Сергей Арьков – Нейтрально-враждебный (страница 53)

Ильнур и Лаура прибежали в таверну, где в это время, в плотном окружении поклонниц, завтракал великий герой Стасик Обожаемый, и стали на коленях умолять его защитить город от темных сил. При этом Лаура изловчилась, и незаметно подсунула в геройский карман свой портретик пикантного характера. Позже выяснилось, что свой обнаженный портретик подсунул и Ильнур — даже суровые паладины не могли устоять перед блистательной красотой и невыносимым обаянием великого героя.

Великий маг Стасик даже трапезы не прервал. Не вынимая ложки изо рта, сотворил он заклинание страшное, мощью невиданной наделенное, щелкнул пальцами, и тут-то лорду Мортусу с его войском стало не до смеха. Тут-то прочувствовали они на своих злодейских шкурах, каково оно, связываться с великим магом Стасиком.

Что конкретно случилось со злодеями, того никто не понял. Только что стояло под стенами Форинга вражеское войско, колыхались на ветру знамена, солдаты в черных шлемах скалили гнилые зубы, Мортус выделывался перед строем, толкая речи бравые и воинственные. И вдруг все они исчезли. Только что были, а потом исчезли. Даже запаха от них не осталось.

Увидев такую магическую мощь новоявленного героя, половина горожан попадала в обморок. Мужская половина попадала, а женская незамедлительно присоединилась к гарему, который, к тому времени, насчитывал уже десять тысяч голов.

Покончив с завтраком и армией тьмы, Стасик заявил, что желает отправиться на поиски приключений. И начнет с визита в империю Кранг-дан, которую намеревается в ближайшее время разгромить и призвать к капитуляции. Уже и в дорогу собрался, и на дракона взгромоздился (герою такого масштаба на лошади ездить несолидно), но выдвигаться не пришлось. Император Дакрос пришел сам. Точнее, приполз, сдаваться в плен и молить о пощаде.

В сопровождении несметной орды поклонниц Стасик вышел из ворот Форинга, чтобы принять капитуляцию от императора Дакроса. Тот как услышал о великом чародее Стасике, так сразу на коленях к нему и пополз. Стал он слезно просить непревзойденного героя, чтобы тот сохранил ему его жалкую жизнь. В обмен же Дакрос обещал впредь вести себя хорошо, злых дел не творить, а вместо вынашивания планов по захвату вселенной заняться выращиванием одуванчиков. А кончил свою речь император тем, что неожиданно и сенсационно признался Стасику в любви.

Тут, конечно, Стасик немного растерялся, и попытался объяснить Дакросу, что не является приверженцем содомских отношений, но император не дал ему договорить, и снял со своей головы шлем. Все, в том числе и Стасик, дружно ахнули. Оказалось, что Дакрос вовсе не мужчина, а самая настоящая женщина. Да не просто женщина, а эльфийка няшной наружности. Стасик с детства питал слабость к эльфийкам, и охотно согласился принять Дакроса в свой гарем. Вместе с Дакросом в гарем вступили все красавицы бывшей темной империи, которых набралось тысяч где-то семьдесят или даже сто.

В это время из грязной лужи вытащили Кольку. И все стали над ним смеяться. Стасик смеялся, Дакрос смеялся, девушки смеялись. А Колька стоял и горько плакал. По нему было видно, что бывший школьный хулиган подумывает о суициде.

Стал герой Стасик собираться в поход, чтобы исследовать неведомые земли и победить могучих чудовищ, уже и рюкзак наполнил, и дракона оседлал, и выбрал из гарема десяток красавиц, что должны были сопровождать его в пути и восхищаться его подвигами, но тут сладкий сон резко прервался.

Стасик распахнул глаза. Вокруг него царила ночная тьма. Он лежал на пыльном тюфяке в разрушенной крепости, посреди нейтральной полосы. Не было у него ни славы, ни могущества, ни выдающихся магических способностей, ни даже бесчисленного гарема обожательниц.

Пока Стасик пытался понять причину своего внезапного пробуждения, та сама заявила о себе. Раздался жуткий низкий звук, смесь рычания и рева, от которого содрогнулись стены древней цитадели. Стасик в страхе подпрыгнул, но тут же упал обратно на тюфяк и сжался в трусливый комочек. Ему еще не доводилось слышать подобных звуков. Особо же ужасало то, что звук явно имел животное происхождение. То есть его источником являлось некое существо. И оно находилось где-то неподалеку, раз рев его звучал громко и четко. Возможно, к стенам разрушенной крепости во мраке ночном пожаловало невероятное и голодное чудовище.

Не успел Стасик отдышаться и пощупать исподнее, как звук повторился, и на этот раз вышел громче прежнего. Напуганному до икоты Стасику почудилось, что жуткий рев исходит не снаружи, из-за стен крепости, а откуда-то снизу. Будто его источник находился прямо под руинами. Но возможно ли такое? Разве что это какой-то подземный монстр, роющий огромные норы. Тут вспомнились слова Гамала, упоминавшего неких ужасных чудовищ, таящихся под землей. Не является ли автор рева одним из них?

