянул руку, Андрей пожал ее и тоже назвался. – Теперь уж никогда не брошу. Да и на хрена? А ты как бы гуляешь или ждешь кого?
– Вышел подышать…
Андрей был рад поговорить с незнакомым человеком, на первый взгляд производящим приятное впечатление. У Артема было открытое круглое лицо, карие глаза… О лице, пожалуй, сказать больше было нечего, встречаются порой такие лица, не отмеченные никакой особенностью. Вот плечи у него были широченные, смеялся он громко и выглядел настоящим жизнелюбом и оптимистом.
Через несколько минут разговора Андрей, разоткровенничавшись, рассказал своему новому знакомому об уходе жены.
– Ох, уж а я-то сколько от этих баб натерпелся! Я б тебе нарассказал! У тебя бы волосы на голове вылезли!..
Но рассказывать не стал, а предложил наплевать, сказал, что его жена тоже ушла, о чем он не то что не сожалеет, а даже очень рад этому. Поговорив еще минут десять, они расстались. Андрей пошел домой, после разговора со случайным прохожим на сердце стало не так тошно.
Утром в восемь часов его разбудил телефонный звонок.
Мужской голос попросил к телефону его жену. Андрей не сразу нашелся, что ответить, и сказал, что, вероятно, она здесь больше не живет.
– Как это «вероятно»? А вы-то ей кем приходитесь?
– Муж.
– Очень хорошо. А это Непрошев – следователь из восьмого отделения милиции. Ведь ваша жена была подругой Веры Николаевны Усовой?
– Ну да, они были подругами.
– А вашу жену, собственно, где можно разыскать?
– Не знаю. Она от меня ушла, – и, подумав, добавил: – Вчера. И местонахождения ее я не знаю.
– А вы сами гражданку Усову хорошо знали?
– Мы с ней виделись… А что, собственно, случилось?
– А то, что вчера поздно вечером гражданку Усову нашли убитой в своей квартире. По этому поводу хотелось бы поговорить с вами в тринадцать часов. Вас устроит?
– Да.. Конечно, устроит, – очень тихо проговорил Андрей и ладонью смахнул со лба мгновенно выступивший пот.
– Что?! Не слышу вас!.. Устроит?
– Да-да, устроит.
– Ну вот и превосходно.
– Куда мне подойти?
– Не извольте беспокоиться, я сам, я сам подойду. Вы только дома будьте.
И повесил трубку.
Некоторое время Андрей лежал, глядя в потолок.
– Вот это дела!.. – проговорил он негромко. – Вот это дела… Похоже, я влип.
Через некоторое время Непрошев позвонил снова.
– Прошу извинить великодушно, но паспортные данные вашей жены… – Он немного замялся и добавил: – Бывшей. У вас нигде не сохранились?
– Не знаю, возможно, где-нибудь в документах. Я посмотрю, – пообещал Андрей.
– Да, и вот еще что. Мне нужна будет фотография вашей жены, приготовьте, пожалуйста.
Для Андрея все складывалось удивительно паршиво. Вчера вечером он побывал дома у Веры и наверняка оставил где-нибудь отпечатки пальцев. Да и проклятая соседка выбрала для прогулки своей псины именно тот момент, когда Андрей стоял, приложив ухо к двери, и теперь точно укажет на него. Попробуй потом объяснить, что ты слушал в чужой квартире… Бог ты мой! Андрей вдруг вспомнил о том мелькнувшем на занавеске свете фонарика и похолодел. Так, значит!.. Значит, в тот момент, когда они вошли, убийца был уже в квартире! Спрятавшись где-нибудь, подслушал их разговор и, когда Андрей ушел…
Ну да! Наверняка все было именно так!..
Хотя картина убийства определилась, но он понимал, что всего этого рассказывать следователю ни в коем случае нельзя. Для следователя нужно было придумать что-нибудь более правдоподобное. И самое убедительное, что приходило в голову, это начисто забыть о вчерашнем визите к подруге жены.
Перед самым приходом следователя Андрей вспомнил о фотографиях и паспортных данных Тани. Из альбома, в котором были их совместные фотографии, все карточки, на которых была снята Таня, пропали, остался один Андрей. Тщательность, с которой она «вычистила» альбом, не оставив ни единого изображения своего лица, казалась странной. Значит, следователю предъявить было нечего. Чертовщина какая-то!
Следователь был молодым человеком, одетым не по возрасту в темный немодный костюм с еще более немодным галстуком. Войдя в квартиру, он зачем-то внимательно осмотрел дверь с внутренней стороны. Он вообще был любопытным с виду человеком. Войдя в комнату, тоже осмотрелся, потом сел на диван напротив Андрея.
