Сергей Арьков – Враг врагов (страница 60)

- Я Лаура, верховная волшебница Форинга, - прозвучало в ответ.

- А я Риана, старшая ведьма черного замка.

- А я Синара из склепа, - на всякий случай сообщила загробная принцесса.

- И зачем вы здесь? - спросил Гамал. - Вы ведь были среди тех, кто наведался сюда в прошлый раз. Неужели пришли за реваншем? Вам бы следовало прихватить больше воинов.

Риана трусливо поежилась, но Лаура гордо вскинула голову и произнесла:

- Мы здесь не за тем, чтобы драться.

- А что же вам нужно? - уточнил старый алхимик.

- Мы пришли говорить со Свиностасом.

У Стасика сердце ушло ниже пояса. Он заскулил, и вновь попытался спрятаться за спину Синары. Но та схватила его и начала выталкивать вперед со словами:

- Иди! Иди! Будь смелее. И назовись Свинорылом. Они точно не устоят перед этим.

- Ступай, Стасик, поговори с ними, - предложил Гамал.

- Почему я? - заныл Стасик, упираясь в землю ногами.

- Они ведь пришли к тебе.

- Да вы хоть знаете, кто это? Они обе меня ненавидят. Особенно Лаура.

- Но мы же здесь, - напомнил Гамал.

- А толку-то с вас? Им, чтоб меня убить, хватит пальцами щелкнуть. Вы ничего не успеете сделать.

- Почему же не успеем? - удивилась Синара. - Мы за тебя отомстим. А твою почившую тушку с почестями похороним в склепе. Будешь там лежать, гнить тихонько. Я стану тебя навещать, червячков приносить.

- Я пойду с тобой, - вызвалась Света. - И не позволю им навредить тебе.

Вместе они направились к гостьям.

Вблизи, рассмотрев Лауру подробнее, Стасик отметил про себя, что волшебница сильно изменилась. Он знал ее доброй и кроткой, готовой помочь каждому. Он видел ее в лютом гневе. Но сейчас Лаура пребывала в каком-то новом состоянии. Внешне она была спокойна. Так, во всяком случае, казалось на первый взгляд. Но Стасик заметил, что верховную волшебницу буквально трясет от внутренней ярости. Притом, как с удивлением отметил Стасик, было похоже, что вовсе не он является причиной этих высоких и сильных чувств.

Испуганно поглядывая на Свету, Риана выдавила из себя приветливую улыбку, и пробормотала:

- Здравствуй, Стасик. Давно не виделись. Тебя прямо не узнать. Сменил имидж? А тебе идет. В этих бинтах ты выглядишь более мужественно и сексуально.

- Хватит этой болтовни! - прервала ее Лаура.

Затем она уставилась на Стасика, и того поразил взгляд верховной волшебницы. Тот был до того злобным и диким, что становилось страшно.

Лаура заговорила, обращаясь к Стасику. От первых же ее слов тому стало дурно.

- Свиностас Окаянный, темный властелин и растлитель невинных дев, злодей и губитель, осквернитель непорочности и попиратель доброты. Выслушай же меня.

От обилия новых титулов Стасик едва не прослезился. А ведь еще недавно он был простым свинопасом. Затем простой посудомойкой. А теперь он вон кто: губитель, растлитель, мучитель и осквернитель. Было бы не так тошно, если бы он хоть чем-то заслужил все эти милые эпитеты в свой несчастный адрес.

- Верно ли, - спросила Лаура, - что ты лелеешь планы по низвержению сего мира в огонь и хаос всеобщей погибели?

- Что? - испуганно пискнул Стасик.

Единственные планы, которые он лелеял, касались тихой мирной жизни, в ходе которой он бы не трогал никого, и остальные отвечали бы ему взаимностью.

- Незачем прикидываться, - поморщившись, посоветовала Лаура. - Я знаю, кто ты, и что задумал.

- Я что-то задумал?

- Об этом известно всем, не отрицай.

Всем? Известно всем? Что известно всем? Стасику стало не по себе. Какую еще клевету возвел на него правильный мир?

- О твоих злодеяниях слагают легенды, - произнесла Лаура, все больше повергая Стасика в ужас. - В своей мрачной обители ты оскверняешь юных дев и взываешь к темным богам.

- Это правда? - спросила Света.

- Что? - завопил Стасик. - Да кого ты слушаешь? Какие девы? Какие боги? Вот она, моя обитель!