Когда звук сотряс ночную тишину в третий раз, Стасик понял — он этого не переживет. Если даже подземное нечто не доберется до него, он помрет сам, от страха.

Лежать в темноте и слушать эти жуткие звуки, было выше его сил. Стасик сполз с тюфяка и стал на ощупь искать дверь. Дело осложнялось тем, что он не чувствовал своего тела, и не мог различить каменную и деревянную поверхности. Стасика охватило отчаяние. Он понял, что так и погибнет здесь, в этой пыльной комнате, ползая по ней, как слепой червяк. Вот сейчас подземное чудовище вырвется из недр, разрушит крепость, и каменные обломки навеки погребут под собою останки бывшего школьника.

Вновь прозвучал ужасающий рев, и нервы Стасика сдали. Он закричал во все горло:

— Помогите! Спасите! Дед! Дед, ты где? Иди сюда, дед!

Но Гамал то ли не слышал его, то ли слышал, но успешно игнорировал. Стасик ощутил приближение паники — сейчас он сорвется и вконец лишится рассудка. В последней отчаянной попытке спастись он вновь пополз вдоль стены, толкая ее непослушными руками. И вдруг ему повезло — твердая поверхность при нажатии подалась вперед. Стасик с криком вывалился в коридор.

За пределами комнаты тоже царила темнота. Уже очень плохо соображая, что и зачем он делает, Стасик вслепую побрел по коридору, сквозь кромешный мрак и неизвестность. То и дело он ударялся плечами об стены и выступы, но не чувствовал боли. Не закрывая рта, он звал Гамала, но тот словно сквозь землю провалился. Возможно, так и случилось. Подземный монстр мог уже добраться до старика, и подзакусить им. Следующим блюдом в меню был Стасик.

Новый жуткий рев расколол ночную тишину. Стены загудели, пол задрожал. Стасик, обезумев от ужаса, помчался по коридору. Ударился в одну стену, повернул, вновь побежал, затем ударился в следующую. О своем здоровье он не думал, как и ни о чем другом. Страх перед неведомым чудовищем поглотил его с головой. Стасику хотелось только одного — больше не слышать этого жуткого, сводящего с ума, звука. Весь в слезах и соплях несся он сквозь тьму, и вдруг осознал, что уже не бежит, а летит, бултыхая ногами в пустоте. Летит, как и положено, вниз. Завопил во все горло, инстинктивно замахал непослушными руками, после чего состоялось жесткое приземление на твердую неровную поверхность.

Ничего не видя вокруг, Стасик не мог определить, с какой высоты он упал, и насколько сильно при этом пострадал. От отчаяния он горько разрыдался, но вновь прозвучавший рев заставил его притихнуть.

— Мне конец! — простонал Стасик, который твердо уверился в том, что его смертный час пробил. Не пережить ему этой ночи, никак не пережить. Хуже того, он даже не почувствует, как подобравшийся во мраке монстр начнет поедать его с ног. Даже не будет знать, что его едят. А его, ведь, возможно, уже едят!

Тут истерика грянула во всю мощь, и Стасик долго оглашал стены древней крепости своими криками и рыданиями. Успокоился он нескоро, но, на его счастье, неведомое чудовище больше не подавало голос. Всхлипывая и постанывая, Стасик лежал в темноте, и смиренно ждал смерти. Он решил, что больше не будет шевелиться — еще не хватало свернуть себе шею. Возможно, он уже фатально травмирован, и Гамал завтрашним утром обнаружит здесь его хладный, истекший кровью, труп.

Эта страшная мысль без труда ввергла Стасика в еще большую панику.

Глава 34

— Эй? Эй, ты? Ты там живой, или как?

Голос звучал откуда-то сверху. Стасик, который решительно не помнил, как и когда он успел заснуть, резко распахнул глаза.

Он лежал на дне колодца квадратного сечения, на куче щебня и какого-то мусора. Высоко над собой он увидел яркий белый свет и склонившегося над краем колодца Гамала. Старик держал в руке светящийся шар и смотрел вниз.

— Что ты там, позволь узнать, делаешь? — недовольным тоном спросил Гамал, заметив, что Стасик открыл глаза. — Я же тебе сказал оставаться в своей комнате. Какого паладина тебя понесло на ночную прогулку? Неужели ты решил, что у меня тут спрятаны девчонки, и хотел нагрянуть к ним в гости? Ух уж эта молодость. Вот, помню, я в твои годы….

— Помогите мне! — жалобно простонал Стасик, пресекая устные мемуары отшельника. — Я не чувствую ни рук, ни ног!

— Было бы странно, окажись иначе, — заметил старик. — Ладно, оставайся там, никуда не убегай. Я вернусь с веревкой.

Гамал отсутствовал минут десять. За это время Стасик вспомнил свое ночное злоключение, и едва не разрыдался. Мало ему было купания в магических отходах и его пагубных последствий. Так теперь еще какой-то ужасный монстр положил на него хищный глаз. Стасик мог поклясться, что ночное чудовище приходило именно за ним. За кем же еще? Было странно, что при его фантастическом невезении все монстры нейтральной полосы до сих пор не сбежались по его душу.