Сергей Арьков – Всем сосать! (страница 104)
– Как? – простонал тот. – Как ты это сделала?
– Разве я не рассказывала тебе о чудотворных исцеляющих мощах? – зверски улыбнувшись, спросила сестра Марфа.
– Да ведь ты говорила, что они ни хера не работают, – напомнил Вася.
– Работают, но не все. Самые сильные мощи мы оставляем себе. Они нужны нам для борьбы с нечистой силой и дьявольскими кознями.
– А пастве своей подсовываете обычные мослы? Да вы жулики!
– Братик прозрел! – воскликнула Агата. – Наконец-то. Хоть помрет умненьким.
– Пастве и того довольно, что мы, святые люди, стоим на страже добра и света! – отчеканила сестра Марфа.
– Это паства тебе сказала?
– Паства! – фыркнула сестра Марфа. – Еще не хватало слушать ее мнение. Дай волю каждому говорить то, что вздумается, и мир мигом погрузится во тьму свободы и ересь гласности. Тогда вместо храмов придется строить школы да больницы, скверы так и останутся скверами, а процедуры освящения ракет, поездов, кораблей, остановок и туалетов перестанут оплачиваться из бюджета. Этого ты жаждешь, грязный безбожник? Чтобы все средства шли не в церковную кассу, а на всякую ерунду, вроде медицины и образования? Нет уж, этому не бывать. Достаточно святая Русь страдала под игом безбожников. Отныне наступают светлые времена. Времена духовного возрождения. До великой победы духовности один шаг. Остается преодолеть последние очаги сопротивления, и вся православная Русь погрузится во тьму благодатного невежества. Только представь себе, как десятки миллионов неграмотных дремучих людей, встав на колени, ползут бесконечной ветреницей по бездорожью, влача на спинах иконы и хоругви. То-то будет благодать.
– Недолго же вы проползаете, – проворчал Вася. – Придут китайцы и живо оформят вас всех в трудовые лагеря. Будете там ишачить за миску помоев и новым хозяевам жопы взасос целовать.
– Бог этого не допустит! – торжественно провозгласила сестра Марфа.
– Он тебе сам об этом сказал? – спросил Вася. – Потому что, по всем признакам, на Русь православную вашему богу пофиг.
– В земле русской воссияет духовность великая! – воскликнула монашка.
– Лучше бы тут что-нибудь съедобное воссияло, – буркнул Вася. – Желательно без пальмового масла и прочего говна.
– Сегодня, – торжественно провозгласила сестра Марфа, одухотворенно сверкая глазами, – грянет великая победа над силами зла. Я очищу это адское гнездовище словом божьим и кулаком непорочным.
– Василий, задержи ее! – обернувшись, крикнула Анемия. – Я уже почти разобралась в управлении.
Вася схватил железную трубу в обе руки. Что характерно – обе заметно дрожали. Сестра Марфа была сильна, духовна и смертоносна.
Но тут вперед шагнула Агата и заявила:
– Посторонись-ка братик! Ты уже победил глупую бабушку. А эту монашку я беру на себя.
Лолька вышла вперед, грозно сверкая глазенками. Вася на всякий случай отступил, чтобы не попасть под магический каст. Он с невольным уважением взирал на Агату. Ее крошечную фигурку окутала аура мощи. Даже сестра Марфа притормозила, напуганная грозным видом сопливой героини.
Агата медленно подняла руки, нацелив простертые ладони на монашку. Она расставила ноги, сгорбилась, и пронзительно выкрикнула что-то на незнакомом Васе языке. Наследник рода Носфератовых невольно зажмурился, ожидая молний, взрывов, потоков огня и других спецэффектов. Но вместо этого с ладоней Агаты сорвался жалкий пучок искр и растаял в воздухе.
Лолька напряглась повторно. Тужась изо всех сил, она вновь выкрикнула заклинание, но в этот раз его эффект был еще более жалким – искры не посыпались вовсе, зато Агата, от чрезмерной натуги, звонко испортила воздух.
– Слышь, сестренка, или как тебя там, – проворчал Вася. – Ты колдовать сегодня собираешься? Потому что просто пердеть и я горазд.
Агата повернула к нему красное от стыда личико, и виновато простонала:
– Васенька, сестренка выдохлась. Сил совсем не осталось.
– Хотелось бы знать, на что ты их потратила, – сквозь зубы процедил Вася. – Всю дорогу ехала на мне, нихуя не делала. Один раз сквозь стену прошла, и все.
– Развоплощение очень утомительная процедура. К тому же я давно не кушала.
– Накормить бы тебя кое-чем с лопаты, – бросил Вася. – Ладно, пиздуй отсюда. Опять все ложится на мужицкие плечи.
– Васенька, я тебе помогу. Ты спереди заходи, а я ее сзади за ноги схвачу и за попу укушу.
– Ты иди, это самое, на хуй, или просто в сторонку. Не лезь под горячую руку. Мужик сам все уладит. Ему не впервой.