И он указал на руины крепости за своей спиной.

- Ты там видела юных дев или еще кого? Опять эти придурки что-то навыдумывали, а я страдай.

- Разве тебе не служат охваченные похотью гоблины? - спросила Лаура.

- Кто? Гоблины?

Стасик повернулся и посмотрел на Зархада с Грыбаном.

- Ну, есть тут два гоблина, - признал он. - Но они мне не служат. И ничем они не охвачены, кроме жадности.

Он обратился к гоблинам:

- Парни, вы же ничем не охвачены?

- О чем ты, человек Стас? - подозрительно спросил Зархад.

- Ну, чем-нибудь вот этаким. Юными непорочными девами, например.

- Непорочными? - усмехнулся Зархад. – Гоблинских непорочных дев еще поискать. Есть легенда, что одна гоблинская дева сумела сохранить непорочность до двенадцати лет. Но, по-моему, брехня это какая-то.

- Речь идет не о ваших самках, - повысила голос Лаура - Разве неправда, что вы похищаете человеческих девушек и насилуете в своей черной твердыне? Не отрицайте, это общеизвестный факт.

- Первый раз об этом слышу, - признался Зархад. - Зачем нам ваши бабы? Не в обиду будет сказано, но вы же страшные, что вегетарианское меню. Носы у вас маленькие, уши куцые, ноги без шерсти и зубы белые. Этаким уродством гоблина не соблазнить.

- А я вообще не знаю, зачем бабы на свете живут, - признался Грыбан. - Вроде есть они, а зачем - не ведаю.

Но судя по виду Лауры, она не поверила ни гоблинам, ни Стасику.

- Если стесняешься сознаваться в свершенных мерзостях, дело твое, - произнесла она. - Я здесь не за тем, чтобы уличать тебя в грехах. Но верно ли, что ты собираешь великую армию, дабы пошатнуть устои мироздания и стереть с лица земли Ангдэзию и Кранг-дан?

Стасик чем дольше слушал Лауру, тем больше утрачивал связь с реальностью. Он не мог понять, о чем говорит волшебница. Вначале его огульно обвинили в массовом растлении юных дев, хотя он и одной не щупал, затем ему вменили в вину грандиозно-злодейские замыслы. Он собирает армию? Он желает стереть что-то с лица земли? О чем это все? Зачем? Откуда взялось?

- Послушай, Лаура, - тихо сказал Стасик. - Я не знаю, кто наплел тебе этих небылиц, но это все неправда. Ничего такого я не делал, не делаю, и делать не собираюсь. Все, чего я хочу, это чтобы меня оставили в покое. Я знаю, меня винят в разорении Форинга. Признаю, часть вины лежит и на мне. Но я сделал это ненамеренно. Меня обманом втянули в грязные делишки черной империи.

И Стасик выразительно посмотрел на Риану, которая и осуществила втягивание. Та виновато улыбнулась и кротко проронила:

- У меня тоже не было выбора. Не сделай я этого, со мной бы сурово обошлись.

Стасик ей не верил. Риана была злодейкой. Матерой, неисправимой злодейкой. И его чрезвычайно интересовало, с каких это пор Лаура и Риана стали лучшими подругами и путешествуют вместе.

- Вся эта давняя история меня не волнует, - произнесла Лаура. - Разрушение Форинга было давно, и... путь провалится в преисподнюю и Форинг, и все королевство добра.

Стасик отшатнулся, дикими глазами взирая на добрую волшебницу. Что-то страшное случилось с Лаурой. Что-то, что изменило ее, превратив из доброй няшки в злюку дикую. Неужели Колька все-таки умер, и это событие пошатнуло моральные устои и психику верховной волшебницы? Стасик помнил, как яростно защищала Лаура школьного хулигана. Защищала не просто как соратника. Как возлюбленного.

- Скажи, - осторожно спросил Стасик, - а Колька, он....

Стоило вспомнить Кольку, как вся кипящая внутри злоба тут же хлынула из Лауры наружу.

- Не произноси при мне этого имени! - рявкнула она, едва не опрокинув Стасика в обморок. - Никогда не произноси его имя! Не напоминай о нем!

- Хорошо, хорошо! - быстро пообещал Стасик. - Но он жив?

- Тебе это так интересно? - зло спросила Лаура. - Мне не показалось, что вы с ним большие друзья.