– Итак, Андрей Ильич, приступим…
После этого он выспросил у Андрея его паспортные данные, попросил записать их на листе бумаги.
Дальше следователь спрашивал Андрея о том, когда он в последний раз виделся с убитой, какие у них были отношения, что делал вчера вечером, и задавал прочие обычные для такого случая вопросы.
Из чего Андрей понял, что он пока не является подозреваемым.
– Вот вам альбом с фотографиями, – сказал Непрошев, вынимая из дипломата толстый альбом в зеленой дерматиновой обложке. – И если найдете знакомое лицо, скажите мне.
Андрей стал просматривать фотографии. Он уже несколько раз видел этот альбом у Веры, она любила исподтишка подсовывать его малознакомым людям. В альбоме среди вполне безобидных семейных фотографий попадались и такие, где Вера была снята в обнимку с американским президентом Бушем, через несколько страниц можно было видеть ее же на аудиенции у Папы Римского, за чаепитием с Саддамом Хусейном, в нежных объятиях Путина…
Андрей просматривал альбом. Иногда, если попадался кто-нибудь из общих их знакомых, показывал следователю, тот, рассмотрев фотографию, записывал имя и фамилию себе в блокнотик. Но ее друзей Андрей знал мало.
– А этот вам незнаком? – с улыбочкой, перегнувшись через стол, Непрошев ткнул пальцем в Горбачева, целующего Вере руку.
– Это ее дружок-фотограф баловался, – пояснил Андрей. – А вот, кстати, и его фотография.
Андрей перевернул последнюю страницу альбома и недоуменно уставился на его зеленую обложку. Только сейчас он понял, что не нашел в альбоме ни единой фотокарточки своей жены, своей бывшей жены. А ведь они там были, он хорошо помнил это, конечно, были…
– Ну что, всех знакомых назвали? – спросил Непрошев, улыбнувшись. Когда он улыбался, то казался еще моложе.
– Да, всех. – Андрей положил альбом на стол.
– А что же фотографии вашей жены и тут нет? Какая-то легкая, еле уловимая издевка прозвучала в тоне следователя.
«А ты не так прост, как кажешься сначала. Видно, у тебя рояль в кустах припрятан… Только бы отпечатки пальцев не сняли…» – подумал Андрей, посмотрев на него более внимательно.
Да, следователь глядел уже с нескрываемой издевкой, да и не так он был молод, как казался, просто хорошо выглядел, должно быть, вел здоровый образ жизни: не пил, не курил…
– Да, – немного растерявшись от такой перемены отношения, проговорил Андрей. – Да, здесь тоже нет ее фотографии. Она фотографироваться не любила.
– Да-да, знаю, знаю, – перебил следователь. – Она, наверное, думала, что с каждой фотографией человек расходуется. Я тоже, признаться, так думаю. А куда она уехала и с кем, вы, конечно, тоже не представляете?
– Я же говорил, что не знаю, – раздраженно сказал он. – Ушла так ушла.
– Совершенно правильно, совершенно справедливо, ушла так ушла… Но я почему-то думаю, что вы мне еще понадобитесь. Очень скоро понадобитесь.
Непрошев поднялся с дивана и неторопливо, как бы нехотя направился в прихожую; казалось, что он не желает уходить от приятного собеседника и готов продолжать с ним беседу.
Андрей последовал за ним в прихожую.
«Пронесло кажется, без отпечатков обошлись…»
– Но учтите, что скоро я вам позвоню, – уже остановившись в прихожей, сказал Непрошев, повернувшись к Андрея.
Андрей подошел к двери и уже открыл ее.
– Кстати, Андрей Ильич, – задержался на пороге следователь. – Отпечатки ваши снять придется, так, для порядка, тут ведь убийство, не хухры-мухры. Но я вас оповещу. К вам спецкоманда придет сегодня, через часик. Вы дома будете?
– Буду, – пообещал Андрей.
– Стремимся навстречу гражданам – бережем их время, – как-то язвительно проговорил Непрошев, уже выйдя на лестницу. – Ну вы уж из дома-то не уходите.
«У меня же есть фотография Тани! – вспомнил Андрей, когда следователь ушел. Он вынул из кармана кошелек, раскрыл его. На него, улыбаясь, смотрела Таня. Какая она все-таки красивая! – подумал Андрей. – Нет правильно сделал, что не отдал фотографию следователю».
Через час действительно приехали двое молчаливых плотного телосложения сотрудников, быстро – без суеты и лишних слов – сняли отпечатки и ушли.