Сергей Арьков – Всем сосать! (страница 79)

– Ой, братик, сестренка, когда вырастет, тоже хочет стать батюшкой! – заявила Агата. – Чтобы ей несли денежки, а она бы их себе да в кармашек. Тогда сестренка быстро выкупила бы святой меч, и кое-какое духовное лицо вылетело бы отсюда на хер.

– Весьма похвальное желание, – одобрила сестра Марфа. – Благая цель – посвятить себя служению господу. Но вам, для начала, следует посещать службы.

– Нет, это невозможно, – заявила лолька. – Мы с братиком не ходим в церковь.

– Понимаю, – кивнула сестра Марфа. – Вампиру нелегко войти в божий храм.

– Мы с братиком не ходим в церковь по другой причине.

– Могу ли я ее узнать?

– Однажды я пошла на службу, и в церкви у меня украли кошелек, – заявила Агата.

Сестра Марфа чуть со стула не упала.

– Не может быть! – воскликнула она. – Этого просто не может быть. Церковь посещают только верующие. Они не могли.

– Ну, не знаю, – пожала плечами Агата. – Вошла с кошельком, а вышла без него. Кто-то да спиздил.

– В принципе, церковь имеет свободный доступ, – задумчиво произнесла сестра Марфа. – Внутрь мог проникнуть атеист. Это единственное разумное объяснение.

– Нет, полагаю это все-таки сделал кто-то из ваших, – возразила Агата.

– Нет! Не может быть! – замотала головой сестра Марфа. – Почему вы так считаете?

– Я в это просто верю, – скромно ответила Агата.

Сестра Марфа прыснула.

– Ну, ты даешь, дитя. Просто веришь – и все? Да это же какой-то абсурд. Здесь требуются неопровержимые доказательства. Разве можно базировать сколь-либо серьезное утверждение на одной лишь вере?

– Вот и мы с братиком того же мнения, – кивнула Агата. – Поэтому и не ходим в церковь.

Когда до сестры Марфы дошло, она уставилась на лольку со смесью обиды и враждебности. Впрочем, ей довольно быстро удалось вернуть себе внешнее благодушие.

– А правда, – не унималась Ксюша, – что священники постоянно обманывают прихожан разными фокусами?

– Что ты! Что ты! – ужаснулась сестра Марфа. – В церкви не обманывают.

– А еще там кошельки не воруют, – буркнула Агата.

– Но мне доводилось слышать, – продолжила Васина невеста, – что сотрудники религиозных организаций фабрикуют якобы чудеса – мажут иконы маслом и провозглашают их чудотворными.

– Они и правда чудотворные! – заверила ее сестра Марфа. – Разве не чудо, когда на поверхности иконы проступают капельки масла?

– Братик, сестренка в затруднении, – призналась Агата. – Она не может взять в толк, что чудесного в масле?

– Хватит, нахуй, богохульствовать! – потребовал Вася.

– Я не богохульствую, а всего лишь пытаюсь разобраться, – заявила лолька. – Кстати, а какое масло считается более чудесным – сливочное или подсолнечное? Бывает еще пальмовое масло. Что насчет него?

Сестра Марфа воззрилась на мелкую сосульку с безграничной любовью, и произнесла елейным голосом:

– Ваше сердце отягощено многими горестями и печалями. Но и для созданий тьмы открыт путь к спасению.

– Это все невероятно интересно, но мне до сих пор не ясна судьба украденного кошелька, – сказала Агата.

– Есть одна хорошая молитва, – доверительным тоном сообщила сестра Марфа. – Совсем слабенькая, вам не повредит. Зато очень сильно помогает. Произносите ее трижды в день, и через полгода ощутите положительный духовный эффект.

– Благодарствую за совет, но лучше уж я хлебну кровушки, – ответила лолька. – Или еще чего-нибудь бодрящего, с высоким содержанием белка.

И она хитро подмигнула Васе.

– А еще я слышала, – вновь сказала Ксюша, – что служители культа занимаются систематическим осквернением могил. Якобы извлекают из гробов кости, а затем целуют их в порядке очереди.

– Фу! – поморщилась Агата. – Теперь мы с братиком точно не пойдем в церковь.

– Это не просто кости, – старательно объяснила сестра Марфа, косясь на лольку с возрастающей неприязнью. – Это святые мощи.

– Что такое святые мощи? – заинтересовалась Ксюша.

– Ну, это такие кости....

– Это такие кости, как и любые другие, только называются иначе, – перебила ее Агата с плохо скрываемой насмешкой.

– Нет, не такие же, как другие! – настойчиво возразила сестра Марфа. – Они чудотворные.

– Это косточки-то? – удивилась Агата. – Косточки чудотворные? Да ведь это же просто гнилые мослы. Какие в них чудеса? Братик, ты это слышал? У тебя, выходит, наверху сплошные чудеса, целое кладбище чудес, а братик и не в курсе.

– Заткнись! – потребовал Вася. – Не гневи бога!

– Он мне разрешил говорить все, что взбредет в голову! – заявила Агата.

– С чего ты это взяла, дура?

– Я в это верю, братик. И вера моя крепка. Ты же не станешь оскорблять чувства верующей сестренки и сомневаться в ее словах.

Тут лолька слегка шевельнула пальцами, и ее фужер с кровью медленно поднялся над столом. Он сделал несколько кругов, повинуясь движениям ее руки, а затем плавно опустился на скатерть.

– Сестренка показала чудо чудное, – самодовольно заявила Агата. – Очередь костей.

– Сие есть бесовское колдовство, – обиженно произнесла сестра Марфа. – Чудеса, они об ином.

– О чем же?

– Об ином, и все. Они есть проявление благодати.

– Кого?

– Благодати.

– А что это такое? – спросила лолька.

– Это такая особая божественная штука, – объяснила сестра Марфа.

– А что она делает?

– Ну, всякое.

– Например?

– Она....

Сестра Марфа задумалась, а затем выпалила:

– Она может чудесно исцелять.

Агата задумчиво нахмурилась.

– Это очень интересно, – призналась она. – У вампиров, таких, как мы с братиком, исцеление происходит после приема внутрь крови представителей кормовой популяции. Хорошая порция крови исцеляет даже самые тяжелые раны. С благодатью так же?

– Ну, не совсем, – ответила сестра Марфа, поглядывая на Агату без малейшего намека на любовь и всепрощение. Мелкая вампирша чем дальше, тем больше выводила монашку из себя своими провокационным вопросами.

– Да что ты с этой дурой разговариваешь? – проворчал Вася. – Эй, мелкая, не заебывай сестру Марфу своим хроническим дебилизмом.

– Сестренка пытается разобраться в духовных вопросах, – заявила Агата. – Братику бы тоже не мешало это сделать.

Она вновь обратилась к монашке: