Сергей Арьков – Враг врагов (страница 80)

Ильнура, как верховного паладина и фактического главу города, вызывали к себе все, кому не лень. И все они чего-то требовали. А когда выясняли, что Форинг не подготовился к приему войска, принимались костерить паладина на все лады. Тот даже не пытался оправдываться, хотя звучащие обвинения в массе своей были абсурдны. Как он вообще мог подготовить Форинг с населением в неполные пять тысяч человек с учетом окрестных деревень и фермерских хозяйств, к приему десятитысячного войска? Да еще и проделать это за несколько дней. И что он мог подготовить? Если речь шла о стратегических запасах, хранящихся на городских складах, то их еще не успели восполнить после разорения города врагами. Заранее приготовить лагерь тоже было выше его сил - на это дело пришлось бы бросить все население города. Да и потом, разве ему мало собственных забот?

Но Ильнур не возражал и не оправдывал себя. Он безропотно проглатывал все звучащие в свой адрес упреки, прекрасно понимая, что от этого ему не уйти, и чем быстрее будет покончено с данной процедурой, тем лучше, а любые попытки затянуть ее выйдут ему дополнительным боком.

Уже под вечер, когда Ильнур с трудом держался на ногах, его вызвал к себе Рогзар. Верховный паладин королевства был, прежде всего, воином, он привык говорить и действовать прямо. Проигнорировав уют городской резиденции, он поставил свой шатер в поле, наравне с другими рыцарями. Не дав Ильнуру докончить положенного торжественного приветствия, Рогзар резко махнул рукой, как бы отбрасывая все формальности, затем по-отечески хлопнул молодого паладина по плечу и сказал:

- Ну, парень, выкладывай все, как есть.

Ильнур тяжело вздохнул, и подчинился. Выложил все, ничего не утаив. Рогзар слушал его и все больше хмурился. Вокруг них суетились люди, ставили шатры, таскали дрова и воду в котлах, но верховный паладин полностью отрешился от этого столпотворения. Он жадно ловил каждое, произнесенное Ильнуром, слово. Нового он услышал немного - Рогзар имел немало источников информации о Форинге в обход Ильнура. Но кое-что неприятно его потрясло. А именно - предательство Лауры. Когда Ильнур вскользь упомянул об этом, верховный паладин даже решил, что ослышался.

- Подожди-ка, - сказал он, останавливая докладчика. - Что это ты сейчас такое сказал о Лауре?

Ильнур нехотя повторил. Ему было больно касаться этой темы. Глаза Рогзара полезли на лоб. Он знал Лауру хуже, чем Ильнур, и, тем не менее, слышал о ней только хорошее. Все его информаторы в один голос характеризовали верховную волшебницу Форинга исключительно с положительной стороны. На ее биографии не было ни одного темного пятнышка. И вот теперь выясняется, что она предала Ангдэзию, и сбежала куда-то в компании двух злодеек.

- Это очень скверная новость, - мрачно проронил Рогзар. - Если силам зла удалось привлечь на свою сторону Лауру, в ее лице они получат бесценный для себя и катастрофический для нас источник информации. И к тому же это страшный удар по репутации светлых магов. Опять пойдут эти дерьмовые разговоры о том, что маги не служат никому, кроме самих себя. А нам меньше всего нужен внутренний раскол. Особенно теперь, когда новая угроза встала над миром. Расскажи мне об этой угрозе, Ильнур. Расскажи мне о злодее Свиностасе.

Ильнур рассказал все, что знал, добавив кое-какие свои личные соображения. Хоть Рогзар и не услышал ничего нового, он поблагодарил Ильнура за информацию, заверив того, что та очень поможет их общему делу.

К вечеру большая часть войска прибыла и встала лагерем, окружив Форинг широким кольцом шатров. Оставшиеся силы продолжали прибывать, в основном подтягивался обоз и кое какие специальные подразделения. Ильнур знал, что они будут подползать до утра, а кто-то, возможно, прибудет только завтра. К счастью, ему необязательно было встречать каждую телегу. Переговорив с множеством людей и выслушав множество упреков он, наконец, освободился. В сумерках Ильнур вошел в ворота Форинга, едва держась на ногах от нервного истощения. Перед мысленным взором его маячил огромный кубок крепкого вина. А затем в кроватку. И пускай ночные кошмары только попробуют потревожить его этой ночью.

Но едва он вошел в городские ворота, как был перехвачен двумя своим подчиненными. Лишь только взглянув в их серьезные лица, Ильнур понял, что вино и кровать он увидит нескоро.

- Что? – спросил он со слезами в голосе. – Что еще?

- Ильнур, тебя желают видеть в резиденции магов, - сообщил один из солдат.

Глаза верхового паладина полезли на лоб. В первое мгновение он решил, что его хочет видеть Лаура, которая, на самом деле, никого не предавала, а просто отлучилась по делам, а вот теперь вернулась обратно.