Вася повернулся к сестре Марфе. Лолька попятилась ему за спину. Монашка шла на него, пуча глаза и бормоча молитвы. Последний из рода Носфератовых с ревом рванулся в атаку. Взмахнул трубой и заорал:
– Удар пацана!
Сестра Марфа резко присела, пропустив трубу над своей головой.
Вася попытался достать ее повторно.
– Атака ебуна! – закричал он, вновь взмахнув оружием. – Активирую ББПЕ режим на максимум.
Труба со свистом резала воздух. Сестра Марфа ловко уходила от ударов, демонстрируя нечеловеческую скорость реакции.
– Васенька, быстрее! – закричала сзади Агата.
– Нахуй всех советчиков! – огрызнулся Вася, и рубанул трубой с плеча.
Он вложил в этот удар всю свою мощь и ярость, всю свою вампирскую суть, что аж трусы лопнули в клочья. Но удар, способный убить слона, так и не достиг цели. Сестра Марфа выбросила руку и перехватила трубу. Ее пальцы мертвой хваткой сомкнулись на Васином орудии.
Секунду они стояли друг напротив друга – невозмутимая монашка и вампир, вдруг осознавший, что дело дрянь. Затем сестра Марфа сделала свой ход. Ее ладонь врезалась в Васину грудь. Последний из Носфератовых услышал хруст костей, а затем почувствовал, что летит. Полет продлился секунду, завершившись жестким приземлением на твердую и холодную палубу.
Откуда-то издалека до едва не угасшего навеки Васиного сознания долетел тошнотворный писк сопливой однополчанки.
– Братик? Братик, что с тобой? – тараторила Агата, тормоша ковром распластавшегося на полу Васю. – Братик, где болит? Куда подуть?
– В жопу себе подуй! – чуть слышно прохрипел Вася.
– Братик, вставай. Вставай, братик! Она идет, братик!
Вася встал бы, если бы мог. Но судя по общему самочувствию, стоять на своих ногах он сумет еще очень нескоро. Если вообще сумеет. Ребра были переломаны все. И не только они. Внутренние органы можно было выбрасывать – свое они отслужили. Вася не чувствовал ничего, ниже жопы. То, что выше, чувствовал, но не радовался этому.
– Братик, какого хера? – вопила над ним Агата. – Ты собираешься защищать любимую сестренку?
– Иди на хуй и дай мне спокойно умереть, – сквозь зубы процедил Вася. Свет начал меркнуть в его глазах. Жизнь по капле уходила из тела.
– Братик, если продолжишь валяться, то точно умрешь! – кричала лолька, тормоша его руками. – Монашка идет!
– Она меня убила, – чуть не разрыдавшись, выплюнул Вася. – Отъебись, дура, дай уйти спокойно.
– Куда? – зашлась в истерике Агата. – Куда братик уходит от своей сестренки? Братик, не бросай меня. Вернись!
– Я вижу ангелов! – блаженно улыбаясь, промямлил Вася. – Они зовут меня. У них водка и шашлык. Прощай, пизда, я возношусь. Напишу тебе в ад. Возможно.
Судя по всему, он действительно вознесся на небеса больше чем одной ногой, потому что боль искалеченного организма вдруг утихла и Вася почувствовал себя вполне неплохо. Он объяснил это тем, что его душа оставила бренное тело и теперь стремится ввысь, навстречу вечной жизни на небе. Одно его смущало – почему он до сих пор чувствовал прикосновения лольки и слышал ее тошнотворные вопли.
– Братик, – визжала она, – поднимайся. Хули же ты развалился? Сейчас сестренку убьют. Понимаешь? Сестренку!
– Скорее бы, – мечтательно произнес Вася.
Боль ушла полностью. Вася даже вновь почувствовал ноги. Обломки ребер больше не упирались в потроха.
Он открыл глаза, ожидая увидеть вокруг себя святых угодников с бухлом и блядями, но вместо этого вновь оказался на холодной палубе корабля. Рядом с ним корчилась Агата, а сестра Марфа приближалась к ним с решительным и грозным видом.
– Что у них там, очередь, что ли? – проворчал Вася. – Почему я опять в этой жопе?
Агата вскочила на ноги и заслонила его своим субтильным тельцем.
– Не подходи! – заверещала она, обращаясь к сестре Марфе. – Не трогай братика!
Сестра Марфа взмахнула рукой и лолька с визгом полетела в сторону. Монашка повернулась к Анемии и приказала:
– Отойди оттуда, нечестивая тварь! Стой на месте и жди очищения.
Она застыла над Васей, глядя на него сверху вниз. Тот слабо шевельнулся, а затем медленно и с явным усилием поднял правую руку, устремив на монашку указательный перст.
– Последняя просьба, – чуть слышно прохрипел умирающий вампир. – Дерни за пальчик.
– Что? – поморщилась сестра Марфа.
– За пальчик дерни, – умоляюще пропищал Вася.