- Кто меня хочет там видеть? - осторожно уточнил он.

- Сама верховная волшебница Ангдэзии своей очаровательной персоной, - сообщил другой солдат. - Она просила передать, что как только ты появишься в городе, сразу вести к ней.

- Элария, - произнес Ильнур. - Так она уже здесь.

Он шумно выдохнул. Нет, Лаура не вернулась. Глупо было даже надеяться на это. Она сбежала к злодеям, и сама стала одной из них. А ему теперь предстоит держать ответ перед верховной волшебницей всея королевства. И Ильнур понятия не имел, как объяснить предательство Лауры. Оно оставалось непостижимой загадкой для него самого.

Он зашагал к резиденции, с трудом протискиваясь сквозь запрудившую город толпу. Несмотря на вечерний час в Форинге было яблоку негде упасть. Прибывшие с войском рыцари нагрянули в город. Торговцы, по такому случаю, решили в виде исключения продлить рабочее время своих заведений в бесконечность. В трактирах было шумно, из открытых дверей доносились громкие голоса молодых гуляк.

Для большей части королевских рыцарей этот поход стал веселым и интригующим приключением. Уже очень давно королевская армия не вступала в бой. Сражались призванные извне герои, и гибли тоже герои. А цвет и блеск военной мощи Ангдэзии, ее закованная в сталь армия, оставалась в тылу, сберегаемая на самый черный день. Многие из рыцарей, отпрыски богатых дворянских семей, слышали об империи Кранг-Дан только смутные байки да детские страшилки. Прежде они никогда не бывали даже на границе, и не ступали на выжженную землю нейтральной полосы. Каждый из них был прекрасно обучен и вооружен, имел за плечами сотни часов индивидуальных и совместных тренировок. Но это войско никогда не сражалось по-настоящему. И легкомысленное поведение рыцарей тревожило Ильнура. Военный поход не веселое приключение. В нем обязательно будут жертвы. Особенно с учетом того, что их враг - Свиностас, коварная бессердечная гадина, живущая ради черных дел. К такому противнику нельзя относиться легкомысленно, даже если за тобой десятитысячное войско. Почему-то Ильнур нисколько не сомневался в том, что Свиностасу уже известно об этом походе. Наверняка злобная тварь имеет повсюду своих шпионов. И уж конечно он не сидел, сложа руки, в ожидании гостей. Вместо этого зловещий Свиностас готовил им теплый примем. И Ильнуру становилось дурно, стоило ему представить объем заготовленных Свиностасом сюрпризов. Нет, не станет этот поход легким и веселым приключением. Пройдет не так уж много времени, прежде чем кое-кто из молодых дворян, ныне кутящих в заведениях Форинга, упадет на землю бездыханным телом. И немало жизней будет отнято, прежде чем чья-то благородная рука повергнет Свиностаса и положит конец этому внезапно разразившемуся кошмару.

Резиденцию магов оккупировали прибывшие из столицы чародеи и их свита. Дворец окружили тройным кольцом охраны, бойцы которой составляли особое подразделение, не подчинявшееся никому, кроме верховной волшебницы. Ильнуру вначале пришлось постоять у ворот, а затем, когда его провели внутрь, еще полчаса просить в приемной на удивительно неудобном стуле, который словно бы был создан не столяром, а каким-то палачом.

Наконец, двери распахнулись, и в них вошла высокая красивая женщина в обманчиво простом платье. Как и в случае с Лаурой, определить ее истинный возраст было невозможно. Волшебницы, достигшие определенного уровня могущества, умели оставаться вечно юными. Они не были бессмертными, и годы постепенно брали свое, но в борьбе с возрастом чародейки достигали много больших успехов, чем женщины, лишенные магического дара, и ведущие эту войну лишь посредством косметических средств.

Ильнур согнулся в поклоне, и тут же услышал голос Эларии - густой, бархатистый и удивительно сексуальный.

- Ни к чему эти церемонии. Мы не на королевском приеме.

Ильнур распрямился и заметил:

- Я никогда не был на королевских приемах.

Элария остановилась напротив него, быстро скользнула взглядом по статной фигуре паладина, улыбнулась и заметила:

- Возможно, у вас еще все впереди.

Ильнур ничего не ответил на эту любезность. Ему хотелось скорее перейти к делу и скорее с этим покончить.

- Знаю, вас за сегодняшний день порядком утомили, - продолжила Элария, пройдя мимо него и остановившись напротив большого окна, за которым открывался вид на площадь.

- Если все это поможет разрешить возникшую ситуацию, я с радостью готов утомиться вдесятеро сильнее, - признался Ильнур.

- Ситуацию? - переспросила Элария.

- Я имею в виду Свиностаса, миледи.